Квест

От лёгкого прикосновения Даня открыл глаза сразу, будто и не спал совсем. Над ним, склонившись, стоял отец. У входа в каюту – в кругляшке, едва освещенном тревожным оранжевым светом тусклых аварийных ламп, угадывался силуэт матери.

– Что случилось? – Даня приподнялся на локте.

– Всё в порядке, – успокоил его знакомый голос. – Просто пора вставать.

– Уже? – мальчик покосился на проекцию часов, мерцавшую уютным изумрудным оттенком на стене рядом с полкой, где добродушно восседал плюшевый мишка: те показывали без двадцати минут четыре.

Перехватив взгляд сына, отец чуть виновато улыбнулся:

– Ты извини, но сегодня надо встать пораньше.

* * *

Испачканное лицо Сергея выражало крайнюю усталость: заросший суточной щетиной подбородок безвольно опустился на грудь, взгляд потускневших серых глаз отрешенно устремился в пустоту, а опалённые, некогда косматые брови, сурово сдвинулись, проложив глубокую складку. Зоя украдкой разглядывала мужа, будто видела впервые.

Тот устало сказал:

– Пожар в отсеках устранён.

– Это же хорошо, правда? – робко спросила Зоя.

– Хорошо, – согласился Сергей и отыскал взгляд жены: тревожный и слегка растерянный. В уголках зелёных глаз поблёскивала влага.

Сергей тяжело вздохнул. Хотелось с головой укутаться в плед, забиться в дальний угол корабля и рыдать. Выть, словно зверь, угодивший в капкан. Он жалел, безмерно жалел, что уговорил Зою отправиться в эту проклятую экспедицию, да еще и Даньку с собой взять. Какой же он дурак…

С усилием сглотнув ком, колючим ежом вставший в горле, он выдавил:

– Мы потеряли вспомогательные двигатели. А Бьорн и Жилинский… – он помолчал, подбирая слова. – Они были там, когда…

Он снова умолк, и Зоя положила поверх его дрожащей, сбитой в кровь руки свою, тихо спросив:

– Они мертвы?

Сергей кивнул и закрыл глаза. Но даже так он видел, как фигуры капитана и штурмана исчезают в яркой вспышке плазмы. Чувствовал нестерпимый жар, свирепо бьющий в грудь. Ощущал вонь горелой плоти и боль от удара о переборку. Слышал лязг люка, отсекшего разгерметизированную часть корабля.

И помнил, как в безумии, ломая ногти, царапал люк, пытаясь вернуться к ребятам. Как молотил кулаками, сбивая костяшки в кровь. И как, придя в себя, долго тушил выедающие кислород пожары в отсеках, возникшие от перегрузки сети.

Ему хотелось сказать, что он не виноват. Что приборы слишком поздно засекли астероид. Что времени на манёвр не оставалось. Что он горько сожалеет, что Зоя вместе с Даней оказались здесь…

Он хотел всё это сказать, и не смел. Сказал другое:

– В главном коридоре дыра. Без скафандров не пройти. Мы отрезаны от машинного отделения, спасательных капсул и медблока.

– А добраться до скафандров можно?

– Нет, – покачал головой Сергей. – Астероид ударил в шлюзовой отсек. Всё, что там было, уничтожено.

Зоя тихо сказала:

– А тут, в жилом модуле, удар совсем не почувствовался. И взрывы тоже, – она помолчала и задумчиво добавила. – А для Даньки скафандр на заказ делали… Замечательный скафандр вышел – Даня даже ночью не хотел с ним расставаться. Готов был спать в нём, помнишь?

Она печально улыбнулась.

– Помню, – отозвался Сергей. – Ты к чему?

– К тому, что не все скафандры были в шлюзовом…

* * *

Держа в руках шлем, облаченный в скафанрд Даня неуверенно улыбнулся маме. Её лицо казалось уставшим, но она нашла в себе силы улыбнуться в ответ доброй и мягкой улыбкой:

– Всё будет хорошо!

– Да, Дань, не волнуйся, – поддержал её отец наигранно-весёлым голосом. – Это просто такая игра. В водолаза. Помнишь, когда отдыхали на море, мы с тобой погружались с аквалангом? Ну вот, тут тоже самое. Представь, что космос это море, а скафандр – всамделишный костюм водолаза!

Море Данька помнил. И как ныряли помнил. Тогда в мутной, зеленоватой воде повсюду порхали прозрачные медузы.Они казались жуткими и зловещими, но рядом плыл отец, и Даня ни капельки не боялся. А мама ждала на берегу и громко смеялась, когда он в ластах, словно огромный лягушонок, шлёпал к ней по песчаной отмели в полосе прибоя, неся в руках большую раковину, добытую в подводном царстве.

