Вагончик на Току

Я смотрю на кусты малины. Красные, спелые ягоды. Ради них я тут. Ради них я снова села на заднее сидение огромного дедушкиного велосипеда и упала с него, когда мою ногу засосало в колесо. Я всегда держала ноги растопыренными, потому что боялась этого. Было так страшно, что я не помню несколько минут после происшествия. Помню, что боялась пошевелить ногой, думая, что не смогу этого сделать. Нога оказалась цела. Дедушка отделался легким испугом, а я всю остальную дорогу до «Тока» держала ноги растопыреннее, чем когда-либо.

Я смотрю на кусты малины. Как странно, что такие вкусные ягоды есть только на дедушкином «Току». Спустя годы я так и не узнаю, почему его работа так называлась. Возможно, когда-нибудь напишу об этом рассказ, а умные читатели подскажут, что могло скрываться за этим названием. Но сейчас мне шесть, и я уплетаю сочные ягоды, пачкая руки и подбородок красным соком, и жалею, что не взяла с собой Мишутку. Мишутка — это игрушечный медведь размером с меня. Мне подарил его дядя, мамин брат, когда вернулся с войны. Я не знаю, кто и с кем воевал. Знаю только, что бабушку и маму очень разозлило, что дядя Вова по своей воле пошел на войну. А я не злилась. Ведь дядя Вова первым делом пошел в магазин и купил Мишутку для меня.

Спустя годы я узнаю, что к этому моменту была первым ребенком в большой семье, состоящей из бабушки, дедушки, двух сестер (одна из них — моя мама) и брата, дяди Вовы. Я была чудом, сокровищем для всех. Спустя годы мамины сестра и брат тоже обзаведутся детьми, а бабушка с дедушкой — внуками, и я перестану быть чудом. Но сейчас мне шесть, и первом делом, вернувшись с войны, дядя купил для меня Мишутку.

Дедушка зовет меня обедать. Я захожу в «вагончик», и он сажает меня на колени. «Вагончик» - это ласковое название настоящего вагона, которое служит местом перекуса и отдыха для работников «Тока». Я не знаю, откуда он тут взялся. В нем летом прохладно, а зимой — тепло. В нем меня всегда угощают конфетами. В нем все взрослые, кроме меня. Это самое уютное место в целом мире. Спустя годы я узнаю, что дедушка был самым уважаемым человеком на работе, а потому меня так все любили. Но сейчас мне шесть, и я думаю, что меня все любят, потому что я хорошая и красивая девочка.

А дальше происходит самое страшное. Все идут к огромной машине, которая, по моему мнению, в любой момент сможет вырваться из ворот и задавить меня. Позже я узнаю, что «огромная машина» - это всего лишь аппарат для переработки зерна, который визуально напоминает автомобиль. Но сейчас мне шесть, и я кричу, обливаясь слезами. Меня уводят в «Вагончик» и уходят работать. Я забиваюсь в угол и плачу. Перед глазами огромная машина, которая раздавит меня сразу же, как я выйду на улицу.

А потом я снова дома. Бабушка вернулась со школы и готовит ужин. Я не знаю, зачем она ходит в школу летом, ведь у всех каникулы. Мне нравится в школе. В классе нас всего трое. Все девочки. Над одной девочкой, Валей, все смеются. Говорят, что в ее волосах прыгают вши, а на голове образовалась корка из ран от их укусов. Ее родители много пьют и ругаются. С ней никто не хочет дружит. А я хочу. С ней весело. Другая девочка, Маша, запрещает мне с ней дружить. Она из хорошей семьи. Я хочу дружить с ними обеими, но это невозможно. Приходится врать. Спустя годы Валю и ее младшего брата заберут в детский дом, и я больше никогда ее не увижу. Но сейчас мне всего шесть, но уже противно быть собой. Все честные, а я врунья.

Перед сном бабушка рассказывает мне сказки. Я умоляю ее рассказать про «Катюшу». Сказки про Катюшу — это целый мир, выдуманный бабушкой. Мне приятнее всего засыпать под сказки, придуманные ей. Почему-то они всегда кажутся интереснее и теплее. Сказка кончается, а я прошу бабушку «держать меня крепче». Это означает, что она должна сжимать меня со всей силы в объятиях, пока я не засну. Легкие объятия меня не устраивают, в них нет нужного ощущения безопасности. Спустя годы я узнаю, что сочинять новые сказки для бабушки было пыткой, так же как обнимать меня несколько часов. Но сейчас мне шесть, сказка гармонично закончилась, а бабушка достаточно крепко обнимает меня, чтобы темнота за окном казалась пустяком.

Я не помню, когда и почему вернулась в город, к родителям. Я помню только, что кончился большой деревенский дом, парное молоко, поездки на «Ток», малина, «вагончик», сказки про Катюшу, «держи меня крепче», большой велосипед и медведь размером с меня. Теперь мою жизнь составляла маленькая комната общежития и огромный школьный класс. Как странно, что в классе из троих человек у меня было два друга, а в классе из тридцати — ни одного.

Здесь оказалось, что у меня некрасивый, неправильный прикус, а еще слишком худое, длинное тело.

Спустя годы я узнаю, что моя бабушка была директором школы, а потому меня все любили. Но сейчас мне семь, и я не понимаю, почему в разных местах меня любят по-разному. Оказалось, что мой папа много пьет. Оказалось, что моя мама ненавидит его. Они дерутся, а мне страшно. Теперь я - девочка Валя.

***

Я шагаю по дороге, которая когда-то казалась непреодолимой пешком. Справа — болото, в котором наш пес загрыз несколько уток. Слева — школа, в которой теперь выбиты окна. Я залезаю через одно из выбитых отверстий и оказываюсь в моем детстве. Рваные карты, книги, тетради, склянки, макеты, дневники — я хватаю каждый предмет в надежде найти знакомую фамилию. Вот директорский кабинет бабушки, в который можно было войти только по стуку. Вот кухня, которая была ограждена от столовой и казалась недостижимой крепостью, полной секретов и таинств. Вот мой класс, в котором я не боялась вшей и потому была самым честным, вопреки своему мнению, ребенком на свете.

Я дохожу до «Тока». Заброшенный завод, ржавый забор, территория, заросшая борщевиком и одуванчиками.

И маленький вагончик среди зарослей.

Кажется, это единственное уцелевшее место из моих воспоминаний.

Я забиваюсь в угол и плачу. Здесь больше не тепло зимой.

Я представляю, как шумит молотилка для зерна. Я пытаюсь представить, что это страшная машина, которая может меня задавить. Я хочу, чтобы это было моим единственным страхом.

Спустя годы я узнаю, что дедушка умер, не дойдя нескольких шагов до дома. Спустя годы я узнаю, что дедушкин «Ток» закрылся. Спустя годы я вырасту, и Мишутка будет дышать мне в пупок. Но сейчас мне шесть, я слушаю сказку про Катюшу, обнимаю Мишутку и думаю о малине, которую завтра съем на «Току».