Двойное свидание

Макс кинул взгляд на вход в ресторан. Затем он вздохнул, немного поправил уголок скатерти и ощупал воротник. Вроде ровно. Он положил ногу на ногу и тут же поставил ногу обратно на пол.

Большинство столиков было занято. Зал был заполнен уютным желтоватым светом, исходившим непонятно откуда, и негромкой музыкой — седой мужчина в чёрном фраке импровизировал на рояле в дальнем углу. Музыка перемешивалась с разговорами и звоном приборов за соседними столиками.

Макс опять ощупал воротник и снова взглянул на открытую входную дверь. Ничего. Посмотрел на часы — семь четырнадцать.

Ну где она уже? Дэвид только до десяти согласился посидеть. И то едва уломал.

Макс отпил немного воды из высокого стакана, затем снова пригладил воротник и поправил рукава. Он очень надеялся на этот костюм, тем более что другого у него не было. Если, конечно, не считать костюм Дэвида, но тут уж… либо костюм одолжить, либо посидеть до десяти. Макс ещё раз посмотрел на дверь и машинально опустил взгляд на скатерть, но тут же снова поднял взгляд.

Стоп, не она ли это? Да, похоже, что она.

Женщина в обтягивающем красном платье разговаривала с хостесс. Та показала рукой в сторону Макса, и женщина направилась к нему.

Да, она. Эта улыбка…

Широкие бёдра покачивались при ходьбе, складки платья перекладывались вокруг небольшого округлого животика. Маленький серебряный кулончик — а может, и платиновый — слегка болтался внутри V-образного выреза. Тёмные кудрявые волосы были собраны в пучок, не считая нескольких локонов, обрамлявших лицо.

закрой рот, дубина, а то как школьник, право слово

Макс вскочил с приветливой улыбкой и отодвинул для неё стул.

— Спасибо, — она присела и поправила платье на бёдрах.

— Совершенно не за что, — он оторвал взгляд от платья и тоже сел.

— Извини, что опоздала.

— Это ничего, ничего страшного.

Они немного помолчали, оглядывая друг друга.

Только не на кулон, только не на кулон, держи себя в руках. Волосы… красивые прядки, кайф. Люблю такие причёски.

да закрой ты рот, ну

— Красивая причёска!

— Спасибо! — снова обрадовалась она.

Макс непроизвольно посмотрел на её губы.

Это стоило небольшого комплимента…

— Выпьешь чего-нибудь?

— Да, давай, — Амалия обернулась и помахала рукой официанту неподалёку.

Тот подошёл, Макси присмотрелся к бейджику.

— Ага, Альберт! Отлично. Что вы посоветуете к рыбе, Альберт? — спросил Макс.

— У нас рыба сегодня? — откликнулась Амалия.

— Да. Не возражаешь? — Макс поднял бровь. Он наконец отыскал в себе немного смелости.

— Нисколько, — Амалия игриво помотала прядками.

— Так что, что посоветуете к окуню по-терельски? — Макс обернулся к официанту.

— Может быть, белое сухое Шиндираль?

давай, будь уверенным… но не наглым

— Давайте так, — Макс слегка кивнул. Он впервые слышал про это вино, а окуня ему советовал Дэвид. Его вкусу в подобных вопросах Макс доверял, как своему собственному.

Альберт ушёл, и внимание Макса немедленно вернулось к Амалии.

— Слушай, а ты говорила, что учишься на втором курсе… — вырвалось у него.

Пэ-пэ-пэ-пэ, не смей назвать её старой! Она разве старая? Она не старая. Зайдём с другой стороны.

— … но мои однокурсницы выглядят более… как девочки. Некоторые совсем не…

— Второе образование! — выпалила Амалия, не дослушав.

— А-а-а-а-а, понятно. Получается, ты действительно… — его взгляд невольно соскользнул на мягкий выпуклый рельеф в вырезе платья.

Чёрт.

— Старше тебя, да. Не бойся, я не твои однокурсницы, я действительно взрослая женщина, ты меня этим не обидишь, — в ещё прищуреных глаза прыгали искорки.

Макс явственно выдохнул. В этот момент их уединение нарушил Альберт и поставил перед ними бокалы с вином. Снова оставшись вдвоём, они чокнулись, глядя друг другу в глаза над кисловатым грушевым запахом.

— Что ж… это очень интересно! А какое было первое образование?

Амалия покатала вино во рту, слегка закатив глаза, и проглотила.

— Вино очень даже ничего… что ты спросил? А, океанология!

Макс не видел своего лица, но Амалия даже рассмеялась — видимо, оно было достаточно выразительным.

ну что ж, наверное, это неплохо… рассмешить девушку это всегда плюс…

Да она, считай, сама себя рассмешила.

— Да, океанология. Люди часто так реагируют. Вообще, было довольно интересно. Но в итоге оказалось, что океанологи не так уж часто ездят в экспедиции. И сразу же после окончания я пошла учиться на журналиста.

