Ольга Силаева №1

Сострадание

Сострадание
Работа №672

Инженерный челнок медленно плыл в сторону неисправных гиперворот. Алиса расслабленно стояла у огромного «окна» и провожала звездолет ленивым взглядом. Красивые темно-красные сполохи далекой туманности, звезды, корабли самых разных типов и классов совсем не удивляли. А, если честно, то порядком надоели девушке. Ремонт ворот шел уже вторую неделю.

Алиса подышала на «окно» и нарисовала кружок. Все, кроме детей, знали, что это никакое не окно, а искусно сделанный экран, проецирующий изображение из космоса. Талантливые проектировщики и психологи, заботящиеся об умственном здоровье пассажиров, уничтожили все улики. На «стекло» можно было подышать и порисовать, была видна его толщина, блики, царапины. И располагалось оно точно «в стене» звездолета. Таким образом, пассажиры не чувствовали себя консервами, плывущими в бесконечной пустоте.

Девушка задумчиво смотрела, как исчезает нарисованный кружок.

«Навсегда расстаемся с тобой, дружок», - резонируя с мыслями, пришли в голову слова древнего поэта, - «Как же там дальше? Что-то буддистское… Это буду я: ничего внутри. Вроде так.»

Вокруг без дела шатались толпы людей. Янтарные матовые панели слегка поскрипывали. Пахло озонированным воздухом, - системы обеспечения работали на полную мощность. Огромный пассажирский звездолет пропитала скука.

Рядом с Алисой в окно смотрела мама с ребенком лет пяти. Мальчик дурачился, как мог: облизывал стекло, делал «поросячий нос» прямо в космос, прыгал и постоянно задавал один и тот же вопрос.

- Мама, смотри, это «Икиру»?

«Икиру» был новой «бомбой» всех информационных агентств. Около планеты Ског засняли и просканировали «живой» космический корабль. Если верить журналистам, даже обшивка этого чуда состояла из живых тканей. Корабль повисел на орбите, а потом погрузился назад во влажное кишащее месиво этой жуткой планеты.

- Нет. Здесь не бывает «Икиру».

- А вот это «Икиру»?

- Нет.

- А это?

Мальчик показывал на все подряд, что видел в открытом космосе и все время корчил рожи. Он одновременно смешил и раздражал Алису.

Девушка вздохнула, выпила мангового сока из автомата и пошла к себе в каюту.

В тесной комнатке помещались только кровать и душевая кабина. Пассажирский лайнер был, как улей, заполнен десятками тысяч таких кают. Алиса протиснулась мимо не убранного в стену стола, подняла книгу с пола и завалилась на мятую кровать. Приходилось терпеть тесноту и скуку. Можно было соврать, чтобы попасть на более быстрый или комфортный звездолет, но впереди еще было много лжи, и девушка решила не злоупотреблять доверием своих соотечественников. Как настоящему Землянину Алисе было неловко пользоваться общими ресурсами для личного блага. А правду говорить было нельзя. Никто бы не поддержал ее намерение лететь в другую галактику. Чтобы умереть.

«Если бы хоть кто-нибудь узнал, - я бы осталась», - подумала Алиса, - «уговорили бы».

Девушка тяжело вздохнула и включила книгу. На глаза сразу попался документальный детский рассказ «Все, что мы знаем о расе Анклав». Алиса никогда не убирала эту книгу со страницы загрузки. Она читала ее уже очень много раз.

«Эта грустная история началась несколько веков назад… и много световых лет от бедных Анклавцев», - губы девушки помнили книгу наизусть. История была действительно грустная, но Алиса никогда не расклеивала себя по этому поводу. После прочтения этой книги она уже решила, что обязана быть среди них. А если повезет, то быть их частью.

«Сначала расскажем об ужасном эксперименте другой неизвестной цивилизации.

На далекую необитаемую планету высадили две группы роботов, каждая под руководством компьютерного интеллекта. В базы данных были загружены все новейшие исследования в военной области.

