Ирис Ленская №1

Выше небоскрёбов

Выше небоскрёбов
Работа №113

Параллельная вселенная. Нью-Йорк 30-х годов.

Орнитомимы прошли добрую половину последнего круга. Ипподром неистовствовал. А Фрэнки молчал, обречённо следя за вторым номером - этакий островок отрешенности в океане страстей. Номер два шёл в середине. Примерно на той позиции, начиная с которой уже нет шансов на победу. Самым разумным было развернуться и уйти, как раз пока у стоек не собралась толпа, шумно обсуждающая результаты забега. И спокойно утопить печаль в стаканчике старого доброго виски. Но Фрэнки не бросил своего неудачника, свой номер два, он разделял с ним минуты надежды предыдущего круга, когда номер два почти весь круг шёл на второй позиции – под стать своему номеру. Он разделил с ним и эти минуты усталости – тупой, выматывающей не только физически, но и морально – усталости, за которую едва ли последует награда.

Как и следовало ожидать, после окончания забега у стоек уже не было где яблоку упасть, и Фрэнки направлялся к выходу, когда ему на плечо легла тяжёлая рука.

- Фрэнк Нарвик, по прозвищу Малыш? – спросил мужской голос.

От здоровяка, одетого по цивильному, за милю разило бывшим копом. У Фрэнки не было проблем с законом, но власть и её представителей он никогда особо не жаловал. Поэтому он принял максимально независимый вид, засунув руки в карманы, и небрежно спросил:

- Чем обязан?

- Есть деловое предложение. Как насчёт того, чтобы обсудить его за парой виски? – здоровяк придал своей роже максимально дружелюбное выражение.

Такой поворот разговора Фрэнки вполне устраивал.

- Правда ли, что вы, индейцы мохавки, вообще не боитесь высоты? – спросил здоровяк, когда они расположились за столиком.

- Угу, - кивнул Фрэнки, теряя последний интерес к разговору, и переводя взгляд на окно, за которым сияли вечерние огни Нью-Йорка. Журналюга, похоже… странно, Фрэнки последний цент бы поставил, что это бывший коп. Хотя Великая депрессия – от безысходности люди берутся за любую подвернувшуюся работу.

На самом деле отсутствие боязни высоты было ложью. Мохавки имели врождённый страх высоты, как и любой другой человек. Просто умели преодолевать в себе этот страх.

Собственно и Фрэнки был не индейцем, а метисом. Не особо жалуемый обществом статус – для индейцев ты белая полукровка, а для белых – индейский ублюдок. Среди белых Фрэнки было комфортней – тут любой вопрос можно решить или деньгами, или кулаками. В его родном племени не помогло бы ни то, ни другое. С деньгами у Фрэнки не ладилось, а вот драться жизнь его научила. Своей левой Фрэнки вырубал и таких, как этот здоровяк – раза в два тяжелее себя. Одно время он подавал надежды в суперлёгком весе. Кому же охота продуть такому малышу? И Фрэнки предпочитали не трогать. Прозвище Малыш за ним закрепилось.

- Рисковая у вас работёнка, строители небоскрёбов. Я бы ни за какие коврижки не полез на такую высоту, да без страховки, - хмыкнул здоровяк.

Фрэнки вежливо кивнул. Смазливая официантка принесла виски, здоровяк оплатил счёт, и пока стакан Фрэнки не будет пуст, здоровяк гарантировал себе собеседника, о чём бы он там не собирался поговорить – о страхе высоты, или, к примеру, о боязни пауков.

- Но кризис, мать его. И Нью, мать его, Йорк не может вечно расти вверх, как грёбаная иерихонская башня, – сказал здоровяк.

- Вавилонская, - вежливо поправил Фрэнки.

- Она самая. Слышал о проблеме птерозавров? Жили себе эти уродливые создания вдоль всего атлантического побережья… индейцы их почитали священными… впрочем, не будем об индейцах. Нехорошо с вами обошлись, – поспешно добавил здоровяк и прочистил горло. – В общем, пришли белые и понастроили свои небоскрёбы. Теперь птерозавры врезаются в них с удручающей регулярностью. Учёные ломают головы над причинами. Вроде как они, набрав скорость, не могут маневрировать, или генетическая память о маршрутах, или еще какая-то муть. В любом случае, толку от писанины всех этих ботаников? Есть проблема - нужно решение, и точка,- здоровяк прервал рассказ, дабы смочить горло глотком виски.

