Свой способ

Оля вяло ковыряла завтрак. Когда папа у тебя врач, то еда делится на два вида: «это полезно, ешь» и «вообще нет времени, съешь что-нибудь». Сейчас не хотелось ни омлета, ни бутерброда с маслом и копчёной колбасой, ни, тем более, запечённых яблок — те выглядели как сморчки или строчки. Вечно Оля их путала. Отличить один съедобный гриб от другого? Ну, нет. Зато по ядовитым она могла защитить диссертацию.

— Как настроение? — бодро осведомился папа.

Оля одарила его мрачным взглядом. Он коротко усмехнулся и пробормотал что-то вроде «понял-понял».

Первый раз в новую школу — то ещё веселье. Оля даже подумывала заболеть и ещё пару недель провести дома, но решила, что не стоит откладывать неизбежное.

Папа сосредоточенно подцепил вилкой сморщенное яблоко, еле донёс до тарелки и только тогда с прищуром взглянул на дочь.

— На работе тебя сегодня ждать?

— Ха-ха, пап! Очень смешно!

— Я серьёзно. Постарайся хоть в первый день обойтись без травм. Всё, я побежал.

Оля тоже побежала собираться. Ну, почти. Какой нормальный человек станет торопиться в школу? Тем более, в девятый класс, где маячили ОГЭ. Много времени сборы не заняли: блокнот, ручка, ключи, телефон. Оля подумала и взяла недоделанную куклу: как раз на обратном пути можно прогуляться, чтобы присмотреть пуговицы и подходящие нитки. Лёгким движением воткнула иглу в будущий левый глаз и застегнула сумку.

На линейке ничего нового и интересного не сказали, зато Оля успела рассмотреть одноклассников. Нескольких секунд хватило, чтобы сделать выводы: хулиганьё, мальчики-заучки, девочки-заучки, обычные, мальчик-шкаф — наверняка, спортсмен, мрачный мальчик со стеклянным взглядом. Второгодник, жертва ОГЭ?

Когда все пошли на классный час, Оля держалась позади. Лучше зайти последней и посмотреть, где остались свободные места. Наконец в коридоре остались только она, спортсмен и жертва ОГЭ, и каждый ненавязчиво пытался пропустить вперёд другого. Оля сдалась первая и заняла свободную парту, спортсмен сел сразу за ней, а жертва ОГЭ внезапно вышел на середину класса, доставая из рюкзака пистолет.

— Посмотрите, до чего вы все меня довели! — сквозь кривую улыбку выдавил он и направил оружие на учителя.

Класс замер. Оля лихорадочно схватила сумку и потянула молнию. Заело! Она торопливо бубнила под нос и шарила внутри, насколько влезала рука. Сумка казалась слишком большой, содержимое словно провалилось в четвёртое измерение, наконец, пальцы нащупали плотные ряды вязки. Длинное — нога или рука, дальше… Да где этот проклятый глаз?!

… Снаружи шумят, снаружи со всех сторон сквозит ужасом, но Оля знает — ещё не поздно. Вот голова куклы, вот намеченный глаз. В следующее мгновение игла вонзается в ладонь. Заговор действует, и ей совсем не больно. Она видит нацеленный на неё пистолет и резко вскидывает проткнутую руку вверх. Рука психа послушно поднимается; пуля крошит вазу на шкафу, и задние парты накрывает дождём из хризантем, осколков и воды...

В следующую секунду на психа кинулся спортсмен со второй парты и вырубил коротким ударом в челюсть. И всё закончилось. Всё закончилось хорошо.

Вызвали «скорую», охрану и директора. Вызвали вообще всех, кого можно было вызвать. Олю забрали в травмпункт в сопровождении классной и спортсмена, оказалось, его звали Витя. Он наотрез отказался дожидаться полиции, сказал, что показания может дать любой, а вот Оле нужна помощь и поддержка. Оля была совсем не против.

Когда классная узнала, что Олин папа как раз в травмпункте и работает, то облегчённо выдохнула и после заполнения документов в приёмном покое поехала обратно в школу.

Оля прошмыгнула в кабинет травматолога и встретилась с усталым взглядом папы, который почти говорил: «Я предвидел это». Оля не знала, почему притягивает неприятности, но у неё хотя бы был способ с ними бороться. Папа тоже знал, и у него тоже был свой способ.

Спустя пятнадцать минут игла была извлечена, рана обработана, прививка от столбняка поставлена, а направление на рентген выписано. Классика. Оля выскочила в коридор, где её по-прежнему ждал Витя. Он с готовностью поднялся навстречу и проводил до рентген-кабинета. На обратном пути, когда Оля разглядывала снимок, он внезапно спросил:

— От тебя не будет проблем, ведьма?

Голос при этом звучал так легко и буднично, что Оля так же легко и почти не задумываясь ответила:

— Нет. Только вокруг меня.

Шага через три до Оли дошёл смысл сказанного, и она настороженно взглянула на спутника. Витя улыбался.

— Тогда ок. Хочешь, до дома провожу?

Оля подумала, что это будет весьма кстати, и кивнула. Витя встал возле двери и навалился спиной на стену, словно телохранитель.

Ничего опасного на снимке не обнаружилось.

— Лечение на листочке. Деньги есть на дорогу? Подожди, сейчас кошелёк найду…

— Меня проводят.

Папа посмотрел с недоверием.

— Что, думаешь, у меня вообще друзей никогда не будет?

— Ничего не думаю. Просто на работу ко мне сегодня больше не приходи.

— Сплюнь.