Роботов разбили на две команды, основали две базы в разных частях планеты. Каждой команде «выдали» завод по добыче полезных ископаемых, линию производства техники и довольные собой улетели на орбиту наблюдать, как роботы уничтожают друг друга.

Это была искусственная война компьютерных интеллектов ради военно-научного прогресса.

Судя по всему, эксперимент шел много лет и дал положительный результат. Искусственный интеллект старался как мог, выдумывал все новые методы уничтожения противника и защиты своей базы, снабжая ученых передовыми технологиями.

Все шло хорошо, до тех пор, пока в орбитальную станцию создателей не влетела первая торпеда. Роботы напали на своих создателей, уничтожили станции наблюдения и ученых.

Они не ограничилась рамками одной планеты, продолжая экспансию в космос. А неизвестная раса создателей была уничтожена своими порождениями. Так появилась агрессивная мех-цивилизация Янту.

А в это время в другой части галактики ящероподобные существа цивилизации Анклав мирно эволюционировали на своей планете. Они развивались, совершенствовали социальное устройство, науку о космосе и пространстве. Фантазировали о будущем, о том, как опасно играть с огнем, сочиняли банальную фантастику докосмической эпохи. И никак не могли предположить, что станут ее участниками.

К сожалению, (и это уникальное событие) их первый контакт с инопланетянами был очень печальным. Группа кораблей мех-цивилизации Янту атаковала и полностью разгромила слабенький космический флот планеты. Настроенные исключительно на военные действия роботы Янту настолько превосходили несчастных Анклавцев в технологическом плане, что все яростное сопротивление защищавшихся разбивалось о банальные силовые поля.

Роботы методично проводили захват новой территории, разворачивали заводы прямо на орбите, захватывали солдат для изучения. А когда осознали, что новый противник состоит из хрупкой плоти, - залили всю планету «BF-7» - ужасное биологическое оружие поставило точку в этом противостоянии. Война была окончена за несколько часов, а планета превратилась в зловонную пустыню. Печально, но все страхи фантастов двадцатого века иногда становятся реальностью.

Выжили Анклавцы или роботы уничтожили всех до единого? На тот момент этого никто не знал.

А механические агрессоры полетели дальше, пока не встретили нас. Первый контакт Янту с человечеством произошел лишь через сто двадцать лет. Так началась Восьмилетняя Война, которую мы изучаем в школе».

Приятный звук отвлек Алису от чтения. Она дотронулась до монитора в стене – открылось сообщение от рассылки «Иных». «Что-то новое про Анклав?»

«Икиру – живой космический корабль: устройство звездолета, новые факты и предположения. Интервью с Янушем Богуславским». Надоели. Девушка закрыла статью, не читая, потянулась на кровати и решила, что проголодалась.

***

«Оператор горнодобывающего звездолета не поверил своим глазам, когда посмотрел на голографический сканер. Из пустоты появился огромный крейсер и платформа размером с маленькую страну.

В глазах оцепеневшего человека отражалась надпись «Тип: неизвестен. Инициировать протокол эвакуации?». Еще минуту пилот заворожено смотрел на незнакомые очертания, потом спешно отдал приказ об окончании работ и ретировался. А уже через час на всех близлежащих станциях забили тревогу.

Но беспокоиться было не о чем. Крейсер и платформа зависли в пустом пространстве и передавали одно единственное сообщение: «Согласно первому пункту Регламента Взаимоотношений просим не вмешиваться в дела нашей цивилизации, не выходить на связь, не нарушать границ, не передавать информацию…» и т.д.

Капитан правительственный корабля лишь попросил представиться, а затем уточнил, что пришедшее сообщение не было автоматизированным. В ходе короткого диалога выяснилось, что это остатки цивилизации, которую мы теперь называем Анклав. Как они выжили после атаки роботов? Где скитались столько времени?