- Так истребите их под корень, и нет проблемы, - хмыкнул Фрэнки.

- Вариант, - с серьёзным видом кивнул здоровяк, явно не оценив тонкого сарказма в совете Фрэнки. – Но, пожалуй, крайний вариант, всякие защитники животных поднимут шум в прессе. Нам это ни к чему перед выборами. Вот отчего бы этим тварям самим не передохнуть, а? Впрочем,есть другая задумка. Нам нужен человек, не боящийся высоты, немного весящий, ну и что еще… желательно любящий животных, - здоровяк довольно хохотнул.

***

Мозг птерозавра довольно велик по сравнению с другими динозаврами, и система поведения достаточно сложна. Это территориальные животные, и как выяснилось, единственное, что может заставить птерозавра поменять маршрут полёта, или еще какие планы на уик-энд – это другой птерозавр. На этом и строился замысел строительных магнатов – приручить несколько птерозавров и использовать их для патрулирования небоскрёбов.

Фрэнки совершил небольшой экскурс в историю. Первые изображения всадников на птерозаврах относятся еще к временам древнего Крита. Затем на части территорий они попросту исчезли, на других приручение не нашло широкого использования. Была довольно длительная традиция использования всадниц-лучниц (женщины легче по весу) в Китае, но практическая отдача в сражениях от них была невысокой. Огромное количество их (согласно отзывам очевидцев крылья ящеров заслонили свет солнца), задействовал Кублахан при попытке вторжения в Японию – и провал вторжения едва ли добавил им популярности... в итоге, во время очередной смены правящих династий всадниц безжалостно перебили вместе с их летающими ящерами. Инки успешно использовали птерозавров для перевозки имперских почтовых курьеров, но с инками покончили конкистадоры. Последней мало-мальски серьёзной попыткой использовать птерозавров был дерзкий налёт запорожских казаков на летающих ящерах через Чёрное море на Стамбул. И уже Наполеон, досконально изучив историю вопроса, благоразумно отказался от атаки на птерозаврах через Ла-Манш.

Задача осложнялась тем, что приручить птерозавра можно было одним единственным способом – запечатление в момент вылупления ящера из яйца. Первый объект, запечатленный зрачком новорождённого птерозавра, идентифицировался им как родитель, и становился непререкаемым авторитетом на всю жизнь.

А для Фрэнки, по крайней мере в настоящий момент, непререкаемым авторитетом были портреты президентов на долларах и те, кто эти доллары платил. Платить обещали хорошо, и едва ли эта работа была опасней работы высотника на небоскрёбах, размышлял он, глядя в окно на проносящиеся мимо пейзажи прерий. Там еще недавно паслись неисчислимые стада стегозавров. Сейчас же Фрэнки за всю дорогу увидал лишь тощего койота, принимавшего у царивших тут днём мелких динозавров ночную смену.

В инкубаторе Фрэнки проводили к гнезду с кладкой – двумя яйцами.

- Какой омлет можно забацать, - неуклюже пошутил он, ощутив неожиданную робость. Работник инкубатора, долговязый белобрысый парень, вежливо улыбнулся, одно яйцо едва заметно пошевелилось. Прошло томительных полчаса, прежде чем по яйцу пробежала трещина. Белобрысый к тому времени уже едва сдерживал зевки, а вот Фрэнки почему-то чувствовал нарастающую нервозность.

- Не ожидал, что стану папой таким необычным способом, - продолжал вымученно шутить Фрэнки, чувствуя себя дряхлеющим комиком на пенсии, бородатые шутки которого давно никому не смешны.

- Я бы хотел назвать его Карлсоном, в честь меня… хоть так попаду в газеты, - неожиданно сказал белобрысый, ухмыльнувшись, и протянул Фрэнки руку. – Эрик Карлсон, наслышан о вашей роли в проекте.

