Ночной посетитель

-2 голоса за превышение объема (Администрация)

— У вас есть отдел забытых вещей? — робко спросил ящер с планеты Хорд, снимая шлем.

— Отдела нет, — улыбнулся я. — Да и вещей забытых нет. А что вы оставили?

— Это не я… И я не знаю, что… — он поник головой.

— М-да… — только и мог сказать я.

В иллюминаторе станции на фоне космоса и галактики Эринга виднелась пристыкованная межзвёздная яхта моего гостя.

— Эк вас потрепало, — заметил я. — Жаль, что вы напрасно проделали этот путь. Здесь летают редко. И почти не заходят внутрь.

— Но иногда заходят? Ведь что-то могли забыть? — спросил он ещё более робко.

— Могли, — вздохнул я.

— Можно я посмотрю?

Я кивнул. Хорды очень вежливые, спокойные, тихие. Почему бы не помочь хорошему существу?

— Когда это было? — спрашиваю.

— Пятьдесят лет назад… — его голос затих в безнадёжности. — Мой отец сказал, что спрятал это на космической заправке.

— На какой?

— Он не успел сказать. Он умер у меня на руках. Я проверил все, какие тогда были. Кроме вашей.

Он развернул воздухе список-голограмму, в самом низу выделялся номер нашей станции.

— И вы все их осмотрели? — я присвистнул.

Он устало кивнул.

— И вы не знаете, что он спрятал?

— Нет… Но сказал, что это очень важно. И чтобы я обязательно нашёл!

— Ну что ж, — я кивнул, — ищите конечно. Но я здесь всего лет тридцать, и вряд ли чем-то могу помочь.

— Спасибо! — он слабо улыбнулся, — я вас не побеспокою.

— Да ничего, даже приятно принять гостя. Как вас зовут?

— Бимо.

— Меня зовут Клим. Хотите чаю? Я подготовлю вам каюту, отдохнуть с дороги. Хотя, что такое отдых? Полёт это тоже отдых. Вылетаешь на цель, задаёшь программу, а дальше — всё остальное почти как отдых. Как и у меня. Можно уехать в отпуск, но какой смысл?

— В полётах всё равно не отдыхаешь, если не умеешь. Вы явно умеете.

— Да, только я называю это жизнью. Проходите.

Я открыл переборку во внутреннее помещение, и оттуда выбежали мои котики — рыжий Марсик и голубая Венечка.

Бимо потрясённо воззрился на них. Но его ждало ещё большее удивление, когда он вошёл и увидел заросли растений, оплетающих стены, птиц и бабочек. Да, мне есть чем гордиться. Когда жизнь проходит на корабле, приятно окружить себя живым миром.

— Вот, попробуйте, это малина. Говорят, вашим она очень нравится и биологически подходит. А это ци-ци ягоды с вашей планеты. Очень хороший урожай. Проходите, я покажу вам вашу каюту.

* * *

— Как вам тут одному? — спросил Бимо, деликатно поднося ягоды ко рту. — Я слышал, люди очень социальные существа.

— Да, конечно. Но бывают ситуации… — вздохнул я.

Что-то трагическое промелькнуло в лице гостя, словно он чувствовал. И всё же спросил:

— Какие?

— Моя жена умерла от болезни, сын погиб в экспедиции. Больше у меня никого нет. Друзья разлетелись по дальним мирам. Звали меня. Но что мне там делать? Когда видишь конец всего, уже перестаёшь спешить и рваться в неизвестность.

— Я встречал людей, — сказал Бимо, — которые теряли своих партнёров, но потом создавали новые пары.

— Вы правы. Но я очень любил жену. У нас был чудесный сын, словно её свет в этом мире. Их больше нет. Что ж, это жизнь. Мне повезло уже тем, что они у меня были. Теперь их свет храню я.

— Вам не одиноко?

— У меня есть мой сад, мои питомцы, память, книги. Весь запас знаний человечества. Мне не бывает одиноко. А у вас есть семья?