Ответ был тот же: «Согласно первому пункту Регламента Взаимоотношений просим не вмешиваться…»

Алиса потерла уставшие глаза, закапала капли и долго смотрела в расплывшийся потолок.

После контакта прошло сорок семь лет. Энтузиасты с еще большим рвением накинулись на информацию об Анклавцах, захваченную после победы над Янту. Роботы умели не только быстро собирать и анализировать информацию, но и хорошо ее шифровать.

Но два года назад случился прорыв. Группа талантливых криптологов вскрыла несколько «черных ящиков» и открылась информация о социальном устройстве, физиологии Анклавцев. Но был один нюанс, на который потребовалось подтверждение компетентных ксенологов[1]. И через месяц доктор Гупта выступил с официальным заявлением.

Представители расы Анклав не умирают после смерти так, как умирает человек. Их сознание и память становятся частью общепланетного разума. Исчезает тело, но не исчезает жизненный опыт. Личность, конечно, трансформируется, но как конкретно это происходит – неизвестно.

Смерть для Анклавца не является чем-то ужасным. Были случаи, когда взрослые особи уходили «отдохнуть» в лес: умереть и слиться с природой.

Поэтому у них нет семей в человеческом понимании, дети воспринимают каждого, как члена своей семьи, а рождение происходит где-то во влажных тропиках без участия других особей.

***

В просторных коридорах корабля были люди. Люди шли перекусить в многочисленные кафе, сидели прямо на полу, общались, смеялись, разгоняли скуку.

Алиса помахала рукой зеленоглазой Кэрон, маленькой девочке, с которой познакомилась пару дней назад, и повернула в сторону нежилого отсека. Позавчера они разговорились в одном из общих залов и Алиса чуть не выдала себя, с упоением рассказывая про сострадание к Анклавцам, чем невероятно повлияла на судьбу девочки.

Ведь уже скоро Алису Светлову будет знать весь мир.

Из ресторана слышался приятный запах специй, который и вытащил девушку из потока мыслей. Алиса прибавила шаг.

В условиях бесконечного ожидания прием пищи стал важнейшим событием дня. Многие стали есть по пять раз в сутки. Алиса села за свободный столик и быстро набрала на панели уже привычные блюда мексиканской кухни.

- Приветствую любителей острого, – Дэн появился из ниоткуда и поклонился – разрешите?

- Конечно, садись – ответила девушка. Общаться совсем не хотелось, но и отказывать было неудобно. Высокий, темнокожий и мускулистый юноша явно проявлял интерес к Алисе и раздражал своей вычурностью и напором.

- Ну вот и наша третья встреча, - продолжал молодой человек. Алиса поежилась, - теперь можно и спросить – куда ты летишь?

- «Цэ-икс-четырнадцать», - нехотя ответила собеседница.

- Странно, – Дэн нахмурился.

- Что «странно»?

- Я хотел пошутить: «ну тогда я с тобой», но я, и, правда, с тобой, - как-то грустно ухмыльнулся юноша, – Ты, что на рудные разработки летишь?

- Нее, я так, интересуюсь просто, - соврала девушка.

Группа станций «СХ-14» находилась совсем недалеко от цели ее путешествия.

- А я работать, - с гордостью ответил молодой человек, - подтвердили приглашение. У меня там брат.

- Довольно суровые места ты выбрал, - сказала Алиса.

- Ага, как раз для меня! Физическую подготовку проверяли. – Дэн улыбнулся и оглядел свое тело. Алиса снова поежилась.

- Ну, тогда, увидимся, - девушка натужно улыбнулась и вытерла губы салфеткой.

- Увидимся.

«Похоже, что он пригодится», - подумала она. И настроение сразу испортилось. «Как же неприятно врать и использовать людей…».

Алиса наблюдала за собой, как в детстве учили педагоги. Все происходило словно «по учебнику»: самоосуждение черным облаком захватывало душу, тяжелые мысли в голове вызывали депрессию.