- Фрэнк Нарвик. Не возражаю, нарекаем сие яйцо Карлсоном, - немного озадаченно ответил Фрэнки.

Появившийся на свет птенец оказался на редкость уродливым.

- Гадкий утёнок, да и лебедя из него не выйдет, - чувствовавшего себя не в своей тарелке Фрэнки снова тянуло на шутки. Белобрысый уже не пытался улыбаться даже из вежливости.

Вскоре вылупился второй птенец – такой же уродец. И неожиданно птенец, который вылупился первым, набросился на него, беспощадно клюя и отталкивая к краю гнезда.

- Что происходит? – озадаченно спросил Фрэнки.

- Обычное дело. Тот, который сильней, заклюет второго. Закон природы - выживает сильнейший, и вся пища, приносимая родителями, ему, - скучающим тоном пояснил белобрысый.

- Какого хрена?.. – Фрэнки оторопел. – Так почемувы не убрали второе яйцо?

- Чтобы процесс был максимально приближен к естественному. Каждая деталь имеет значение для формирования личности взрослой особи, - озадаченно пояснил парень. Птенец-«первенец» продолжал клевать второго птенца, тот жалобно пищал, даже не пытаясь отбиваться.

- Да мне похрен! Отсадите их друг от друга, или я отказываюсь от всего, и можете подтереться бумажками с моей подписью! – вскипел Фрэнки. Конечно, он не был незаменимым, но едва ли кто захочет быть ответственным за возникновение лишних проблем.

- Сейчас я позову начальника, - явно растерялся белобрысый.

- Валяй. И еще – я возьму себе именно второго птенца. Так что Карлсона можете отдавать в динопарк,- проворчал ему вслед Фрэнки.

Когда птенца-агрессора унесли, мутный взгляд второго сфокусировался на Фрэнки, и он смог разглядеть вертикальные зрачки детёныша ящера.

Таким образом Фрэнки стал хозяином Зимородка. Было это в начале декабря, холодной зимой 1936 года.

***

Рос Зимородок быстро. Вскоре началось обучение. Изначально планировалось создать несколько патрулей небоскрёбов, но в процессе часть отсеялась, и решили для эксперимента остановиться на одном – Фрэнки и Зимородке. Вставал вопрос, что произошло с другими парами – расставание с «хозяином» было бы серьёзным испытанием для птерозавра, но Фрэнки предпочитал не задаваться подобными вопросами. Меньше знаешь – крепче спишь.

Фрэнки навсегда запомнил свой первый ночной полёт. Именно ночной. Первые полёты были, разумеется, днём, но в памяти они быстро накладывались один на одного. Запомнилось разве что, как в самый первый раз птерозавр долго не мог взлететь. А вот ночью – другое дело.

Летишь между двумя морями огней – город внизу и звёздное небо вверху. Среднестатистический житель Большого Яблока редко смотрит на звёзды - они кажутся тусклыми и скудными по сравнению с огнями города. С высоты небоскрёба звёзды уже ярче, но когда ты на строящемся небоскрёбе, то имеет смысл смотреть себе под ноги…

Зато в полёте Фрэнки вдоволь насмотрелся на звёзды, вспоминая из детства полузабытые индейские названия созвездий.

Работёнка на самом деле оказалась менее опасной, чем работа на высотной стройке. Самым рискованным моментом могла стать встреча с агрессивным диким птерозавром -самцом. Но пока что редкие птерозавры, встречавшие Зимородка в небе, облетали его стороной, соблюдая какие-то свои принципы территориальности. Таким образом, эксперимент состоялся, и уже был признан успешным.

Ручной летающий ящер в небе над Нью-Йорком – настоящая находка для прессы. Но работодатели Фрэнки почему-то старались его оградить от лишнего внимания писак. Как на него вышла Кристи, осталось для Фрэнки загадкой. Она подошла к нему вечером, симпатичная изящная брюнетка, широкий пояс на черно-белом пальто был завязан аккуратным бантиком.