От воспоминаний Даня заулыбался и отец одобрительно кивнул:

– Вот и правильно! А теперь слушай. Это не простая игра, это целый квест. Тебе предстоит, словно водолазу, погрузиться в пучину, затем взобраться на железную гору и отыскать волшебную пещеру. Вот тебе ключ от входа в эту пещеру.

Отец протянул ему металлический шестигранный штырь, с загогулиной на одном конце и кольцом с другой.

– Вот этим, – он указал на загогулину, – вставлять в отверстие. До упора. Затем повернуть и можно открывать люк.

– Люк? – удивился Даня.

– Ну да, люк, – сконфуженно улыбнулся отец. – Люк, за которым скрывается волшебная пещера

Он приложил ключ к магнитной полосе на скафандре.

– Может не удержать, – заметила мама. – Надо привязать.

Отец согласно кивнул, порылся в ящиках стола, но подходящего ничего не нашел. Тогда мама вышла из каюты, но выстро возвратилась с длинным шелковым пояском. Прикрепив один конец к скафандру, а другой к кольцу ключа, она проверила надёжность своей работы и удовлетворенно вернула ключ на магнитную полосу.

Отец показал большой палец и продолжил:

– Когда окажешься в волшебной пещере, первое, что ты должен сделать – сесть в кресло и пристегнуть ремни – обязательно! – иначе электроника не сработает. Перед тобой окажется пульт управления.

– Волшебный? – спросил Даня.

– Волшебнее некуда, – серьезно кивнул отец. – На нём надо нажать шесть клавиш в нужном порядке. Начать с фиолетовой. Затем синюю, голубую, зелёную, желтую и оранжевую. Ты должен запомнить – это цвета радуги, в обратном порядке. Если собьёшься – жми чёрную кнопку. Всё сбросится, и начинаешь заново. Когда всё сделаешь правильно, загорится красная кнопка. Нажмёшь её, и квест окончится. Ты победишь.

– Так просто? – удивился и даже немного разочаровался Даня.

– Это только кажется, что просто, – мягко сказала мама. – Не забывай, до сказочной пещеры еще надо дойти, а это нелёгкая задача.

Она присела рядом и привлекла ребёнка к себе:

– За пределами жилого модуля невесомость. Чтоб не улететь в космос, у тебя в ботинках есть магниты. Они, словно балласт у водолаза, удержат тебя на поверхности корабля. Главное, что ты должен запомнить, что нельзя одновременно отрывать от поверхности обе ноги, иначе улетишь в космос, а мы не сможем тебе помочь. Не бегай и не прыгай, прошу тебя. Это очень серьёзно. понимаешь?

– Понимаю, – кивнул Даня.

– Вот и умница! – она обняла его, и Даня почувствовал, что щека матери мокрая от слёз.

* * *

Сергей изумлённо смотрел на жену:

– Ты хочешь, чтобы он вышел в открытый космос и залатал дыру в главном коридоре? Ты в своём уме? Ему всего восемь!

– Ему уже восемь! – огрызнулась Зоя, выделив интонацией слово “уже”. Сергей покачал головой:

– Ладно. Допустим, он сумеет дотащить к пробоине листы обшивки, не растеряв их по дороге, допустим даже справится с горелкой и не отрежет себе руку. Но он не успеет. Не успеет закончить работу, понимаешь?

– Почему?

– Потому что контур охлаждения ядра варп-двигателя повреждён!

– Ядро перегревается? – с ужасом прошептала Зоя. – Ты ничего не говорил…

– Ну вот, сказал, – с горечью ответил Сергей.

– А ты пробовал перезагрузить систему управления? – с надеждой спросила Зоя.

– Пробовал. Не помогает.

– И сколько до взрыва? – голос Зои стал хриплым.

– Не знаю, – вздохнул Сергей. – Час, может полтора. Я послал сигнал бедствия. Его приняли. Но спасители будут часов через пять.

Зоя встрепенулась:

– Значит надо продержаться часов пять. И чинить контур не требуется, можно всего лишь охлаждать ядро до тех пор, пока нас не спасут. А делать это можно вручную. И у нас есть скафандр!

