Когда ты дома

По сервированному столу, рассекая волны скатерти и лавируя между рифами-тарелками, нарезал круги величественный галеон «El Invicto» знаменитого капитана Родригеса. Он с лёгкостью обошёл огромную скалу в виде миски, полной переспелых грейпфрутов, манго и большим ананасом. Но его отважный вояж прервался рукой гиганта.

— Хорхе, сперва покушай, а потом продолжишь играть со своим корабликом, — мама прервала игру мальчишки, для которого морское путешествие на подаренном папой макете галеона было куда привлекательней жареной трески на тарелке. Хотя пахло безумно вкусно.

— Слушай маму, и тогда вечером я расскажу тебе новую историю от капитана Родригеса, — пообещал мужчина, сидевший во главе стола. Он ковырял рыбу, выбирая кости и откладывая их на край тарелки. Выжал сок половины лайма на оставшееся филе.

— Папа, ты виделся с ним?! — мальчишка восхищённо смотрел на отца и, не дожидаясь ответа, приступил к трапезе.

Мама присела на свободный стул и поставила перед собой тарелку с тем же блюдом. Она не могла перестать мечтательно перебирать жемчужины на ожерелье, подаренном её мужем.

— Как хорошо, что ты наконец дома, Рауль, — она влюблёнными глазами посмотрела на своего мужа. А их сынишка Хорхе смущённо заулыбался и уткнулся в тарелку.

— А как я рад быть дома, Элиза, — он неловко улыбнулся и не заметил руки жены, протянутой над столом к нему. Но женщина не придала этому значения. Всё-таки он вернулся с долгого плаванья — пускай снова привыкает к семье.

После вкусного обеда, Элиза пришла на местный прибрежный базар. Запахи специй здесь смешивались с вонью лежалых водорослей, ароматы какао-бобов и ванили боролись со смрадом потных портовых рабочих, перегара пьянчуг и пролитого на мостовую рома. Женщина аккуратно лавировала между всеми препятствиями, придерживая подол своего платья, чтобы не запачкать.

Ей очень хотелось найти нечто особое, чтобы порадовать любимого. Прекрасный кусок мяса, идеальную тушку рыбы, уникальную заморскую пряность или памятный сувенир — нечто, чтобы он почувствовал, как его ценят, любят.

И тут её взгляд упал на один из немногих застеклённых прилавков. Там, под пыльным стеклом, лежали изысканные часы, которые, наверняка, понравились бы Раулю. Конечно, на золочёном корпусе уже виднелись потёртости, но ведь подарок должен идти от души, даже если он не идеален.

Однако, когда она присмотрелась поближе, то не поверила своим глазам.

«Sigue tu rumbo».

Так гласила надпись, выгравированная на циферблате. На душе Элизы больно заскребло. Она провела пальцами по стеклу, оставив две полоски на тонком слое песочной пыли, покрывавшей витрину. Ничего покупать больше не хотелось.

Солнце стремилось погрузиться в морскую воду, оставив портовый городок Эсперанса без своего света и тепла. Время шло к закату.

На веранде сидели Рауль и его сын Хорхе. Мальчик бережно держал в руках макет корабля и воображал происходящие на его палубе сцены из героической жизни капитана Родригеса — кумира будущего мореплавателя. Это герой жил где-то на далёких островах, но папа был с ним знаком. Поэтому после каждого своего плавания Рауль приносил для своего сына увлекательные истории.

— Капитан Родригес рассказал тебе новую историю? — спросил Хорхе, подталкивая отца к началу рассказа.

— Да... — Рауль задумчиво глядел вдаль, на стремящийся к горизонту солнечный диск. — Море было неспокойным, будто предупреждало капитана о чём-то. Они привезли груз в тихую бухту.

— А что они везли? Золото?

— Лучше бы золото... — протянул Рауль. — В любом случае, покупатель не появился, он словно испарился и капитан оказался ни с чем.

— Но он же разобрался, как всегда?

— К сожалению, команда решила, что золото для них важнее чести и верности.

— Но он ведь капитан.

— Иногда это уже ничего не значит.

— А что случилось дальше?