- Я бы хотела взять у вас интервью, - сказала девушка, с любопытством разглядывая Фрэнки.

Фрэнки девушка приглянулась, и они договорились о встрече в баре на берегу.

Фрэнки рассказал о своей первой встрече с Зимородком в инкубаторе, о полётах над ночным городом… почувствовав, что начинает сползать в некую пафосность, резко оборвал себя и сменил тему.

- Есть один щекотливый момент. Птерозавр, наворачивающий круги над городом, должен опорожнять желудок… это могло бы привести к изрядным конфузам. Поэтому Зимородка приручили опорожнять желудок по команде, в основном это происходит, когда мы летим над водой, - рассказывал Фрэнки.

- И какая же это команда? – поинтересовалась Кристи.

- Довольно примитивный юмор… команда «Сброс», - Фрэнки ухмыльнулся.

Кристи звонко рассмеялась.

Когда они уже прощались, девушка обернулась к нему.

- А можно прокатиться на вашем Зимородке? – Кристи явно смутилась, прикусив язычок от собственной дерзости.

И неожиданно для себя Фрэнки сказал «да».

***

- Знакомьтесь, Зимородок – это Кристи, Кристи – это Зимородок. Он любит, чтобы ему щекотали шею вот тут, - улыбнулся Фрэнки.

Девушка оказалась не робкого десятка. Как оказалось, не только в задавании дерзких и неудобных вопросов. Когда они поднялись в воздух, Кристи держалась молодцом. Зимородок к такому неожиданному раскладу отнёсся поначалу с некоторым беспокойством, но в итоге смирился. Можно сказать, что Кристи поладила с ним, насколько это вообще возможно для «незапечатлённого». Небольшую прогулку с двойным весом Зимородок вполне должен был потянуть.

Совершив круг над Манхэттеном, Фрэнки уже собирался идти на снижение, когда Кристи предложила лететь в сторону океана. Фрэнки, немного переживая за Зимородка, всё же согласился.

Где-то в стороне остался маяк Статуи Свободы. Солнце почти скрылось за горизонтом, с берега его уже и вовсе не видно. Фрэнки родился вдали от океана, а в Нью-Йорке море намертво заперто в бетон причалов… и только сейчас Фрэнки понял, какой простор представляет собой океан. Дымка береговой полосы осталась позади, и залитая последними лучами солнца водная гладь расстилалась, сколько хватало взора. Вдруг Зимородок что-то увидел внизу и явно забеспокоился. Фрэнки пошёл на снижение.

Это была стая дельфинов-гринд, выпрыгивавших из воды. Зрелище напоминало глянцевую картинку. Зимородок изогнул шею, как это делают птерозавры на охоте. Фрэнки пришлось его успокаивать.

Чуть позже они увидели в воде плиозавра, оставившего Зимородка равнодушным, зато вызвавшего бурю эмоций у Кристи.

- Проклятие, Зимородок, а ведь этот простор, весь этот мир мог бы принадлежать тебе! Быть твоим по праву рождения… прости меня, старина. Я не более чем твой надзиратель, - неожиданно для себя пробормотал Фрэнки. У него уже вошло в привычку разговаривать с Зимородком вслух. Кристи, глянув, было, на него с удивлением, снова зачарованно уставилась вниз.

Наконец Зимородок начал подавать признаки усталости, и они повернули назад.

После этой прогулки встречи Фрэнки и Кристи стали регулярными. На очередном свидании Кристи выглядела уставшей. Почти не притронувшись к десерту, она перебирала фотографии.

- Пропала моя коллега, Ребекка Уотсон, - Кристи мельком показала фото симпатичной рыжеволосой девушки с голливудской улыбкой. - И это уже не первый случай исчезновения людей. Есть слухи, что за всем этим стоит банда мэра города. Его бизнес связан с бутлегерами. Но доказательств по сути нет. Мы даже не можем опубликовать подозрения – сразу последует обвинение в клевете. А потом, скорее всего, одним исчезнувшим станет больше. Интересно, куда они девают тела? – задумчиво сказала Кристи.

