Светлана Ледовская

Карьер

Карьер
Работа №143

«Неприемлемо низкие показатели». Оператор бегло прочел уже ставшее привычным письмо с предупреждением и закрыл его. На экранах вновь возникли бесконечные графики и таблицы. Справа объемы добычи песка и глин, их анализ. Слева план обслуживания оборудования. Четвертый самосвал опять требовал новых запчастей. Нужно будет сегодня же сходить и осмотреть лично. Вверху замерцала иконка входящего сообщения. Наверняка еще одно требование увеличить объемы выработки. Он скосил глаза к общей сводке – сегодняшний план уже выполнен на 80 процентов, есть шанс дожать до 95.

Оператор посмотрел сквозь прозрачные экраны, сквозь исцарапанное песком стекло будки. И сквозь километровый провал карьера. Весь горизонт занимал лес, сине-зеленая неземная листва под маленькой луной. «Лучше вообще не иметь луну, чем такой огрызок», – подумал он и вернулся к работе, барабаня пальцами по подлокотнику кресла. Спустя полчаса прокручивания окон, отчетов и ответов на запросы к пальцам присоединились ноги, скачущие на месте. Резко подскочив, оператор ткнул пальцем в воздух перед собой и накинул куртку. Взяв сумку с нужными запчастями, он вышел наружу. Воздух немного более насыщенный кислородом, чем Земной. От такого голова идет кругом, но спустя месяцы работы перестаешь это замечать.

Пыльная дымка рассеивалась над колеей после проезда самосвала. Через несколько минут проедет еще один, вновь подняв тучу пыли. Человек поторопился успеть пройти к парковке. Лишенная растительности колея петляла между торчащими из земли крупными булыжниками. Едва он завернул за последний и поднял глаза в поисках неисправной машины, как заметил двух аборигенов. Оператор подумал вернуться, пока его не заметили, но вспомнил, как в прошлый раз эти дикари по глупости перегородили дорогу, а отвечать пришлось ему. Надо их выгнать. Тускло-фиолетовые низкие ростом существа с длинными руками уже заметили его и помахали. И, как всегда, их лица расплывались в улыбке. Конечно, он знал, что их внешний вид не имеет отношения к человеческим эмоциям, но все же серьезный и строгий настрой сразу пропал.

– Мир вам и вашим большим животным, – оба аборигена ловко поклонились, почти касаясь земли, повторяя жест первых людей, вступивших в контакт. Человек нелепо попытался ответить.

– Благодарю вас, но вам нельзя здесь находиться, пожалуйста, у...

– Ох, вы, должно быть, ошиблись, это земля клана железных тыкв.

Человек нахмурился, готовясь пуститься в объяснения сути договора. Снова.

– Я ведь уже объяснял. Вы продали эту землю.

– Все правильно, продали, – оба аборигена закивали, хотя говорил только один. Молчаливый поднял с земли мешок с набранными плодами.

Сколько людей уже вели этот разговор. Эти существа так быстро учились языку, но никак не могли понять суть продажи. Вот ты думаешь, что они признали ошибку и согласны, что земля больше им не принадлежит, а через неделю они снова тут.

– Не переживай, человек Константин, мы уже собрали все земляные орехи.

Тот, что молчал, загреб из мешка горсть и протянул человеку в угощение. Отказываться можно целый час, поэтому он просто взял их.

– Спасибо. Не подходите к самосвалам. В смысле, к животным. Они могут быть злыми.

Существа закивали и, еще раз поклонившись, ушли.

Ремонт не занял много времени, но под конец спина срочно требовала отдыха. Кресло рабочего места Константина когда-то было удобным и мягким. Кажется, он даже помнил то время. Сейчас же оно совсем отвердело от пролитых напитков, множества крошек и под потоками кондиционера. Константин съел подаренный орех, несмотря на рекомендацию не есть ничего местного. Все ели. Пробовали буквально все, что попадалось на глаза. Словно в людях, никогда не знавших голода, проснулись древние инстинкты охотников и собирателей. Лабораторная крыса не сдохла, попробовав очередной фрукт? Отлично, можно есть! По сети быстро расходились кулинарные рекомендации, замечания и личный опыт. Невыразительный сухой вкус бумаги медленно сменялся морковной влагой. А спустя несколько минут возник сухой привкус, отдаленно напоминающий грецкие орехи. Он иссушал рот так, что хотелось срочно залпом выпить стакан воды.