— Но журналисты же… тоже не ездят в экспедиции.

Амалия снова рассмеялась.

— Зато они говорят с людьми, а не строят графики у себя в кабинетах. А кроме того…

К ним ещё раз подошёл Альберт, на этот раз с двумя блюдами рыбы.

— Погоди, — Макса осенило, — так может, у тебя особые отношения с морскими обитателями? Это… — он кивнул на её тарелку, — не твой старый знакомый?

Рискованная шутка, ох рискованная… Уф, ладно, вроде смеётся.

— Да, не, всё нормально, — ответила Амалия, воткнув вилку в рыбу, и ещё похихикала, — мы как раз в экспедициях так развлекались, — она отправила в рот кусочек. — Рыбалкой. М-м-м, рыба тоже неплоха!

— Да, и правда! Очень недурственно.

Что ж, спасибо Дэвиду за этот совет!

рад помочь!

На некоторое время рыба завладела их вниманием. Народу поприбавилось, официанты ускорили свои манёвры между столиками. Пианист исполнял что-то вычурное в стиле Вивальди. Наконец, Амалия отложила вилку и весело спросила:

— Ну а ты? Когда я поинтересовалась, работаешь ли ты, ты сказал, цитирую, “нет, но да, но на самом деле нет”. Что это вообще значит? — она прикрыла рот, плечи её тряслись от смеха.

С довольным видом Макс смотрел, как она веселится.

Боже мой, это моё самое удачное свидание.

— А, ну это. Я учусь на архитектора, я говорил? Я говорил. — Амалия кивнула, не отрывая от него глаз. — И у нас что-то вроде выпускного проекта.

почему вроде-то? выпускной проект и есть

— У-у-у-у, это очень интересно, — и на лице Амалии, действительно, отразился неподдельный интерес. — И ты, значит, проектируешь настоящее здание, которое построят?

— Ну… могут построить. Если наш проект выиграет конкурс. Только это не совсем здание.

— А что же?

— Мост. Объездной, на пару километров выше мэрии по течению. Видела, какие пробки на Сайфридском мосту? Он дико перегружен.

— Видела? — фыркнула она. — А почему, ты думаешь, я опоздала?

На этот раз они рассмеялись оба.

— Ну, тогда выпьем, — Макс поднял бокал, посмеиваясь, — за разгрузку Сайфридского моста! Ой, у тебя кончилось…

Бокал Амалии, действительно, опустел. Макс махнул рукой знакомому официанту, проходящему мимо, и попросил:

— Альберт, окажите любезность, добавьте даме вина.

— Я не Альберт, сэр, — откликнулся тот и показал на бейджик. Теперь там было написано “Том”.

— Но… вы… — Макс удивлённо вгляделся в лицо официанта.

— У Альберта закончилась смена, сэр. Теперь это я, Том.

На лице у Амалии отразилось что-то вроде прозрения, смешанное с неприязнью.

— Но вина, конечно, долью. У вас белое сухое Шиндираль, верно?

Макс и Амалия одновременно кивнули.

— Одну минуточку, — Том отправился за вином. Амалия проследила за ним вслед, выражение задумчивой неприязни не покидало её лица. Макс наблюдал за этим с любопытством.

— Что такое? Тебе чем-то не понравился официант?

— Да… в принципе, ничего такого… Я даже как-то делила одно из других своих тел…

Она сказала “одно из”?

— …с подругой. У неё тогда были проблемы, ей пришлось сдавать в аренду своё единственное тело.

— Ага. Но всё-таки...?

Амалия тяжело вздохнула.

— Ну… это скорее иррациональное. Это ощущается, как будто… он подслушивает чужой разговор, понимаешь? Я могла бы думать, что это Альберт, и сказать ему что-то, как Альберту, а это Том.

— Поэтому у него есть бейджик.

— Да, конечно. Я же говорю, иррациональное. Ну, с официантом это ладно, я с ним почти незнакома. А если я вступила с кем-то в…. близкие отношения, а потом проснулась в постели с незнакомым человеком. И вообще, представь себе, что ты всё время не знаешь точно, кто перед тобой. Ты можешь спросить, но, даже если ты полностью доверяешь одному человеку в этом теле, другой-то может и обмануть, верно? Как я могу построить глубокую связь с кем-то, если я никогда не уверена, он это или не он?

Макс немного подумал и кивнул:

— Да, ты права. Это звучит как-то некомфортно. Получается, что надо очень сильно доверять им обоим.

— Да. Вот именно. Ну а… — Амалия вскинула голову, меняя тему, — какой будет новый мост? Расскажи про него.

* * *

Под конец вечера, вставая со стула, Амалия спросила:

— Ну что, проводишь меня до дома? Два моих тела сейчас заняты, но ещё одно могу тебе показать. Если ты, конечно, хочешь.