* * *

Даня с трудом отрывал от обшивки магнитные ботинки, не спеша двигаясь в поисках волшебной пещеры. Первый восторг от игры, которую затеяли родители, давно сменился унынием. Он и правда ощущал себя водолазом, с трудом передвигающимся под толщей воды по своим водолазьим делам. Тоска. Ни монстров, ни чудовищ. Лишь чернота вокруг… Он начал было считать шаги, но это тоже очень быстро ему наскучило. И теперь он шел, уныло переставляя ноги и напевая под нос знакомые песенки. Жаль, связь не работает, он бы сейчас очень хотел поговорить.

Он задумался, размышляя о чём бы поговорил с родителями, и не сразу понял, что прикрытый большим люком вход в волшебную пещеру, о которой говорил отец, уже в нескольких шагах от него. Даня обрадовался. Наконец-то! Сейчас он закончит эту дурацкую игру и пойдёт играть с папой в нормальные игры.

От радости Даня едва не сорвался на бег, но вовремя вспомнил, о чем просила мама, и к люку подошел медленно, не торопясь, хотя внутри всё так и подгоняло – нетерпелось войти в пещеру и нажать на кнопки.

Люк оказался довольно большим – почти с Данькин рост, но замочную скважину мальчик отыскал не сразу. Пришлось дважды обойти люк, прежде чем он заметил нужную выемку. Он снял с магнитной плашки ключ, вставил в отверстие до упора и повернул. Больше он ничего сделать не успел.

Люк резко распахнулся и сильно ударил его в грудь. Даня почувствовал, что обе ноги оторвались от звездолёта, и оцепенел. Страх холодным липкими лапами пробежал по спине. Распахнутый люк стал удаляться и Даня понял, что летит в открытый космос. А может падает в бесконечную бездну. Его охватил ужас от мысли, что он больше никогда не не вернётся на звездолёт, никогда не увидит родителей. Он тихо прошептал: “– Мамочка..”, и в этот момент его дёрнуло, люк перестал удаляться. Не веря, Даня смотрел на пояс от маминого халата, который тянулся к нему от ключа, торчащего в замке люка.

Перебирая руками, мальчик подтянул себя обратно к кораблю. Сердце бешено колотилось, руки тряслись, но он сумел спуститься в открытый люк и захлопнуть его за собой.

Он оказался в небольшом помещенни. У стены стояло кресло, перед ним светился пульт. Пару шагов и вот Даня пристёгивается в кресле. Теперь кнопки. Какая первая? Вот эта, фиолетовая. Даня старательно нажимал кнопки. Одну за другой. И вот загорелась красная.

* * *

– Я рад, что ты так веришь в нашего сына, – Сергей поднялся и подошел к жене. – Но вручную охладить ядро не получится даже у меня. Повреждён резервуар с хладагентом.

Он обнял Зою за плечи, но та не пошевелилась. В кают-компании воцарилась тишина.

– Ты меня ненавидишь? – спросил он через некоторое время.

– За что? – устало удивилась Зоя.

– За то, что я затащил вас сюда, – Сергей виновато склонил голову.

– Не говори ерунды. Я знала, на что соглашалась, когда принимала твоё предложение. Но я бы не смогла без тебя там, на Земле. Особенно, если бы ты не вернулся. Вот только Даня… – она помрачнела.

– Прости… – прошептал Сергей, приложив губы к её виску. Он всё ещё обнимал стоящую к нему спиной Зою, а та всё ещё не шевелилась.

Прошло несколько минут, и вдруг она задумчиво прошептала:

– Получается, дыру заделать мы не успеем, а ядро охладить невозможно. Но скафандр у нас есть, – не выскальзывая из объятий, она повернулась и заглянула мужу в глаза. – А значит…

– Значит, остается только одно, – Сергей понял жену сразу. Крепко прижал к себе, нежно поцеловал и сказал: – Пойдем будить Даню.

* * *

Красная кнопка пульсировала в такт биению сердца. Даня протянул руку и осторожно опустил на неё палец.

Что-то загудело. Кресло, на котором он сидел, противно завибрировало. Это Дане не понравилось. Но едва он испуганно протянул руку, чтоб отстегнуть ремни и встать, как неведомая сила вжала его в трясущееся кресло. Тело налилось тяжестью. Не имея возможности пошевелиться, Даня в ужасе закричал, но крик потонул в неистовом рёве огнедышащего дракона.

И вдруг всё прекратилось. Рёв умолк, а тело вновь стало невесомым.

За пультом, мигающим разноцветными огоньками, зажегся экран, и Даня с замиранием сердца увидел перед собой россыпь звёзд, к которым летела отделившаяся спасательная капсула, ежесекундно посылая в пучину космоса сигнал SOS.

Мальчик с восторгом глядел в обзорный экран. Он больше не играл в водолаза, теперь он играл в астронавта.