«Мне придется использовать человека, обмануть его, обмануть своих сограждан». «Цель не оправдывает средства, это уж точно…». «Но я решила, решила стать их частью. Пусть мое сострадание и граничит с бредом. Я смогу им помочь, помочь найти свой дом, свою новую планету. Как-нибудь, но смогу. Смерть моего тела – это не такая и высокая цена».

«Это я. Я такая, какая есть. Не нужно быть никем другим, кроме самого себя. Не нужно быть хорошим или плохим, надо просто быть собой», - чтобы успокоится, Алиса повторяла эффективную психологическую технику.

Эти мысли уже не первый месяц крутились у нее в голове. И уже в сотый раз Алиса приходила к одному и тому же выводу: что-то ведет ее туда, к странным потерянным в космосе существам, какое-то сверхсострадание, безумное, но точно настоящее.

***

Из доклада министра социального благополучия Скарлетт Хван.

11.11.2533

С ранних лет все мы знаем, что сострадание – это основа нашего общества, кровь, что питает мир людей, клей, что держит нас вместе. Сострадание позволяет жить в радости, в мире без агрессии и войн. Простите за пафос.

В наши «животные» гены изначально заложены не самые приятные механизмы выживания: подчинение и унижение, чтобы забраться повыше в иерархии стаи; ксенофобия и неприятие нового, защищавшие наших предков от неизвестных хищников, эгоизм…

Века бесчеловечной истории и «воспитания» оставили в нас след самоосуждения и нелюбви к себе. Но современному человеку уже проще, чем его прадеду. Сострадание и альтруизм дают ему океан жизненной силы, так же как фазовый реактор дает энергию космическому кораблю.

Вспомните нашу историю. Без понимания и сострадания не было бы неосоциализма и изобилия. Прогрессивный общественный строй освободил каждого Землянина от психологического напряжения.

Мы доказали, что методику уничтожения личных страданий можно расширить до целой планеты. Так почему бы теперь не помочь другим цивилизациям?

Ведь очевидно, что сострадание не должно распространяться только на людей. Может быть, некоторым тяжело дается понимание других цивилизаций, это нормально. Но тем больший это для нас вызов. Вспомним, что сострадание начинается с понимания, а понимание с осознанности. Поэтому я призываю вас больше читать про ксенов, общаться с ксенологами и наблюдать за своими реакциями…

***

«Звучит, как призыв», - подумала Алиса, прочитав новый доклад в одной из веток несколько дней спустя. Настроение сразу улучшилось.

Через несколько дней ворота отремонтировали. И Алиса вместе со «скучающими консервами» прыгнули в другую галактику, чтобы пересесть на шатл до отдаленной CX-14, что на самой границе с плывущими в космосе Анклавцами.

За время ожидания удалось продумать план до мелочей. Бедный Дэн согласился показать свое будущее рабочее место, даже уладил что-то с местными ребятами. Курсы вождения одноместных скутеров были пройдены еще на Земле. «Вас правда интересуют нюансы управления рудными ботами»? - удивлялся низкорослый, пахнущий одеколоном инструктор, - «Ну что ж интересно, девушка, интересно».

В Глобе Алиса нашла всю информацию про CX-14. Небольшой флот станции состоял в основном из больших рудных барж, скутеров и автоматизированных разведдронов.

А еще большой современный патрульный крейсер на границе с Анклавом, под руководством уже пожилого Ли Морриса, известного героя Восьмилетней Войны… Вспомнив это, Алиса опять засомневалась в успехе своего предприятия.

Все технические характеристики, чертежи, отсеки кораблей; вся информация про персонал, их склонности, предпочтения и хобби - были выучены наизусть. Все, что было доступно, Алиса тщательно выписала или запомнила. Через одну из веток обсуждения ей удалось достать план помещений самой станции, сказав, что пишет научную работу.

Случайное знакомство с Дэном помогло решить проблему с достоверностью: интересующаяся устройством современных станций молодая девушка прилетела посмотреть на работу своего друга. Очень мило. Может и останется работать.