- Сбрасывают в Гудзон, или делают фундаменты для своих небоскрёбов с такой необычной начинкой… держись от них подальше. Я серьёзно. Береги себя, малышка, - сказал Фрэнки. Его внимание привлек один из снимков в тонких пальчиках Кристи.

- Кто это? – спросил он, взяв у неё фото.

- Ник Шимански, один из главных функционеров банды. А что? – спросила девушка.

- Ничего, наверно видел эту харю в одной из утренних газетёнок. Прости, я хотел сказать утренней прессы, - на секунду замявшись, солгал Фрэнки, и широко улыбнулся.

Кристи обмануть было не так уж легко, и некоторое время она с подозрением смотрела на Фрэнки, но ему, наконец, удалось сменить тему разговора.

Впрочем, у самого Фрэнки остался на душе неприятный осадок. На фотографии Кристи он узнал здоровяка, вербовавшего его на работу в воздушном патруле небоскрёбов.

***

Это был самый обычный полёт над городом. Можно сказать рутина. Будни.

Встреченный дикий птерозавр, вместо того чтобы, заметив Зимородка, лететь в сторону, как другие птерозавры, принялся набирать высоту. Это плохой признак, вспомнил Фрэнки свой курс обучения. Но всей серьёзности своего положения он не осознал до того самого момента, когда дикий птерозавр атаковал Зимородка, задев его по касательной. Зимородок издал вопль изумлённой ярости, а Фрэнки чудом удержался на нём, от толчка едва не вылетев.

Последовала еще одна атака сверху. Снова ощутимый толчок, но на этот раз Фрэнки был более-менее готов. Фрэнки попробовал набрать высоту. Зимородок подчинился – сам птерозавр явно был растерян. «Может, не стоило убирать второго птенца из гнезда, вдруг там действительно закладывалось что-то важное» - мелькнула у Фрэнки трусливая и довольно подлая мыслишка. Словно прочитав эту мысль, Зимородок издал очередной вопль ярости, и, уклонившись от атаки дикого птерозавра, успел клюнуть его.

- Отлично, братишка. Мыс тобой еще сварим суп из этого петушка, - пробормотал Фрэнки. Он заметил, что Зимородок почти прекратил набор высоты.

Проклятие! Одно из перепончатых крыл Зимородка, а именно левое, было заметно повреждено. Фрэнки выругался.

Дикий птерозавр исчез где-то вверху, явно заходя на решающую атаку. Зимородок, будучи не в состоянии лететь вверх, теперь старался держаться ближе к небоскрёбу, скорее всего, инстинктивно… в любом случае, бесполезный тактически шаг, с горечью подумал Фрэнки.

Для таких случаев рассматривалась возможность оснастить Фрэнки парашютом, но в итоге от идеи пришлось отказаться. Вероятность, что парашют успеет раскрыться, с высоты обычных полётов Зимородка была катастрофично низкой. А вот вероятность, что в куполе запутается Зимородок – напротив, весьма высокой.

Но парашют дал бы хоть иллюзию надежды, обреченно подумал Фрэнки, прижимаясь к Зимородку в ожидании очередной атаки с небес.

А атака действительно была бы сокрушающей. Дикий птерозавр молнией пронёсся рядом с ними - его целью стало отражение Зимородка в одном из зеркальных окон небоскрёба. Со страшным грохотом протаранив стекло, туша птерозавра ворвалась в расположенный за окном офис - в самый разгар рабочего дня.

Похоже, что и для кого-то еще, кроме самого Фрэнки, рутина будней была бесцеремонно нарушена.

***

Фрэнки повел раненого Зимородка на посадку, на крышу одного из соседних зданий. Соскочив со спины птерозавра, он сочувственно потрепал его по шее. Зимородок скосил на него янтарный глаз с чёрным вертикальным зрачком, и виновато заклекотал. Видимо ящер считал, что не самым лучшим образом проявил себя в схватке.

- О чём ты говоришь, старина?! Для первого в жизни реального боя ты держался молодцом, - подбодрил его Фрэнки. – Неслабо он тебя трепанул…

Рана Зимородка оказалась довольно серьёзной. Вдруг птерозавр изогнул шею и отрыгнул пищу.

