Битва за побережье глава 15, война подобна огромному зверю, и сжирает все на своем пути
И пока у них получилось. Но насколько хватит их удачи. Эта война закружила длента как как осенью листок, и который год подряд он не знает покоя. Привыкший к мирному труду, пес был вынужден постоянно бороться то с собаками, то с ящерицами и это не могло не сказаться на его характере.
Он ломал себя и все больше замыкался. От прежнего доброго пса мало что осталось. Он вынужден был стать злым и грозным, что бы удержать столько собак. А хотел ли он этим всем заниматься каждый день разгребать навалившиеся проблемы, что бы никто не дрался, что бы всем хватило места а он ведь о совсем другом мечтал. И будет ли когда нибуть исполнена его главная мечта, если он, как и сотни других собак, вынужден был скитаться без крова и порой без крыши над головой, ночуя прямо на сырой земле.
А он то хотел заниматься разведением лошадей и в этой суматохе дней, сливавшихся в месяцы, уже и забыл, когда последний раз вообще видел лошадь с жеребенком. Целые табуны были погублены войной. Война так же съедала и его мечту о мирной и свободной жизни. Война, как огромный зверь, каждый день стремилась набить свое безразмерное брюхо, набивая ее все новыми жертвами.
И гребла она всех подряд, на аппетит не жаловалась. Ее стальные челюсти перемалывали все, что попадалось в ее брюхе. Пропадали собаки, их судьбы, надежды на счастье. Она пожирала и мечту каждого. Лошади целыми табунами гибли в ее безжалостной пасти. И не было от этого зверя никому спасения. А простой длент был для этого зверя только песчинкой, пылью.
Она смела сотни таких же псов как он. Но война не ходит одна. У нее всегда есть хозяин, который, держа ее железной хваткой, говорит ей взять, и тогда она не знает удержу. Ну и хозяину надо держаться от своего зверя на расстоянии. Война не различает, кто перед ней. Вырвавшись на свободу, она сожрет и хозяина. И если война разбушевалась, ее очень трудно остановить. Вот и Миру она перемолола, истоптала нутро вырвала. И он остался почти один. Его друг очень далеко ели он еще, конечно, жив, а про Джену он и думать почти забыл. Пусть провидение ее упокоит.
А Джена осталась жива, и была заперта глубоко в стенах комплекса. Раны ее зажили, только разум так и не вернулся к ней. Она и своего имени не помнила. Собаки дали ей новое имя, и она потихоньку привыкала жить с чистого листа, как большой щенок. Вновь познавала мир, только если видела черного длента или похожего на него пса. Тихонько скулила, словно образ черной собаки словно будоражил в ней прежние воспоминания.
Но память ее смыла вода. Так же она смыла и прежнюю службу у хозяина, и все ее прежние злодеяния. Она уже не помнила, какой она была раньше дерзкой и гордой лавийкой. К ней вернулся весь ее прежний аппетит, она похорошела, и ее почти перестали закрывать. Она понемногу стала гулять под строгим присмотром других собак. Ей пока еще рано было совершать самостоятельные прогулки, а так как напомнить кто она было некому, она и считала себя частью местной собачьей стаи.
После болезни она стала значительно добрее и мягче, и щенки у же не вызывали в ней стойкого отвращения. Они лазили по ней, рычали выдирали часть шерсти, и она это позволяла, хотя раньше бы вскочила с резким рыком. Ей даже нравилось с ними играть, она словно получала то, что всегда была лишена раньше. Ведь с самого раннего детства ей запрещали любые игры, за нее все решал учитель и хозяин. И теперь она брала от жизни с полна и навозившись со щенками, она ложилась на мягкое сено и закрывала глаза и в ее голове мелькали неясные образы, словно она их видела, но не могла вспомнить.И что тот, кто мог напомнить про ее злодеяния, сейчас находится и вовсе на другой части этого мира.
Манук быстро покинул затопленный берег. Делать тут больше нечего, тем более что перед ним сейчас раскрывался весь мир, и тысячи дорог были ему открыты. Он волен был скакать куда захочет, некому было его удерживать. И в эту зиму Манук, бродя по ледяным пашням и сенокосом, часто вспоминал оставленную им усадьбу. Ему не хватало и не только тепла от огня, он его и сам мог развести, не было той теплоты и поддержки. А может рвануть ему в приют он ведь сейчас один и мог бы там провести часть зимы