Позже в постели человек читал о новых находках в руинах и задавался вопросом, как существа, строившие километровые небоскребы, превратились в разрозненные лесные племена? Он подумал, что со временем хозяева этой планеты станут лишь официально охраняемым разумным видом, который загонят в резервации. Для их же безопасности. А ведь сейчас в метрополии на них мода. Счастливая жизнь вместе с природой. Отказ от цивилизации ради исконных ценностей. Без бездушных машин, но с любимыми животными, дающими пропитание. Мудрость голозадых предков... впрочем, у этих с одеждой все в порядке.

***

Константин внимательно наблюдал за четвертым самосвалом. Его пришлось ремонтировать трижды за последние две недели. Остальные работали исправно, и на первый взгляд сегодня четвертый трудился как надо.

Лента новостей слева чем-то привлекла внимание. Так бывает, когда на большой странице текста случайно видишь какое-то интересно слово, а потом не понимаешь, где конкретно его видел, и приходится читать все. Но не в этом случае. Слово «экотеррор» было хорошо заметно.

**Новый случай экотеррора**

«ЧП на станции Брабансон – груженый транспорт при стыковке не снизил скорость и пошел на таран. Сорок тонн руды чуть было не смяло станцию, но она совершила маневр уклонения, и удар прошел по касательной. Персонал расстрелял обломки грузовика из противометеоритных орудий.

По подозрению в теракте арестован инженер по ремонту авиакосмических аппаратов Джон Кох.

Вот что ответил на обвинения сам Джон:

«Мы здесь захватчики! Это их планета, одумайтесь! Оставьте нетронутой природу хотя бы здесь! Хотя бы здесь!»

Губернатор уже рекомендовал всем компаниям провести дополнительный психологический контроль своих сотрудников.

Хорошие алгоритмы и грамотные действия персонала спасли несколько десятков человек и главный инфраструктурный объект ближайшего космоса».

– Черт, Кох...

Оператор откинулся в кресле и закрыл глаза, вспоминая рыжего ремонтника, мысленно ругая его за то, что он полез в политику, тем более к радикалам. Весь оставшийся день прошел то в размышлениях о Джоне и их разговорах за обедом, то в наблюдениях за карьером, который ширился и поглощал лес.

Еще вчера на краю карьера было красивое место, несколько деревьев вокруг валуна, так похожего на скамейку. Сегодня его уже нет.

***

Утром, на прогулке в лесу, так хотелось забыть, что за спиной огромный провал в земле. Сколько было срыто этих странных, синих стволов с почти такой же, как дома, зеленой листвой.

Забыть о происшествии. О том, как этой ночью служба безопасности уже включила его в список проверки. Точно включила, должна была.

Мысли так поглотили человека, что совершенно неожиданно перед ним возник знакомый абориген с какими-то сине-коричневыми грибами в руках.

– О... Кла? Доброе утро.

– Доброе утро, человек Константин. Не хочешь ли ты грибов йасс? Я слышал, ваши люди их любят. Только они неправильно их готовят.

Оператор слышал о применении грибов йасс, и ему стало неудобно за своих коллег, но объясняться не хотелось.

– Нет, спасибо. Кхм... ты, наверное, еще не слышал? Вот, посмотри, что произошло, – он достал планшет и быстро открыл запись. – Вот, нажми на воспроизведение.

– Что сделать? Прости, я не понимаю эту магию.

– Ну вот же, просто нажми на этот треугольник, – человек прекрасно знал, что аборигены не способны работать с техникой, но не мог этого принять.

– Треугольник... Это когда три угла, верно?

– Вот эта кнопка, просто нажми на нее, – Константин показал на нее пальцем.