- Ну и вонища… не обижайся, приятель, - сказал было Фрэнки, и вдруг осёкся.

От ужаса на несколько секунд он попросту оцепенел.

В отрыгнутой Зимородком кашице виднелся человеческий череп.

Собравшись с мыслями, первым делом Фрэнки позвонил Кристи, чтобы обеспечить девушке сенсационный репортаж. А она по своим каналам вызвала федералов, и лишь после их прибытия – городскую полицию.

Сам Фрэнки был потрясён, хоть и не высказывал этого. Зимородок, чувствуя его настроение, изгибал шею, с беспокойством заглядывая Фрэнки в глаза. А вот Кристи было не до этого.

- Останки той журналистки опознали по зубам. Теперь банде точно конец, - оживлённо щебетала она. - Правда до самого мэра нам не добраться, - девушка с досадой топнула каблучком. – Но на носу выборы, а его политическая карьера завершена. Ему не отмыться до конца своих дней.

Фрэнки кормил Зимородка только для поощрения. Основной же кормёжкой занимались два других человека Шимански, ухаживавших за вольером Зимородка. Птерозавры едят практически всё, в том числе падаль. И главное, птерозавр способен заглатывать и переваривать кости целиком – как обычная морская чайка, только в соответствующей размеру пропорции. Это был идеальный способ скрыть тела убитых.

- К сожалению, Зимородка уберут из воздушного патруля. Птерозавр, пожиравший трупы, парит в небе Нью-Йорка – это неприемлемо для обывателя, а значит и для городских властей. Но не переживай, его с почётом проводят на пенсию и он станет звездой нью-йоркского Динопарка! Это всё, что я смогла для него сделать. Ну и за тебя я замолвила словечко, потом расскажу подробней. Всё будет хорошо… у нас, - на последних словах Кристи кокетливо улыбнулась.

- Да, ты здорово всё порешала, малышка, разве что неба в алмазах у нас не будет… - пробормотал Фрэнки.

- Что, прости? – Кристи нахмурила брови.

- Ничего, спасибо, малышка. Спасибо за всё. Я прокачусь с Зимородком в последний разок, – сказал Фрэнки, обнимая девушку за плечи.

- Да, конечно… с этим проблем не будет, - Кристи улыбнулась в ответ, но в глазах девушки промелькнула тревога.

***

Фрэнки направил Зимородка прочь от небоскрёбов в сторону моря.

- Не переживай, приятель, я то знаю, что жизнь в клетке динопарка не для тебя. Тебя уже заждалось открытое море. И я тебе даже завидую. Вот как я буду теперь, без наших полётов над городом?! Хотя в остальном у меня неплохие перспективы. И ты тоже найдёшь себе подружку, совьёте гнёздышко в береговых скалах… – Фрэнки усмехнулся, но тут же посерьёзнел, твёрдо сказав Зимородку: - Надеюсь, ты поймёшь, что должен улететь.

Под ними был еще город, и Зимородок что-то заметил. Он изогнул шею, как это делают птерозавры на охоте, приметив цель. Фрэнки сообразил, что ящер пропустил последнюю кормёжку.

По улице шли две девочки в школьной форме.

- Ублюдки... что они с тобой сделали, - всхлипнув, прорычал Фрэнки. Он резко повернул птерозавра в сторону.

- Приятель, ты попробовал человечину, и люди для тебя теперь объект охоты. Это хреновый расклад, приятель, - сказал Фрэнки, совладав с эмоциями. Птерозавр будет выбирать цель послабее – в первую очередь детёнышей. Ящер, по сути, не виноват – он следует инстинкту. Но отпустить его на волю теперь было невозможно. Фрэнки лихорадочно пытался принять решение, возвращаясь тем временем к зданию мэрии - месту, где расстался с Кристи.

Самой девушки уже не было видно, зато на ступеньках Фрэнки увидел мэра, окруженного другими репортёрами и полицией, и оживлённо жестикулировавшего.

Птерозавр плавно спикировал, и когда они оказались в точке над мэром, Фрэнки произнёс всего одно слово:

- Сброс.