Макс увидел озорную улыбку в её прищуренных глазах. Дрожь пробежалась по его ногам, а в глазах слегка потемнело. Сглотнув, он ответил:

— К-конечно. С удовольствием составлю тебе компанию.

И посмотрел на часы.

Половина десятого. Чёрт, поздно… Эй, Дэвид!

что?

Свидание прошло слишком хорошо, мне нужно ещё время. Может быть, ты согласишься посидеть до утра? Она прекрасна, умна и интересна, а ещё она богатейка как минимум с четырьмя телами, и как будто бы она намекает, что я смогу развлечься с двумя из них сегодня ночью.

зачем же мне тогда уступать тебе эту возможность? я и так уже почти двое суток тут сижу, это будет мне отличная награда.

Но ведь это я заработал эту возможность. Если всё пойдёт хорошо, я тебя с ней познакомлю.

— Макс? Ты о чём-то задумался?

— Да. Дело в том, что у меня есть очень важные дела и… я думаю, обязательно ли мне делать их сегодня вечером. Или это подождёт.

ахаха, надо же, какой ты умный! а если не всё пойдёт хорошо? давай, Макс, удели внимание даме, у тебя есть последние полчаса… не переживай, я уж постараюсь не подкачать, это в наших общих интересах

— Ммм, вот оно как. Надеюсь, дела действительно очень важные. — Амалия слегка воткнула коготки в его бицепс и выразительно посмотрела на него снизу вверх.

Макс потёр следы ногтей, посмотрел в её большие глаза, и опустил взгляд ниже, наконец внимательно рассмотрев кулончик, и ещё ниже, где из декольте выглядывали две большие мягкие формы, немного прижатые платьем. Затем встряхнул головой и посмотрел на часы. Девять тридцать две.

— Но проводить до дома я тебя, пожалуй, успею.

Машина рванула с места так, что у Амалии перехватило дыхание. Макс нещадно превышал скорость и пару раз проскочил на жёлтый.

Ох, прилетит мне штраф, как пить дать прилетит.

ясен красен прилетит… платить сам будешь

— А ты лихач, оказывается, — Амалия сидела рядом в пол-оборота, поглядывая то на дорогу, то на Макса. — Ты… всегда так водишь? У тебя всё под контролем?

Макс ощутил её нежное прикосновение, которое плавно двигалось вверх по его бедру.

— Ох… да, всё под контролем. Хотя ты мне не очень помогаешь…

— Я думала, я тебя вдохновляю, — Амалия смотрела на него, закусив губу и нежно водила пальцами вверх и вниз вдоль его ноги.

Наконец, они воткнулись в пробку на Сайфридском мосту. Макс глубоко вздохнул и снова посмотрел на часы. Девять сорок шесть.

Амалия сложила руки на своих коленях.

— Дам тебе немного передохнуть, — она невинно взглянула на него, хлопнув ресницами разок-другой.

Макс осуждающе покачал головой.

— Дьяволица, — прошептал он. Амалия едва заметно приподняла уголки губ.

Машина двигалась маленькими, но довольно частыми рывками. Девять сорок восемь, девять пятьдесят. Вот уже виден выезд с моста.

— Покажешь, где тебя удобно высадить?

— Конечно.

Девять пятьдесят две, и наконец, они оказались на другой стороне реки. Макс снова погнал, но было уже близко.

Фух, кажется, успеваю.

Они приехали. Машина остановилась на краю двора, обрамлённого зеленью и освещённого шеренгой фонарей в библиотечном стиле. Девять пятьдесят семь. Макс вышел и обошёл машину, чтобы открыть для Амалии дверь. Она тоже вышла и встала прямо перед ним — чуть поближе, чем на обычной комфортной дистанции. У Макса пробежали мурашки по спине.

— Спасибо тебе за чудесный вечер. Я прекрасно провела время.

Амалия сделала маленький шажок вперёд. Макс слегка кивнул, в горле у него пересохло.

— Поцелуешь меня на прощание?

Амалия сделала ещё шажок и посмотрела на него распахнутыми глазами, Макс видел в её радужках волнистый коричневый узор. Она обвила руками его голову и слегка прикоснулась губами к его губам. Затем нежно провела по ним кончиком языка, приоткрыв рот. В глазах у Макса потемнело, все мысли скрылись в глухом тумане. Их губы скользили друг между другом. Он не заметил, как его руки оказались внизу и осторожно, но уверенно впились у самого верха её бёдер, прижимая их к себе. Её руки хозяйничали в его кудрях, а язык облизывал его зубы и дразнил нёбо.

Вдруг всё закончилось. Вокруг ничего не было, только темнота и тишина.

И мысли.

боже мой, какая же она кайфовая…

Не-е-ет!

Дэвид оторвался от её губ, тяжело дыша.

— Знаешь, — ещё один глубокий выдох. — Пожалуй, я могу отложить свои дела.

Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет!

Амалия посмотрела в его лицо.

— Ой, да кто бы сомневался!

Схватив Дэвида за руку, она потащила его ко входной двери.