Конец чудес. Финал
Автор:
Ruslan
Текст:
Слом
Рен сломался не сразу. Он держался дольше других может, потому что был молод, а может, потому что где-то в глубине ещё теплилось воспоминание о вкусе пива в «Кривом псе» и голосе старого наёмника, способном одним словом заставить сердце замереть. Но однажды утром, глядя на очередное тело, он просто не смог поднять нож. Перед ним лежала девушка из соседнего знакомого селения, на которую он постоянно заглядывался с глупым видом. В тот раз его мысли настолько оторвали от реальности, что он просто проворонил момент, когда брат той девушки хлопнул его по скуле. Этот здоровяк, с топором за поясом, просто, казалось хотел хлопнуть комара, а поставил огромный синяк, мимоходом сбив с ног. Он сидел на земляном полу, уставившись в стену, и беззвучно шевелил губами, повторяя одни и те же слова.
Мантикор пришел сам и стая с почтением расступалась перед ним, давая ему дорогу. Огромная лапа легла Рену на плечо, полностью лишая воли. Мантикор выпустил один коготь — длинный, изогнутый, острый как резец, и медленно но аккуратно вывел на каменной плите, лежащей рядом, несколько слов. Рен успел прочитать их, прежде чем скорпионий хвост ударил его в грудь. Боль была короткой, яркой, почти милосердной. Последнее, что он увидел — собственные слова, вырезанные в камне: "Я не знал, что мир столь жесток". Тело несчастного унесли туда же, куда уносили всех до него, — на разделочный стол. Но камень остался.
ФИНАЛ
След уходил к северо-востоку и Бран шел по нему три недели, сбившись со счета дней и деревень. Дома он не обходил: зная, что там никого нет. Наëмник шел по глубоким бороздам от волокуш, которые дожди еще не смыли, по запаху гари, что держался в низинах, по мертвой тишине, начинавшейся за версту до селения. Он спал урывками, по часу-два, видя во сне её лицо. Ел что попадется: черствый хлеб в брошенных хатах, сушеное мясо из мешка, коренья, выкопанные ножом у дороги. Конвоир из него выветрился. Остался только следопыт.
На четвертую неделю Бран вышел на привал, временную стоянку стаи перед дальней дорогой. Костер потух, зола остыла. На земле лежали в в диком порядке кости, отобранные по их принадлежности: шейные позвонки находились рядом с ребрами а те - с другими частями тел. Черепа лежали отдельной кучей. Бран насчитал восемь. Задерживаться здесь он не стал.
Через несколько дней наëмник нашел ещё одного измученного раба. Тот сидел под деревом, привалившись спиной к стволу, и смотрел в никуда. Лицо его казалось старым, хотя парню было лет двадцать. Он не убежал, просто Мантикор на время его отпустил. Человек рассказывал, что химеры не держат, но дают работу, жильё рядом с ними и еду. Бран хотел спросить про Миру, но поинтересовался только: где вход. Раб поднял руку и указал в сторону оврага. Потом умер, без вздоха, как будто только и ждал, чтобы его спросили.
Вход в логово охраняли три крупных химеры. Они не стали нападать на незваного посетителя, преследующего их стаю почти целую луну по пятам. Мантикор решил узнать, зачем этот человек так целеустремленно гонится за смертью, поэтому решил позволить нагнать себя. Брана провели по коридорам, вырубленным в скале, мимо жаровен и столов, мимо рядов тел. Люди не поднимали голов от своей работы.
Мантикор сидел в главной пещере на каменном выступе, сложив гигантские совиные крылья. Рядом с ним стоял пожилой мужчина с пустым взглядом.
— Ты пришел за пекарем, — сказал мужчина. Мантикор каким-то образом говорил через него. — Ты видел мои лагеря, мои привалы, моих работников и ты, наконец, здесь.
Бран молчал.
- Я не убил тебя до сих пор потому, что ты не враг, не друг а ещё пока инструмент. Ты возишь живые грузы на смерть. Я перерабатываю результат твоей работы в ресурс. Мы оба делаем свое дело.
Бран сжал рукоять.