При более тесном знакомстве Дэн оказался не таким и занудным типом. Просто стеснялся общаться с девушками, несмотря на упорные занятия психологией.

- Как в двадцать первом веке себя веду, - грустно ухмылялся Дэн, почесывая подбородок, – всё знаю, всё помню, а всё равно… Но прогресс есть. Я ведь не играю с терпением и доверием людей ради забавы, как «ирритар»-бунтарь…

Они сидели в общем зале и пили «тсаи», модный чай, настоянный на листьях растений из трех разных частей галактики. В воздухе стоял запах фруктовых ароматизаторов.

- А почему так? Есть какие-то страхи? – спросила Алиса.

- Вроде нет, психолог говорил, что-то про перинатальный период, что не все не так страшно и я справлюсь.

Алиса промолчала и посмотрела вокруг: маленькое помещение шатла, беседующие пассажиры… Через два дня они будут на месте.

- Почему именно рудные разработки? – Алиса вышла из небольшого оцепенения и быстро поморгала глазами.

- Ну, я чувствую в себе какую-то грубую силу, хочется ее применить на благо, там, где не всякий согласится работать. Ты ведь помнишь: «Общее благо и единение», – Дэн вздохнул и улыбнулся чему-то внутри себя, - А еще из-за старшего брата. Он любитель тяжелого труда. Банально, наверное.

- Нет, это похвально, - девушка грустно улыбнулась своим мыслям.

«Как же не хочется доставлять неприятности таким хорошим людям. Надеюсь, что меня поймут и простят».

Через обещанные два дня они пристыковались к одной из станций. Отдаленные, необжитые и суровые места. Рудные разработки на границе опасного пояса астероидов. В Глобе рассказывали, что несколько человек чуть не погибли здесь, несмотря на строгие правила безопасности.

***

Пограничный крейсер дрейфовал около сектора, выделенного для цивилизации Анклав. Ли Моррис скучал в капитанской рубке и уже полчаса внимательно смотрел на свои руки. Он не думал о морщинах на уже обвисшей коже или ожогах, полученных в Восьмилетней Войне. Мысли унесли его далеко от настоящего момента, несмотря на все замечания прекрасных друзей и коллег о том, что есть только «здесь и сейчас». И что присутствие и внутреннее спокойствие гораздо важнее того, чем мы заняты. Скука была самым большим испытанием в жизни легендарного человека, привыкшего к постоянному вызову.

Но Вселенная, вернула пожилого адмирала в «сейчас» своим обычным способом. Сканеры, настроенные на общекорабельную тревогу заверещали противным раздражающим звуком, заставляя надпочечники экипажа выделять большие дозы адреналина.

«Ну, наконец-то», - Адмирал Моррис сдержал улыбку, позволив себе секунду наслаждения этой мыслью и стал отдавать распоряжения.

- Подробности на экраны. Отослать запросы на близлежащие станции. Эвристический анализ информации из Глобы с быстрым фильтрованием. Подключить спецов с базы.

Реакция хороших военных специалистов вкупе с искусственным интеллектом творят чудеса. Не прошло и тридцати секунд и голограмма Алисы и ее скутера уже висела в центре комнаты, облепленная данными как улей пчелами. Мозг опытного адмирала впитывал информацию так быстро, что данные мелькали и исчезали как мушки перед глазами, напоминая о пережитой контузии и Восьмилетней Войне.

Через минуту Ли Моррис уже знал кто летит на скутере и куда направляется. И примерно догадывался зачем. Было несколько вариантов и самым простым решением было просто выйти на связь с девушкой.

- Связь со скутером. При отказе принять сигнал - установить принудительно через эксплоит[2].

Но военным специалистам не пришлось взламывать слабенькое программное обеспечение корабля - девушка ответила сама.

- Здравствуй, Алиса, – сказал адмирал как можно мягче, – что же ты делаешь-то, девочка?