Кла послушно нажал куда просили. На планшете появилось изображение: нагромождение модулей всех форм и размеров – станция, выпускает длинные струи газа из маневровых двигателей. Космический грузовик врезается во вспомогательный модуль, в каких-то метрах от стыковочных узлов. Обломки беззвучно разлетаются в направлении удара, прочь от станции.

– Возьмешь грибы? Их надо варить, а не сушить. Очень вкусно, – Кла почтительно досмотрел запись до конца, но тут же вернулся к главной теме.

Оператор закрыл глаза и задержал дыхание, чтобы не сказать ничего лишнего. Он убрал планшет и вновь отказался от грибов.

– Мой знакомый решил, что защитит вас, если уничтожит ту станцию. Ты понимаешь?

– Защитит?.. Я не понимаю. Ах, это от слова «щит». Щит нужен, чтобы спрятаться от дождя из металла. Но у нас нет таких дождей. Лучше возьми грибы, – абориген протянул собранную горсть.

Бесполезный разговор. Эти существа могли выучить все слова, связанные с войной или рыночными отношениями, но с большим трудом понимали их значение. Толку от руин, разбросанных по всей планете, толку от кратеров, оставленных ядерным оружием сотню тысяч лет назад. Будто и не было той истории. Будто это совсем не те же самые существа. Хотя сохранившаяся мебель подходила им анатомически.

– Спасибо, я только что поел. Мне пора начинать работать, мир вам, – раздраженно и торопливо попрощавшись, он удалился в направлении своей будки, оставив за спиной очередное предложение взять грибов, ну хотя бы на ужин.

***

Вечером оглушительный шум проник сквозь тонкие стены будки. Лишь когда шум стал терпимым, оператор вышел наружу. Восемь лопастей вертолета уже почти перестали вращаться, а из кабины вышла женщина в строгом черном костюме, слишком не соответствующем теплой погоде.

– Добро пожаловать на карьер-214, мисс Берг.

Константин протянул ей руку, она на автомате пожала ее, озираясь по сторонам, будто в поисках чего-то. А через мгновение опомнилась.

– Константин Алекс... Алесандович? Прошу вас, просто Элиза. У вас есть кондиционер?

Она кивнула в сторону рабочей будки.

– Да, конечно, пойдемте, – заведя ее внутрь, он решил ответить на любезность и сказал:

– Константин, или проще – Кос.

Элиза кивнула ему и села на его рабочее место, ввела свой код авторизации и открыла общий отчет.

– Простите, что так сразу, а чего тянуть. Вы же и сами знаете, почему я тут.

Кос напомнил себе, что главное не сболтнуть лишнего. Идеи Джона, которыми он делился за обедом, тогда казались забавны, а теперь даже знать о них стало опасно.

– Я работал с Кохом.

– Именно. Но мы проверяем вообще всех. Так, итоги по вашим отчетам здесь и в офисе идентичны. Вы ведь точно не вмешивались в работу учетного ПО?

Она резко повернулась в его сторону, глядя в глаза. Яркое освещение рабочего места подсветило дорогостоящую золотую окантовку радужки – имплант в глазах.

– Да я... я не умею.

Сердце сжалось. Черт, а если бы умел? Какой глупый ответ.

– Ну ладно. Это просто формальность, губернатор всех прижал. Теперь даже небольшие махинации с отчетами будут расцениваться так, будто вы хотите этим обрушить всю систему.

Она вернулась к экранам и немного опустилась в кресле.

– Расскажите о ваших отношениях с Кохом.

Вот к этому Константин готовился, почти наизусть выучил ответ. Выдохнув, он выпалил четкие, ясные слова:

– Мы просто работали в одном здании, пересекались на обеде. Он сам всегда заходил за мной. Я не очень-то и хотел с ним обедать. Обсуждали бытовые вопросы и новости с Земли. Если он и говорил что-то об экологии, я не заметил, меня это совершенно не интересует.

– Что, правда?

По ее тону стало понятно, что оправдательная речь была не очень убедительна.

– Эм, ну да.

– На Земле сейчас такой всплеск беспокойства за окружающую среду колоний, что людей с такими взглядами просто не допускают до работы. Смело высказывать такое мнение во время проверки.