- Я ищу Миру. Она ведь у тебя ещё? Или ты её уже съел?
— Твоя знакомая не в цепях и не связана верёвками, — голос стал тише. — Она здесь, потому что выбрала это. Можешь увидеть и забрать ёе, если она захочет уйти.
Мантикор указал лапой в боковой коридор. Бран пошел в указанном направлении, держась основного коридора. . Мира стояла за столоми, её руки были по локоть в чужой плоти и крови. Она работала без остановки: споро срезала мясо, резала на полосы, укладывала в ровные стопки. Фартук был бурым от крови, а рядом, на жаровне шипел топящийся жир. Она подняла голову.
— Ты здесь, — сказала она, буднично и просто, без лишних эмоций. — Мантикор не держит никого из нас, — продолжила она и снова взялась за нож. — Он дал крышу, еду, работу, цель в жизни. Я снова знаю, что делать.
— Это не работа, — сказал наëмник севшим голосом. — Это бойня.
— Это жизнь, — ответила она. — Ты не можешь защитить меня от разбойников или пропустить пару стаканов с моим отцом и братьями в таверне. Ты сам знаешь. - Она вытерла лоб, размазав кровь по лицу. — Знаешь, что я поняла? - Она ткнула ножом воздух в его направлении, - Ты искал не меня а ту девушку, что пожалела тебя и мечтала найти мужчину, что будет защищать и станет опорой. Еë теперь нет. Мантикор не делал из меня зверя и дал разумный выбор. Я выбрала жить.
Бран почувствовал, как внутри что-то оборвалось.
— Я не судья, — сказал он. — Я конвоир. Вожу грузы. Но иногда груз лучше всего не довозить до плахи.
Она посмотрела на него. В глазах мелькнуло понимание. Она знала, зачем он пришел.
— Этот груз я довезу сам.
Меч плавно вышел из ножен с тихим шорохом. Мира не отшатнулась, не закричала и не испугалась.
- Убьёшь меня? Я для тебя чудовище?
Она выпрямилась и смотрела ему в глаза без страха, как будто ждала этого.
- Сделай это, - прошептала она тихо. - Я не могу так больше. Не хочу однажды найти тебя среди этих тел.
Сталь вошла под левое ребро, прямо в сердце. Падая, девушка задела стол, и куски мяса посыпались на пол, смешавшись с грязью и опилками. Бран вытер клинок о ее фартук и убрал меч.
- Прости, что не успел вовремя, - произнёс он в тишину.
Он смотрел, как кровь впитывается в сухую землю и вместе с ней уходило все, ради чего он шел сюда. Наëмник вынул из потайного кошеля простое серебряное кольцо и положил его на землю, рядом с её телом. Он развернулся и пошел к выходу. Мантикор сидел на камне и смотрел без злобы, торжества или осуждения. В золотистых радужках его глаз отображалось странное удовлетворение от чего-то, в чём он только что убедился.
— Ты еë не забрал с собой, — сказал он через раба, — Ты сделал из неё очередную тушу на земляных полах пещер.
Бран остановился.
— Она ушла из обычной жизни раньше, чем ты пришел. Это было только её решение.
Бран молчал.
— Ты зашел в мой дом, убил моего работника и испачкал продукт. Ты пришел спасать невинность, строить семью, а ушел с убийством полезного человека. Ты делаешь то же, что и я, только ещё не понимаешь этого.
- Я освободил её, - твёрдо сказал Бран и пошел прочь. За спиной осталось утробное урчание, заполнившее пещеру и окрестности.
Эпилог
Дни после смерти Миры слились в одно серое пятно. Бран шел, не глядя под ноги и не разбирал дороги. Он плохо спал, ел через силу, стал тенью прошлого самого себя. Однажды его путь вел мимо старого привала стаи. Он хотел пройти мимо, но остановился перед каменной плитой, торчащей из земли. На вид это был обычный обломок гранита, но края оказались слишком ровные. Бран присел, смахнул мох рукой и замер, вчитываться в слова: "Я не знал, что мир столь жесток".
Буквы были длинные, плавные, без сколов и зазубрин, словно их выдавили или вырезали чем-то за один раз, что было значительно твёрже камня.