- Здравствуйте, адмирал Моррис. Вы не представились, как же так? – сыронизировала она.

Не ожидая такого ответа, Ли рассмеялся.

- Спасибо вам за восьмилетнюю войну, за гениальный тройной прорыв, за найденный «человеческий фактор», – искренне сказала Алиса.

- Алисочка, дорогая, ты тянешь время или действительно благодарна? - пожилой военный был опытным психологом.

- И то, и другое – поникшим голосом ответила угонщица и опять почувствовала себя виноватой, – простите меня, пожалуйста, и передайте родителям и друзьям, что я просто не могу по-другому. Я чувствую, вижу, что делаю все правильно… Сейчас объясню… Я хочу разбиться об их «планету» и мое сознание станет частью Анклава. Только так можно им помочь.

Адмирал вздохнул. Открывать огонь на поражение по бедной девушке не имело никакого смысла. Человечество, конечно, избежало бы некоторых дипломатических проблем, но такой вариант не рассматривался. Алиса – соотечественник.

- Милая, я, правда, понимаю, что тебе очень жалко… извини, в смысле, тебя переполняет сострадание к Анклавцам, но с чего ты взяла, что твое сознание станет частью Анклава?

- Из расшифрованных данных, вы же сами знаете. Вы просто пытаетесь меня уговорить, это ваш единственный вариант.

- Алисочка, родная, ты вообще не рассматриваешь вероятность ошибки криптологов? – адмирал судорожно искал убедительные аргументы, – подумай о родителях, друзьях. Ты просто умрешь.

- Я знаю, понимаете? Просто знаю…

- Ох уж мне это беспричинное знание, - пожилой военный позволил себе немного эмоций и перебил Алису.

- А родители и друзья поймут, – сказала девушка, - Доверие и понимание. Помните с детства?

С каждой минутой разговора челнок Алисы приближался к неизбежному завершению этой знаменитой истории. Ли Моррис предпринял последнюю попытку в надежде на то, что девушка недостаточно хорошо изучила нынешнее положение Анклава.

- Ты ведь даже не долетишь, тебя на подлете собьют их турели. Просто не умирай.

- У них нет такого вооружения, вы же знаете. Спасибо, что обо мне заботитесь, Ли, – по-дружески ответила угонщица, - передайте маме и папе, что я их люблю и, пусть попытаются меня понять. Я не умру, мы еще увидимся.

«Умрешь» - подумал адмирал. Но он ошибся, что случалось очень редко.

***

26.12.2533

Глоба. Ветка «Иные».

Внимание! Друзья! Сегодня ночью Алиса Светлова вышла на связь с человечеством! Чудо или беспричинное знание? Правительство уже опубликовало запись! Слушаем или читаем стенограмму. Я пишу это, и трясутся руки. Наша Алисочка жива!

«Здравствуйте, друзья и соотечественники. Простите, если мой тон покажется сухим, сбивчивым или странным. Мне трудно описать каким образом существует мое сознание, но если я могу общаться с вами, любимые мои, - значит я живу. Я остаюсь собой, память в порядке, но, в то же время, я часть Анклава, как мы его называем.

Чтобы не было у вас сомнений, рассказываю несколько вещей, которые могу знать только я. Папа и мама подтвердят, что в детстве мне нравился мальчик Николас из нашей школы, я рисовала его лицо, а рисунки до сих пор где-то спрятаны. Только Ленка знает, что папа не терял свой фон, это мы случайно утопили его в Онежском озере.

Друзья, я надеюсь стать тем мостиком понимания, что связывает Анклав с другими цивилизациями. Теперь мы будем общаться, это точно. Но не стоит торопиться, еще много чего надо понять. Впереди длинный диалог и сотрудничество.

Надеюсь, мой пример покажет, что беспричинное знание и сострадание – это не просто слова. Прошу прощения у моих близких; понимаю, что все могло закончиться не так хорошо. Буду заканчивать. Люблю всех вас и очень скучаю.