– Ну то есть я, конечно, забочусь. Как все, – быстро оправдался Константин, ощущая, что каждый его ответ делает только хуже.

– Ясно.

Следующие минут пятнадцать прошли в молчании. Оператор отошел в дальний угол и сел в единственное кресло у стола. Женщина прокручивала графики и отчеты, которые она могла спокойно изучить в офисе. Или вообще не изучать: система все прекрасно считает сама. Константин сдерживал нервный стук ноги. Все документы в порядке, но когда их вот так при тебе досконально изучают...

– А это что?

– Где? – он подскочил. – А... четвертый самосвал. Я уже писал заявление по нему, но отвечают, что поломки несущественные и я могу справиться своими силами.

– Да, я вижу, – она полностью обернулась к нему.

– За последние два месяца только на этот самосвал вы потратили почти три полных рабочих дня. То есть компания оплатила вам три дня бесполезной работы. Вы не можете с первого раза выполнить элементарную замену деталей?

Тихий, но жесткий голос заставил испытать одновременно страх за свое место и возмущение от несправедливого обвинения.

– Я сделал все по инструкции! Там просто невозможно сделать неправильно, детали в пазы не встанут, диагностика не...

– Да, да, да, не беспокойтесь, – она просто отмахнулась от его объяснений, отчего сделалось еще тоскливее. И что значит не беспокоиться?!

Через некоторое время она объявила:

– Хорошо, тут все в порядке. Мне завтра нужно облететь еще семь сотрудников, я не успею, если возвращаться в город. Останусь у вас до утра.

Оператор не был готов к гостям, но сразу подумал, что у него был запакованный комплект постельного белья. Но ведь постель только одна. Может, она хочет...

– Кхм, конечно, располагайтесь. Я постелю вам в своей спальне.

Она едва заметно улыбнулась и покачала головой.

– Спасибо за гостеприимство, но в вертолете мне будет комфортнее. Просто предупредила вас, чтобы вы не переживали, почему за окном стоит вертолет ревизора. Доброй ночи, Кос.

– Доброй ночи, мисс... Элиза.

***

Прошел час, очень долгий час. Никакая книга или фильм не могли увлечь. Взгляд сам отрывался от игр и направлялся на дверь. За которой стоял наглухо тонированный вертолет. Да, Кос уже несколько раз случайно смотрел на него, подходя к окну.

Смешались мысли о будущем, о результатах ревизии, страх перед допросами по делу Коха, в конце концов интерес к девушке. Он уже просто ходил взад-вперед по комнате, когда раздался стук в дверь.

Элиза стояла на пороге с бутылкой вина в руке.

– Не могу уснуть, – она прошла внутрь и продолжила:

– Не обижайтесь, если я была резка, вы хорошо держались. В целом претензий к вам нет, но, возможно, вас вызовут отдельно.

Она медленно рассматривала интерьер, стены с плакатами, полки с книгами. Все то, на что всего час назад совершенно не обращала внимания.

– На детектор? – он уже полез доставать стаканы, поставил их на столик, рассчитанный на одного человека, и жестом предложил ей сесть в кресло. А себе достал походный раскладной стул. Было неудобно, что не нашлось бокалов, но на одиночной вахте они не полагались.

– Да, дело ведь серьезное. Просто формальность, не переживайте. Но я не уверена что отгул оплатят, - она села в кресло и повернулась в сторону столика, придвинув стаканы ближе.

– Постойте, меня вызовут в офис и заставят писать отгул на этот день?

Девушка налила по полстакана бордового вина.

– Думаю, да. Это уже решайте с отделом кадров. Давно не пила вина, – и тихо, самодовольно добавила:

– Конфискат, знаете ли.

– Конфискат? Вроде вино не запрещено, – он пытался уместить ноги, сидя на неудобном походном стуле.

– Хах, ну как сказать. Это с двести пятого карьера. Я прилетела, а меня встречает уже изрядно принявший Бернар. В его кабинке нашла пустую бутылку и эту, начатую. Уверена, что у него еще есть, просто я не нашла. Забрала бутылку, пригрозила, да и все. План делает, аварий не было. Чего еще надо от работника?