Внизу закричали. Кристи была права, он уже никогда не отмоется. Фрэнки невесело усмехнулся, снова направляя птерозавра в сторону моря.

Птерозавр парил, ловя потоки восходящего воздуха. Они летели над открытым океаном, залитым лучами полуденного солнца. Летели уже давно.

Когда берег пропал из вида, Зимородок начал нервничать – инстинкт запрещал ему улетать так далеко. На берегу оставался огромный город, который Фрэнки ненавидел и одновременно – пусть самую капельку – любил. Где-то там оставалась Кристи.

Тоска зверем вцепилась в сердце Фрэнки, ему вдруг стало так плохо, что потемнело в глазах. Еще можно повернуть назад. Кто сказал, что Зимородку будет плохо в Динопарке? Даже если и так, в конце концов, его можно просто гуманно усыпить. В конце концов, это ведь всего лишь ящер. Это всего лишь неразумная тварь. В конце концов…

Птерозавр издал тоскливый вопль. И Фрэнки понял – они пересекли линию невозврата. Они уже так далеко, что попросту не смогут вернуться на берег.

А значит, Фрэнки уже не сможет стать предателем.

С его плеч словно бы груз свалился. Да и птерозавр теперь летел уверенней, красивей – словно бы лопнула невидимая цепь, соединявшая его с землёй.

- Эгегей!!! Ты посмотри, какой простор, приятель! Это всё теперь наше! Море без конца и края – наше до конца! - воскликнул Фрэнки.

Да. Он останется со своим птенцом номер два до самого финиша.

+5
1136
14:34
Отличная работа и прекрасная история! Спасибо!
Разве что чутка ассоциируется с Динотопией ( именно в вопросе полетов), но это совсем мелочь.
Очень понравилось, как автор в конце замкнул сюжет со вторым номером. Да и в целом очень понравилось. Вышла такая фантастически-бытовая история, с бандами, журналистскими расследованиями и пропажами.
Чего не хватило:
1. Так и не понятно с какой это кстати государство стало кормить птицу людьми. Судя по тому, что у Зимородка выработался инстинкт это не один и не два, и, думаю, даже не десяток трупов. Конечно, не трудно представить, что все эти люди были неугодны мэру, но пропажи в таких количествах особо не скроешь — резонанса в обществе не избежать.
2. В финале показалось, что эмоционально автор немного не дожал героя. Его поступок понятен, но скорее не очень ожидаем с учетом раскрытия персонажа за время рассказа. Где-то не хватило их эмоциональной связи что ли, чтобы это казалось единственным выходом и более ярко раскрылось его нежелание становится предателем ( а точнее само то, что он посчитает себя предателем, если отдаст динозавра в зоопарк).
Но рассказ все равно прочелся запойно, очень приятный язык, стройный текст — видно, что автор умеет пользоваться литературным языком и уже выработал свой стиль.
Удачи вам в группе!
13:34 (отредактировано)
Шокировал люботытный факт про казаков и птеродактелей. Это, наверное, в связи с аналогией из их истории: не один их корабль не находится в безопасности, если, к несчастью, встретится с «чайками»?! А про Наполеона и не поняла в чём аналогия. Но буду надеяться, что и он упомянут со смыслом.
18:44
Наивный рассказ, написано хорошо. Автору больше жизненного опыта, а с ним и успехов!
20:38
Параллельная вселенная. Нью-Йорк 30-х годов. годов какого века?
— Есть деловое предложение. Как насчёт того, чтобы обсудить его за парой виски? – здоровяк придал своей роже максимально дружелюбное выражение. мог придать чужой?
Своей левой Фрэнки вырубал и таких мог вырубать чужой?
этизмы и своизмы
Впрочем, естьпробел пропущен
Первый объект, запечатленный зрачком новорождённого птерозавра, идентифицировался им как родитель, и становился непререкаемым авторитетом на всю жизнь. импринтинг, все по Конраду Лоренцу
почемувы пробел пропущен
неожиданно неплохой рассказ
странно, что не прошел в следующий тур
Загрузка...
Arbiter Gaius №1