P.s. Мне удалось стать частью другой цивилизации. А это значит, что у нас есть что-то общее…»



[1] Специалист, изучающий инопланетные цивилизации.

[2] Разновидность компьютерного вируса.

+2
589
23:45
Вот тут я даже затрудняюсь. Вроде и неплохо, а вроде…

Давайте так. Роботы, воюющие с роботами — это «Космические Рейнджеры». Роботы, напавшие на создателей — это всякий «Терминатор» и «Mass Effect». Роботы, поперевшие на всю Галактику — это снова «Космические Рейнджеры». Сознание неизвестной расы, растворяющееся в инфосфере — это «Аватар». То есть, вы понимаете — я беру самые лежащие на поверхности примеры, а их на самом деле сотни.

Но мне понравилась идея. Она, в общем, тоже довольно стереотипная, НО! Нам всем не помешало бы немножко понимания. Принятия. Доверия. И чуточку безбашенной уверенности в себе.

Пусть будет.
00:09
КРИТИЧЕСКО-КУРИЛОЧНЫЙ ПЕРЕЛЕТ
Ящеры, мы с за вас! Держитесь! Мы СОСТРАДАЕМ!!!


Черт, мне не хватит тут смайликов, чтоб описать все мои чувства. Но я попробую devil
Итак. Самый очевидный для меня минус — сюжет. Вот прямо минус минусов. Сюжет здесь мало того, что вялый, так еще и структурно запутанный.

Сначала у нас есть героиня, которая куда-то летит. Есть живой корабль Икиру, который дальше вообще никак не фигурирует. Есть книга, которую читает героиня. А в этой книге — доп сюжет про воинственных роботов и мирных ящеров. И вооооот такая цитатище курсивом. Так что же здесь главное? История ящеров, роботов или девушки Алисы? А может, глав герой все же таинственный Икиру?
Лан, пьем дальше, повод тот же.

Далее сюжет развивается просто фантастическими темпами. Из книги, которую читает Алиса, мы узнаем, что роботы расхреначили планету ящеров и те погибли. Но у них есть коллективный разум. То есть погибает оболочка, а разум хранится (где? В яйце?) в некоем банке данных что ли. И вот Алиса летит к этим ящерам, чтобы… умереть.
Нет, я серьезно. Это хорошая интрига, которая пока тащит весь сюжет. Реально хочется узнать, зачем ей умирать, отчего и как. Это очевидный плюс. Едем дальше. Точнее, летим.

А дальше автор интригует нас вот таким пассажем:
«Мне придется использовать человека, обмануть его, обмануть своих сограждан». «Цель не оправдывает средства, это уж точно…». «Но я решила, решила стать их частью. Пусть мое сострадание и граничит с бредом. Я смогу им помочь, помочь найти свой дом, свою новую планету. Как-нибудь, но смогу. Смерть моего тела – это не такая и высокая цена».
Мы пока гадаем, что это значит. Если что-нибудь поймем, засчитаем в плюс.
Что еще тут интригующего? Философия от Алисы. Это тот еще словесно-акробатический номер: "И уже в сотый раз Алиса приходила к одному и тому же выводу: что-то ведет ее туда, к странным потерянным в космосе существам, какое-то сверхсострадание, безумное, но точно настоящее".
Сверхсострадание от сверхАлисы rofl Хрен поймешь, с какой стати — отличная замануха для читателя. Ок, согласна. Но критик должен во всем искать плюсы. Что здесь плюс? Мне нравится посыл. Привнести в мир нечто положительное своим творчеством, еще раз сказать некую глобально-важную истину. Как и попытаться сделать Гг необычным, кстати. Но. Герой должен быть необычным не благодаря ярлыку, который на него навесил автор, а благодаря тому, что он делает. Пока же сверхАлиса не сделала ничего. Она мается от скуки, жрет в столовке, читает книжки. То есть (вот как по мне) это не просто ничего, это какое-то сверхНичего. Зато сверхмыслить и сверхсострадать мы умеем. Короче, фигня. В минус. Итого, в данном случае минус на плюс дают ноль.
Летим дальше.