— Мой отец… или мать, называйте, как хотите… Он погиб. Для того, чтобы родить потомство, нам не нужна пара, как у вас. У нас нет гендера. Каждый Хорд может произвести потомство. Каждый несёт всю программу рода на планете.

— Это удивительно.

— Да. Но для этого нужен социум, чтобы оградить того, кто производит потомство, так как он довольно беззащитен на долгое время. И катастрофа подкосила наш мир очень сильно, — вздохнул он. — Вы слышали об этом?

— Да, я читал, что на вас напали. Кажется, жители планеты Орс.

— Да, они грабили и разрушали нашу цивилизацию много лет, пока Галактический Союз не достиг наших миров и не помог остановить бойню. Но было уже слишком поздно.

Он с грустью смотрел на зелёные заросли и порхающих птиц и бабочек.

— Какой чудесный мир. Очень похожий на наш. До того как…

Он напоминал ящера, и я ощутил странное несоответствие его внешности и внутреннего мира.

— Вы правы, — Бимо ответил на мои мысли. — Мы сильно изменились внутренне с тех пор, как встретили народ Айо. Это было сотни тысяч лет назад.

— Вы читаете мысли?

— Немного. Но без Айо мы теряем эту способность.

— Айо? Кто это?

— На нашей планете обитали два разумных вида. У нас был более развитый интеллект, но Айо… Удивительные духовные существа стали носителями нашей памяти. У вас знания планеты хранят книги, у нас Айо. Хранили…

Он замолчал и печально погладил Марсика, который запрыгнул к нему на колени.

— Между нами создался удивительный союз, которого я не вижу больше ни в каких мирах, — продолжил он. — Существа Айо приносят потомство очень редко. Их яйцо, раковина, сияет всеми цветами радуги. Народ Орс стал делать из них модные драгоценности. За Айо началась охота. Орс врывались к нам и забирали их раковины. Мы защищали их как могли, но силы и технологии были слишком неравны. Айо больше нет, — закончил он трагически.

— Какой ужас! — не выдержал я. — Но ведь если их раковины так драгоценны, то может какие-то Айо уведены в плен? Чтобы, ну вы понимаете…

Бимо покачал головой:

— Айо не могут давать потомство в неволе. Даже раковина может лежать годами и не раскрыться. Может тихо умереть. Но может дождаться хороших условий и тогда… Они очень чувствуют радость и любовь. Мы давали им защиту и заботу, они нам любовь и знание. Мы стали лучше, добрее благодаря им.

Бимо поднялся и начал бродить между растениями, подставляя ладони птицам и бабочкам.

— Это был истинно великий союз, века счастья и развития нашей планеты. Но всё это уничтожено.

— Как это печально, — вздохнул я. — У нас на планете тоже были войны из-за металлов, которые считались драгоце…

— Что это?! — вдруг воскликнул Бимо. — Откуда это?!

Я встал посмотреть, что так взволновало его. В одном из горшков с землёй лежали осколки чего-то золотистого.

— Не знаю, — сказал я, пытаясь рассмотреть. — Наверное кусочки пирита попали вместе с грунтом.

— Нет! — воскликнул Бимо страшно возбуждённый. — Это они! Значит вы тоже! — он уже был в гневе.

— Что тоже? О чём вы?

— Вы тоже собирали раковины Айо!

— Да нет же! Я много лет не покидал эту…

— Не притворяйтесь! Если у вас есть осколки раковин, вы причастны…

И вдруг он замер. И я замер тоже. Странный шум возник в ушах, а в глазах заиграл свет — словно солнечные зайчики побежали через сознание.

Раздвинулись листья, и из зелени вышла малышка Мими — красный пушистый зверёк, похожий на обезьянку с огромными глазами.

— Кто это?! Что это?! — прошептал мой гость.

— А! Это Мими, — ответил я. — Сын прислал мне яйцо с планеты Рох, и оно…

— Нет! — ещё тише промолвил Бимо. — Нет! Это же… Айо!