Она подняла стакан: Ну, за четвертый самосвал?

Он смущенно улыбнулся такому странному тосту и выпил с ней. Спустя месяцы трезвости вино показалось весьма и весьма неплохим.

За беседой прошло еще какое-то время, вино уже кончилось, и в ход пошел сок. Просто чтобы стаканы не пустовали. За таким маленьким столиком их руки часто случайно, вскользь касались друг друга. И каждый раз Константин задавал себе вопрос – случайно ли? Жесткие черты лица ревизора давно исчезли и превратились в привлекательную улыбку.

Он сам не заметил, как его рука оказалась на ее плече, а лицо потянулось вперед...

На мгновение она застыла, а затем на его губы лег палец. Она мягко оттолкнула его.

– Будьте скромнее, господин Константин.

Он отстранился и немного сжался от неловкости. Тихо извинившись, попытался заговорить о планах колонизации планеты.

Уже через несколько минут он заметил, что глаза гостьи слипаются, и вот она уже спит. В конце концов Константин решил ее не будить. Кресло действительно удобно, в нем можно спать. Выключив свет, он лег спать сам.

***

Ему снился сон, в котором он в ночи вскрывает корпус четвертого самосвала, сыплет мелко помолотой пылью на шестерни механизма поворота лидара, которые недавно менял. Разливает воду прямо по блоку управления. Сон такой реальный, что если ущипнуть себя...

Он ущипнул. И еще раз. Страх поднялся и захлестнул все тело. Отбежав на несколько метров от самосвала, оператор вернулся и начал лихорадочно выдувать пыль с шестеренок, прямо руками счищать влагу с панели управления. «Не сон?! Не сон, не сон, не сон!» – мысль превратилась в тихий панический шепот. Он уже закручивал корпус, то и дело оглядываясь. Лишь бы инспекторша не увидела, как же так, как...

Спокойно. Отряхнуться, выдохнуть, вернуться как ни в чем не бывало.

На пороге будки он глубоко вдохнул и выдохнул несколько раз. Открыл дверь. Внутри оператор увидел знакомую пару аборигенов. Один говорил с Элизой, второй легко пролистывал его отчеты. Те самые аборигены, которые не могли понять, что такое компьютер и как управлять простейшими интерфейсами. И вот теперь один из них всматривается в отчеты поставок!

– ... чем достаточно. И поломки оборудования, и знакомство с террористом. Заряд, найденный в песке с его карьера, станет главным доказательством, – Элиза лишь на мгновение прервалась, когда он зашел, и продолжила как ни в чем не бывало.

Его присутствия будто не замечали. Он медленно прошел мимо них в сторону спальни, стараясь не смотреть. Только открыв дверь, он поднял испуганный взгляд на женщину. А она посмотрела на него.

– Кла... Кла, он в сознании!

Не успела она прокричать всю фразу, как ее собеседник вскочил на ноги, поднял деревянную палку и направил на человека.

Константин не знал, что делать, и застыл. Несколько десятков игл вонзились в живот. Спустя несколько секунд он уже лежал на полу, руки и ноги не слушались.

Кла с Элизой усадили его в кресло. Глаза двигались, дыхание было в порядке, даже можно было немного двигать головой. Элиза ходила взад-вперед по комнате, стараясь не смотреть на коллегу, который слишком много узнал. Кла поставил раскладной стул напротив оператора и сел, просто молча смотря.

Метания женщины заметил местный, сидящий за рабочим местом.

– С ним все шло нормально, но именно сегодня он очнулся. Что изменилось с твоим прилетом?

– Я не знаю! Не знаю... может, алкоголь? – она подняла бутылку с пола и потрясла ее, будто это способно что-то изменить или объяснить.

– Мы проверяли реакцию с алкоголем, ничего особенного не было.

Кла в это время медленно достал изо рта вычурно изогнутую дугу. Извечно улыбающийся облик аборигена исчез. Человеческий ум отчаянно искал ярлык, которым можно было бы описать истинное выражение лица существа, и единственное слово, которое подходило, было грусть.

– Неважно, просто скорректируем планы.

