олдскульное танго

«Утомлённое солнце нежно с морем прощалось…». Да не такое уж и утомлённое — вон как бодренько валится в море, сияет оранжевым, обещая на завтра безветренное тепло. «В этот час ты призналась, что…» мыслей нет… Вы идёте по берегу моря, а в голове и вправду пусто до гулкости, и от того слащавая песенка, угнездившаяся паразитом, отдаёт эхом.

«… Мне немного взгрустнулось, без тоски, без печали…». Вам не то, чтоб грустно, скорее уныло: вечером, выйдя в сеть, вы опять увидите несколько уведомлений «новое произведение», немым укором висящих в правом нижнем углу монитора. Ну да ничего, говорите вы себе, повисят и исчезнут. Но на душе смутно и суетно: вы недавно дописали и выложили последнее произведение, а новое пока не начали. Вроде, задумки-то есть, но…

То, что было написано сразу по окончании предыдущего, кажется беспомощным. Жалким даже. Это не начало, а провал, говорите вы себе. Да и вообще… В самой идее-то вы уже почти уверены, но с воплощением не задалось. Попытка форсировать события и лихим наскоком погнать плетью хромающий текст (вперёд! вперёд!) провалилась. Кавалеристская атака захлебнулась, едва начавшись. И чем больше быстроты и натиска вы вкладывали в новый текст, тем становилось хуже. В какой-то момент, перечитав получившееся с брезгливым изумлением, вы удалил файл и поехали к морю. Теперь вы идёте по берегу и слушаете песенку, закольцованно звучащую в пустой голове. Чайки радостно орут на подпевках.

«… Расстаёмся, я не буду злиться…». А чего злиться-то? Кое с чем вы охотно расстались: с шумом под окнами (тут у моря, потише, чайки не в счёт), с неприятными напоминаниями о том, что другие пишут (а вы нет), с хромым текстом, (надо было и копию удалить!).

«… В этом виноваты только мы — ты и я, я и ты…». Никто не виноват, надо попробовать заново, говорите вы себе, или, может, что-то другое… Другой жанр, не реал, а…

В голове вдруг зашумели сказочные травы, в небе заухали ведьмы, косяком летящие на юг. Болотной дымкой заклубился Мастер Иллюзий Бесконечного Фэнтези с острыми ушами, весело жонглирующий драконами.

— А почему бы и не фэнтези снова? Продолжать же легче. — томно цедит он с эльфийской ухмылкой — И зачем тебе этот реал? Будешь лепить из серых будней или подглядишь в чужих окнах? Но там не на что смотреть, поверь, я помню реальность, она безрадостна. — Его ручные гоблины и орки согласно кивают, выглядывая из карманов и из-за пазухи Мастера. «Точняк! Слышь чё грит!» верещат они.

— Это будет полностью выдуманная история, — запальчиво уточняете вы. — Хоть и прозаический реализм, но, может, и не совсем…

— Подумай, — голосом змея-искусителя ласково шелестит Мастер Иллюзий. — В Сказочную Страну виза не нужна… — он растворяется в тумане, облизнувшись раздвоенным языком.

Вы сосредоточенно крутите в голове кубик рубика задумки нового, пытаясь выставить цвет хотя бы одной грани.

— Ха! Обыденность восьмидесятого левела, — сверкнув космическим скафандром, говорит Фантастика-Любимая-С-Детства, энергично выскочив из подсознания и указывая смелым жестом на кубик. — Приземлённо. И архаично. Надо мечтать! — провозглашает он, глядя куда-то вдаль за горизонт событий. -… Да иду уже, — раздражённо кричит космический мечтатель зелёному пришельцу, зазывно машущему из люка летающей тарелки. — Вернусь, подскажу как мечтать. Бетельгейзе ждёт! До встречи в будущем! — с прощальным салютом Фантастика-Любимая-С-Детства размашисто идёт к тарелке молодцеватым шагом в ногу сам с собой.

Не, фантастику из этого не сделать, говорите вы себе, проворачивая кубик со скрипом.

— Что это такое рыхлое, где тут буду мускулы? Эшена у тебя нет, — рявкает вам в ухо Триллер, вывалившийся из мутного пятна в кровавых тонах. Он хаотично подёргивается в конвульсиях динамики, сочась фобиями из дырок от пуль по всему телу. Его глаза смотрят в разные стороны в ожидании внезапного удара исподтишка.

— Да что ты всё время вываливаешься?! — шипите вы на него. — Брысь!

Раненый крикун исчезает с невнятным прощальным воплем. Загребая ногами, вы бредёте дальше. Вечереет. Песенка в голове затихла, слышен только крип механизма кубика идеи.

— Где вы его взяли? — подозрительно щурится внезапно возникший почти в реальности усатый молодец с проблесковым маячком на голове, над ним сияет гало в виде официальной таблички на двери «Детектив-Процедурал». Он фотографирует вас с кубиком, как улику и рефлекторно заполняет протокол. — Вот тут, сбоку, где красное — это отпечаток криминальности, что ли? Неубедительно. И хвост у вас не пистолетом. — Вы испуганно оглядываетесь: какой хвост?! — Так же рожа лица у вас наивная. Особых примет не имеете. Этот пёстрый тупой предмет вам зачем?