— Он расстался с командой, теперь у них новый капитан. Алонсо... — Рауль глубоко вздохнул. — А вот капитан Родригес не знал, как теперь вернуться в родной город, к семье. Ведь о капитане судят по удали. А я... А он вернулся без заработка, без трофеев и даже без команды.

— Неужели в его городе все такие глупые и судят о нем по одной неудаче? Ведь капитан Родригес — гроза морей, сколько всего он сделал, — маленького Хорхе сильно возмутило такое отношение к его кумиру.

— Он не мог упасть в грязь лицом и опозорить себя. Отцом должны гордиться, — голос Рауля предательски дрогнул.

— Неужели его семья перестанет его любить, если он ничего не заработал?

По щеке Рауля покатилась скупая слеза. Он не повернулся на сына, чтобы тот не заметил этого. Но продолжить рассказ не мог, в горле встал ком.

Солнце скрылось в толще воды.

***

Нога Рауля шагнула на мокрые доски причала. Он обернулся на свою шхуну, но там уже никого не было. Он последним сошёл на берег.

После провала в этом плаванье, ему едва хватит денег собрать снасти, провизию и подготовиться в новое путешествие. Вот только команды больше нет. Стоило фортуне отвернуться от капитана — команда уже выбрала другого. И кто бы мог подумать, что его команду уведёт самый доверенный человек. Старший помощник. Алонсо.

Как теперь смотреть в глаза знакомым, которые увидят в нём неудачника? Как прийти домой и сказать жене и сыну, что папа всё потерял.

Рауль медленно брёл между рядами портового базара. Но его не волновало происходящее вокруг, он раз за разом крутил отравляющие мысли в голове. Так долго хотел вернуться домой — а теперь не знает как.

Как вдруг, словно солнечный луч среди туч, он увидел вывеску лавки старьёвщика. И в его голове родилась ужасная идея. Он подошёл к прилавку.

— Здравствуй, Альваро, как твои дела? — обратился Рауль к пожилому мужчине. Тот щурился на один глаз, но вторым очень внимательно следил за всем вокруг.

— Привет, Рауль. Судя по слухам, то получше твоих будут, — иронично улыбнулся старьёвщик. — Чем могу тебе помочь?

Рауль внутренне сильно боролся с собой, не в силах пошевелиться. А старьёвщик в это время терпеливо выжидал. 

— Сколько дашь за них? — Рауль снял со своей руки золочёные часы и положил на стекло витрины.

Альваро взял часы и поднёс почти к самому носу. Начал вертеть их, разглядывая с каждой из сторон и вынес вердикт:

— Дам сотню золотых.

— Какая сотня, ты смеёшься? Они не меньше полутысячи стоят, имей совесть!

— Слушай, амиго, они потёртые, поцарапанные. Покупают-то глазами. Да и гравировка какая-то слишком личная. «Следуй своему курсу». Кому ж понравится следовать чужим курсом? — улыбнулся старик.

— Это подарок отца, будь человеком...

Альваро перестал улыбаться и внимательно посмотрел в печальные глаза Рауля.

— Твой отец был прекрасным мореходом. Как дань памяти ему заплачу тебе две сотни. Идёт?

Они пожали руки. Рассчитались.

А затем Рауль пошёл выбирать подходящие подарки для своей семьи. Ведь не может отец вернуться ни с чем. Однако появление денег ничуть не уменьшило камень на душе капитана.

***

— Элиза. Я сегодня услышал от Хорхе такую фразу... — Рауль лежал на кровати, закинув руки за голову и смотрел в потолок.

— Я слышала твой рассказ, дорогой, — Элиза поправляла волосы перед зеркалом. — Капитана Родригеса любят не за его подарки, не за заработки. Его любят живым и здоровым, когда он возвращается домой, — она присела на край кровати и посмотрела в глаза своему мужу. — Мы с Хорхе любим тебя без всяких трофеев. Просто когда ты дома.

Рауль медленно повернул голову в сторону жены. Он ничего не сказал, но в его глазах блестели слёзы.

Элиза улыбнулась и сказала:

— А часы твои нужно будет обязательно выкупить у этого пройдохи.