И он медленно опустился на колени в немом восхищении — словно увидел живое божество. А самое странное, что я чувствовал его состояние, словно своё. Смесь божественного восторга и неверия. Восхищение и любовь, каких я давно не ощущал в своей жизни.

Бимо протянул руки, и Мими тихо пошла в его ладони — и мою грудь словно разорвало от счастья.

Бимо поднял Мими к своему лицу, и она протянула ручки к его вискам, прислонившись своим лбом к его лбу. В моём сознании словно прошёл мягкий взрыв. Я увидел огромную бездну времени и историю целой планеты. Ящеров, которые защищали маленьких красных пушистых существ, и как они вместе строили цивилизацию. Целая вечность прошла в моих глазах за мгновения, и я чувствовал, что Бимо и Мими, тоже видят это. Что два народа наконец соединились вместе. А я только невольный свидетель этого счастья.

Но это было не всё. Я увидел историю вторжения, смерть и разрушение, боль и ненависть. И попытки народа Хорд спасти последних существ Айо. И как эта битва была проиграна. И как последнюю раковину спасал отец Бимо, как спрятал её на дальней заправочной станции. Но был ранен и еле успел улететь. За ним пустились в погоню… Но дальше воцарилось одиночество.

Долгие годы раковина лежала в углу между ящиками, пока не прилетел маленький мячик. Он стукнулся об стену и упал рядом. И начал хихикать электронной рожицей.

И вдруг возникло лицо ребёнка. Девочка лет четырёх подняла мячик, а потом раковину.

— Мама! Смотри! Какая красивая! Что это?

Милая женщина склонилась к девочке.

— Где ты это взяла?

— Там! — ответила девочка.

— Надо спросить, чьё это, — ответила женщина задумчиво.

— Девочки, нам надо вылетать, — вдруг сказал до боли знакомый голос.

И рядом с ними возник мой сын, и он держал в руках ящик.

— Корабль уже ждёт. Я только отправлю посылку отцу, он просил семена. А то другого шанса долго не будет.

— Напиши ему про Манечку! А то он наверное даже не знает…

— Ой, да, Танюш, он и про тебя-то не знает. Но я сейчас не успею. Пошлю позже.

Сын положил несколько свёртков в ящик, а когда на миг отвернулся, девочка положила раковину туда же, между пакетами.

— Это для дедушки, — прошептала она своему мячику, и мячик хихикнул в ответ.

А дальше — посылка прилетела ко мне, и раковина поселилась в моём мире. И однажды она рассыпалась, и из неё вышла Мими.

Когда это было? Несколько лет, как я поселился на станции. Привёз сюда моих первенцев — пуделя Труди и кота Мурзика. За год до того, как получил известие о гибели сына…

Внучка? У меня есть внучка? Манечка… Имя вошло в сознание теплом и светом. И я долго не мог прийти в себя. Даже забыл о госте.

Наконец, я проморгал слёзы и сумел вдохнуть полной грудью.

— Спасибо вам… — прошептал Бимо. — Вы не представляете, что вы сделали для нас. Вы спасли последнего…

— Нет, не последнего, — сказал я, качая головой. — У Мими уже появились две дочки. Я назвал их Ника и Лили. Они играют где-то здесь в зелени.

У меня было ощущение, что Бимо тут прямо и умрёт от счастья. Он готов был упасть передо мной на колени.

— Пожалуйста! Позвольте мне остаться здесь хотя бы на время! Если такие условия… Если здесь они могут… Это чудо! Может ваше начальство разрешит? Я умоляю вас!

— А не могли бы вы поработать здесь заправщиком вместо меня? — спросил я. — Работа простая и не отнимет много сил. И присмотреть за моим хозяйством. Я вам всё расскажу, что делать. И сообщу по начальству. Им очень трудно найти кого-то на подмену в такую даль. А мне надо наконец съездить в отпуск, найти мою семью. У меня оказывается есть семья… И ах, да, ещё… можно ли мне взять на время вашу яхту?