— Это моя задумка, — устало объясняете вы, пытаясь не показать обиды на «тупой». — Сбоку — это элемент такой, для вящего реализма. Такое бывает, знаете…

— Не бывает, вы процедуры не придерживаетесь, — въедливый Детектив-Процедурал качает головой, с треском снимая одноразовые перчатки.

За его спиной воплощением суровой мужественности майор Правовой и сержант Сквозняк тут же сплотили ряды. В дискотечном сиянии всполохов синего и красного от маячка какие-то маргинальные элементы, зловеще отплясывая что-то запрещённое и зычно матерясь, совершают противоправные действия.

Вы громко говорите «Не верю!», и всё исчезает. Остаются только кубик, море и вы.

Сумерки внезапно задышали духами и туманами, а в голове у вас звенит сладкий голосок:

— Ой, какой у вас кубик занудненький… Но миленький… — ласково воркует Романтика Навсегда (тм), возникшая у вас на краю сознания. В её руках пышный букет страстей. — Надо добавить любви. И жалости. Что вы так скривились? Животиком маетесь? — она нежно сморит на вас. От запаха роз щиплет глаза.

— Это от страха, — холодно говорите ей вы. — Чесотка экзистенциального ужаса, обычное дело, реализм же у меня… — вы говорите об этом, как о привычной хвори.

Романтика Навсегда (тм) смотрит на вас сияющими звёздным светом глазами, откуда-то льются бутилированные трели соловья.

Вы, громко хмыкнув, трясёте головой, словно встряхивая слежавшиеся мысли. Снова пахнет морем и почему-то рыбой.

— Пффф, не страшно совсем. Мне, вот, например, не страшно, — равнодушно вещает замогильным голосом Магистр Ужаса за вашим левым плечом. Вы испуганно оборачиваетесь, замахнувшись кубиком. Мистически левитируя и эффектно хлопая чёрным реющим плащом с малиновым подбоем, Магистр Ужасов лорнирует кубик идеи сквозь викторианские окуляры и по-вампирски цыкает зубом. Вся сцена тут же приобретает готичный колорит, слегка подпорченный неуклюжими ужимками зомби на заднем плане.

— Тут другой ужас, ужас повседневности, вы не понимаете… Вот, смотрите, — спорите вы, ловко выхватив из кармана квитанции ЖКХ, уведомления о просроченном кредите, справки какие-то официальные, приказы об увольнении, фотографии школьных лет и одной рукой быстро сворачиваете из них бумажную шляпу, которую водружаете себе на голову. Стремительно налетевшее облако летучих мышей жадно пожирает бумажный мусор, зомби аплодируют, теряя руки.

— Осспаде, напущщали тут всякой нечисти, — раздражённо отмахиваясь от остаточных призрачных летучих мышей, ворчит внезапно возникший Полкан Боярки в облаке паровозного дыма своей шапки из бобра. Бобёр укоризненно чихает. Остатки летучих мышей, зомби и пауков уносит ветер истории, где-то вдали истово ржут кони. — Не вижу тут предыстории, славного нашего и вашего прошлого я тут не вижу! — он тычет указующим перстом в кубик. — Да и без попаданца вы к тому же… Зря вы с этим возитесь. Выбросьте.- ворчит он, осанисто похрустывая французской булкой.

Вы упрямо прижимаете почти сложенный кубик к груди.

— Это моё! Настоящее! Реальное! Не то, что некоторые! — гневно сверкнув очами на Полкана Боярки, пискляво орёте вы с интонациями озверевшего интеллигента. — Идите уже со своими попаданцами! На… на Невский свой идите! В Гатчину!

— Хозяин-барин, — равнодушно пожимает эполетами Полкан Боярки, надменно почёсывая саблей окладистую бороду. — Голодать же с этим будете… По миру пойдёте. Без попаданца-то.

— Не слушай их, бро, — говорит кто-то вам на ухо, а потом, отстранившись орёт — Пшли отсюда! Валите давайте! Аут офф!

Жанровый морок исчезает из вашего сознания, остаётся только кубик и ваш незримый собеседник.

Поправив очки дополненной реальности, Киберпанк Будущего, Которое Всегда Рядом разглядывает кубик сквозь неоновый дымок синтетической сигареты — Добавь ещё ИИ-шных стикеров вот сюда, — он показывает куда лазерным фонариком. — Будет смешно.

— Да нет, смысла нет, уже готово, — говорите вы, удивляясь тому, что незаметно для себя выставили грани по цветам. — Во! Точно готово!

Киберпанк Будущего, Которое Всегда Рядом одаряет вас улыбкой почти вероятного настоящего

— Ну, бывай тогда, — он уносится прочь в вихре пикселей и обрывков командных кодов. Неоновый туман медленно тает в ночном небе.

А вы, гордо хмыкнув, суёте ставший реальным готовый кубик своей новой истории в карман, вскидывает на плечо воображаемое Ружьё, Которое Должно Выстрелить и, не дожидаясь Третьего Акта, уверенно отправляетесь домой, немелодично мурлыча себе под нос мелодию «We are the champions».

© Киселева О./ko_mon 

иллюстрация: © MON