Кос обнаружил, что может шевелить языком, и попробовал заговорить:

– Что значит скорректируете? Значит, разберетесь? – говорить было трудно, но вполне возможно. Яды, мешающие движению, спутывали сознание и чувства. Константин ждал от себя ужаса и паники, но они не приходили. А что делать в такой ситуации с точки зрения разума, он не знал.

– А, я смотрел ваши фильмы. В вашей культуре от свидетелей-людей принято избавляться. Избавляться – значит убивать. Как много иносказаний в вашем языке... Но мы действительно верим в мир. Ты не очень хорошо переносишь идеи всеобщего мира и возвращения к истокам, а сегодня узнал слишком много. Ничего. Найдем другой путь. Будешь ягодку? – Кла достал из поясного мешка пару черных шариков и выдавил в рот человека. Тот пытался сопротивляться, сжимая губы, но без успеха. В итоге лишь подавился соком.

Кла тем временем продолжил:

– Ты станешь в глазах своих людей сумасшедшим. Будешь говорить им правду, а они – лишь убеждаться в том, что такого не может быть. Правда – лучшее оружие. Вы высокомерно говорили нам, что ваши технологии неотличимы от магии. Но так и не заметили, что наши технологии неотличимы от природы. Посмотри в окно, человек. Все эти леса, животные... От нашей исконной природы ничего не осталось. Все, что ты видишь, было когда-то улучшено или создано. Или ты думал, что хищники по доброте душевной не трогают нас? Это правда, но кто в нее поверит? Глупые аборигены своими руками создали биосферу? Какая чушь.

– Чего ты хочешь? Вы же сами продаете свои владения! Вы хотите убить людей, проникнуть на Землю? К чему это все?

– Вижу, ты не понимаешь наших методов. Я расскажу тебе историю нашего мира, настоящую историю.

Кла налил себе сока и сказал:

– В то время, когда ваш вид еще не приобрел свою нынешнюю форму, сотни тысяч лет назад, мы уже застроили планету небоскребами. Наши ракеты летали ко всем планетам системы. Компьютеры говорили с нами на равных, становились верными помощниками и спутниками.

Но пришли они, первые завоеватели. Те, кто назвался вестниками жизни. Те, кто стер большую часть нашей культуры, те, кто заставил нас нашими же руками разрушать города, памятники, дороги. Взамен они дали великую идею ценности жизни. Нам было рано приобщаться к технологиям. Не доросли. Так они считали. Поэтому во имя благой цели, во имя жизни было уничтожено большинство населения. Срыты фабрики и заводы, сожжены библиотеки. В хибарах под их надзором мы учили их моральный кодекс. Точно так же, как ваши древние корпели над святыми книгами. А они занимались селекцией нашего вида.

Элиза и второй абориген внимательно слушали, не шевелясь. Константин слушал историю, не зная, жалеть их или злиться от того, что они скрывали.

– Прошло несколько тысяч лет – достаточно, чтобы любое подполье вымерло. Но оно не вымерло. Сеть старых бомбоубежищ дала приют тем, кто сохранил и приумножил знания нашей цивилизации.

Вестники просто ушли. Куда ушли, когда вернутся – мы этого не знали. Вдруг это проверка? Впрочем, такими вопросами задавались только жители бункеров. Но что такое тысячи мудрецов против миллионов невежд, забывших свою культуру?.. Неважно, – он залпом выпил стакан и поставил на стол.

– За это время мы научились скрываться, еще глубже ушли под землю. И сильно продвинулись в биотехнологиях! Шаг за шагом трансформировали флору и фауну. Природа перестала быть опасным местом. Мы создали ту гармонию, которой вы восхищаетесь, искусственно. Ту гармонию, которую вы видите в своем прошлом, не понимая, что ее там нет. Вы тоскуете по своим вымершим видам, не зная, что мы сознательно истребили в разы больше видов, чем вы случайно.