И тут… Стоп. На пути нашего корабля возникает словесный риф. Вот такой пассаж: "Мы доказали, что методику уничтожения личных страданий можно расширить до целой планеты". То есть автор хочет сказать, что мир героини — некий особенный мир, где с помощью психологической методики люди победили личные страдания. То есть они сострадали всем бесперечь, сострадали, сострада… пока стало некому сострадать. И наступил трындец, потому что все стали счастливыми. Но епрст, машину сострадания уже не остановить. И общество отыскало гениальный выход: давайте будем сострадать другим цивилизациям! Полетим к ним, сядем рядышком и будем утешаться чудо-псих-методикой. И их утешать. Аплодирую стоя. bravo

Что же задумала сверхАлиса? Она прилетает куда-то, и " Бедный Дэн согласился показать свое будущее рабочее место". То есть существует некий проходной персонаж, который БЕДНЫЙ, потому что сострадание героини уже включилось и на полных оборотах ищет себе жертву. Мне искренне интересно, как автор заставит этого Дэна повкалывать на сюжет, потому что глав героиня что-то не особо его движет пока.

Что дальше. А дальше мы узнаем главное: Алиса затеяла терракт. И у нее даже есть сверхПлан насчет погибшей планеты несчастных ящеров: "Я хочу разбиться об их «планету» и мое сознание станет частью Анклава. Только так можно им помочь." Но Алиса. Во-первых, это ДРУГАЯ цивилизация, с чего ты взяла, что они нуждаются в помощи? И во-вторых, почему ты решила, что твое сознание тоже станет частью их цивилизации?
Алиса отвечает нам на этот вопрос: " Я чувствую, вижу, что делаю все правильно".
Ах, блин, пойду, угоню чужую тачку, на полном ходу врежусь в соседский собор. Он возмущается, сволочь? Так я же ему сострадаю так! И я вот прямо ЧУВСТВУЮ, что права!

А чего стоят такие пассажи: " Ты ведь даже не долетишь, тебя на подлете собьют их турели". Турель — это УСТАНОВКА для пулемета, это еще не сам пулемет. Так что лети спокойно, тебе ничего не грозит. Тем более, что и сама планета давно мертва.
Или такие: Алиса никогда не расклеивала себя по этому поводу — Алиса, ты не обьявление, чтоб себя расклеивать.
Или: Пахло озонированным воздухом, — системы обеспечения работали на полную мощность. Огромный пассажирский звездолет пропитала скука. — то есть системы жизнеобеспечения настолько плохи, что не отфильтровали скуку? Или наоборот настолько хороши, что ничего, кроме как скучать, не остается? Не надо бороться за жизнь с голодом и космическим холодом, испытывать неудобства от нехватки кислорода. Блин, да как скучно-то! Просто помереть.

Заметили, я уже перестала считать минусы? А этом есть особый смысл. Когда мой идиотизмометр начинает зашкаливать, значит, всякий счет надо прекращать.

И наконец. О чем этот рассказ? О самопожертвовании? О сопереживании? О контакте двух цивилизаций? Нет, тут все гораздо прозаичнее. Этот текст — об отбитой на всю голову девахе со сверхМнением о себе, которая угнала чужой скутер и покончила с собой. Конечно, ее разум слился с разумом другой цивилизации (ну куда ж без этого-то?), а вот приобрела ли цивилизация ящеров от этого хоть что-нибудь или потеряла — решать тем, кто будет голосовать.

Вывод:
Автор, помни! Сострадание к читателю движет прогрессом.

21:30
все сказано Августой, добавить нечего
С уважением
Придираст, хайпожор, истопник, заклепочник, некрофил, графоман, в каждой бочке затычка и теребонькатель ЧСВ
В. Костромин
Загрузка...
Лара Шефлер №1