Бран долго сидел, опустив голову, размышляя о том, кому это послание было адресовано. Он пошел дальше, оставив плиту за спиной, в мир без чудес.
Беспощадная критика
Спасибо большое Руслан, мне очень понравилось
Тут сеттинг средневековья. Деревни и прочие поселения были важной основой городской жизни, и жизни государств, соответственно. А если говорить про какую-нибудь феодальную раздробленность, то там люди были буквально имуществом. (Тут конечно, не феодальная раздробленность, это я просто к слову).
Из всего вышесказанного возникает вопрос: почему местный правитель не собрал такой хорошенький отрядик из охотников, рыцарей, пехоты, лучников и тд. И не попытался убить эту несчастную Мантикору. Она ведь нехилый такой убыток дает.
Второй вопрос, если были твари. И твари остались, то где же охотники на этих тварей? Куда они делись? Должны же быть, что-то вроде ведьмаков. Да, они потеряли магические способности, но, как и мантикора, должны адаптироваться под новые реалии. К тому же, они, как я погляжу, всё ещё очень востребованы.
И третье. тут скорее всего я не понял, так что не утверждаю. Когда мантикора использовала одного из рабов, как дешифратор своей речи. Как она передавала свои мысли человеку, если магии больше нет? Тут не знаю. Может я чего-то не понял.
Это немаленький такой лев, со свехплотными, почти биометаллическими мышцами, перепончатыми крыльями с размахом в 12 метров, но покрытые сверху шерстяными перьями с бахромой как у сов. Из-за физиологии (так как Мантикор это лев а не грифон с клювом) он не может чинить птицеподобные перья а вылизывает шерсть на них, восстанавливая структуру «пера» и бесшумность полёта.
Кроме того, это единственная разумная Химера в отличии от других «почти» разумных химер, с полным самосознанием и способная сказать чёткое, уверенное «я», увидев себя в отражении.
Сотни сражений в человеческих войнах смогли сделать его мышление стратегически холодным и взвешенным.
Именно поэтому Мантикор и набрал себе стаю, зная, что каким бы могучим он ни был бы, в одиночку выжить у него слишком мало шансов.
Насчёт передачи мыслей: Вы здесь правы, Мантикор это делает с рабами, и здесь работает не магия а, скорее всего, особенности мозга.
С остальными же Химерами он общается звуками. Так как лев — это здоровый кот-переросток, то весь набор звуков при нём.
Но если человек слышит подобный «мурлык», продирающий до костного мозга, то, скорее всего, этому человеку остались жить прискорбно мало.
Надеюсь, я смог ответить на Ваши вопросы.
у вас была лаконичная история одного наёмника. Но последние главы сделали эту историю глобальной. Тут задействовано уже куча и куча судеб. А когда такое происходит, то история больше не может быть в вакууме, на мой взгляд. Сразу вопросы появляются. Куда король смотрит? Где защита поселений?
Можно просто произнести концепцию вслух: страшная разумная тварь набрала себе в услужение других страшных тварей и разоряет кучу поселений. Звучит очень глобально. Это очень сильный раздражитель, а на него должна быть соответствующая реакция. А в истории этого нет, и поэтому у меня осталось какое-то чувство неполноценности, что ли.
Пришёл Бран, решил ситуацию со своей возлюбленной и ушёл, как будто там других страдающих людей нет. И судя по концу, он не идет к правителю, чтобы донести информацию про столь ужасные события, а просто идет куда-то. Не обязательно подробно описывать все эти моменты. Можно просто дать редкие упоминания, что ситуацию пытаются решить сторонние силы.
У вас тут очень большая возможность. Вы можете обозреть историю правителя. Как он справляется с подобными проблемами. Написать целую арку о войне с этой мантикорой. Сюда же добавить историю охотника на монстров, что лишился своих сил, но как-то продолжает охотиться, просто потому что ничего больше не может.
Возможности большие для расширения вселенной.
Мне тяжело править на телефоне а планшет и ПК недавно сгорели от перепада напряжения. Заказал новый планшет а вот с ПК вопрос спорный: цены улетели в стратосферу.