Вестники не вернулись. Но пришли другие. И они, как и вы, поразились гармонии природы. Это им не помешало активно выкачивать ресурсы и строить свои города. Как и вам сейчас. Но философия вестников оказалась столь мудра, столь обширна, что заразила неподготовленные умы. Под землей уже выпускали сотни танков, готовились к войне, которая не состоялась. Множество образовавшихся сект разорвало империю захватчиков на части, наш мир покинули и забыли.

Так мы поняли, в чем сила. Военный флот на орбите можно уничтожить, а идеи – нет.

Каждый захватчик видит в идеях вестников что-то свое. Мы скармливаем отдельные крупицы, смотрим, что действует лучше всего. Подстраиваем свое поведение, начинаем рассказывать больше самых действенных идей. А грибы, фрукты и орехи – все это помогает подготовить сознание захватчиков. Ну что может быть плохого в безобидной местной кухне? Глупые туземцы сами приносят вкусные орешки, да еще и продают земли за бесценок! А в это время ваше сознание меняется. Ты ломал оборудование. Твой друг пытался сбить космическую станцию, – он перевел взгляд на Элизу, но промолчал о ней.

Оператор слушал и злился. Злился на обман, злился на скрытую войну, злился, что в его голову залезли.

– Мы изучили вашу историю, культуру, законы. Еще несколько лет, и ваши правители начнут пытаться утихомирить сотни протестов. Они объявят нашу планету заповедником, думая, что этого будет достаточно. И тогда очередная раса захватчиков покинет нашу планету.

– Вы переоцениваете себя. Обманете одних, но другие поймут правду! Уж будьте уверены, я все расскажу! Найдутся те, кто готов слушать! – жгучее чувство несправедливости перемешивалось с гневом.

– Мы ваш новый миф о добре, о рае. Вспомни историю своего мира, что вы делали во имя добра, во имя рая и что делали с теми, кто пытался своими словами разрушить этот миф.

– Мир давно иной, а вы только и говорите, что о прошлом. Может, поэтому вы все еще ютитесь на единственной планете? Люди поймут, люди все увидят, – гнев начал подпитывать твердость решения. Надо все рассказать. Открыть глаза человечеству на расу лжецов.

Кла кивнул Элизе, буркнул что-то своему спутнику, и они все вышли наружу. Конечности человека понемногу начинали слушаться, но о том, чтобы преследовать их, не могло идти и речи. Нет, надо как можно скорее рассказать всем, что он узнал.

***

Звук вертолета. Грохот клавиатуры. Сообщения о правде во все доступные сети.

Звук вертолета. Грохот экипировки шагающих солдат. Стук в дверь.

+2
17:08
377
11:53
+2
Хороший рассказ. Немного сумбурный и сжатый. Написан грамотно, но автору нужно обратить внимание на правильное оформление диалогов. Это первый рассказ из попавшихся мне на конкурсе, который можно читать, не ломая себе голову логическими нестыковками. Он неидеален, но по-своему хорош. Удачи в конкурсе!
18:37 (отредактировано)
+3
Немного растянута болтовня в начале и середине. Видимо, для объема.
Слог хороший, глаз не дергается. Не нудно, не проматывал. Логических несостыковок не вижу.
В рассказе есть идея, чего нет во многих других. Пусть идея спорная, но это уже другой вопрос. Согласен с предыдущим комментатором, пока что лучшее из прочитанного мной тут.
13:16
+1
Насчёт сумбурности можно и поспорить. Растянутость? Согласен, надо было писать намного короче. Но тогда объём текста окажется ниже 10К. Но беда в другом: рассказ бессюжетный, не увлекает, неинтересно читать, диалоги хромают. «Мирной» тлеющий слабенький конфликт. Однако само повествование на высоте, автор умеет писать. Фантастика лишь в том, что события происходят не на Земле. И всё. Малоинтересно.
19:14
+1
Автор пытается переосмыслить то, что видит в окружающем мире. Каждый тут увидит своё. Тема сохранения природы актуальна в цивилизованном мире. Но куда они призывают? Обратно в лес, в землянки? Вот тут логика у многих хромает — хотим жить в благоустроенных землянках. А захочет ли этого ваша женщина? В целом рассказ написан неплохо, логично, хотя, честно говоря, не затягивает.
Загрузка...
Кристина Бикташева