Gucci flora

Дождливый вечер растянут был на дни, или даже больше. Из воспоминаний улиц я не помню солнце. Тогда, в двадцать один я был непобедим. Я жил, как хищник, охотился в ночи. Играл с судьбой в двадцать одно, играл с влюбленностью, на чувствах. Играл - играл, и как-то раз я проиграл.

Тогда была весна, я шёл с фотоаппаратом по старому маршруту, по серым улицам, дворам, и вместо спутницы земли, меня вели фонарные столбы. Вели меня в кофейню, я заходил туда всегда. И вот почти у входа, я слышу пару моль её, и жадно до отказа - вбираю полной грудью аромат. На улице, где вход в кофейню перекрыт толпой влюблённых молодых людей. Дождь перестал, всем всё равно вокруг, притихла музыка у входа, а я стою с закрытыми глазами, держусь за ручку от двери. И думаю: “Тут только парочки гуляют, а я пришел сюда, чтобы предложить им фотосет – lovestory”.

Но аромат её духов, застыл как шлейф и мир весь вакуумный пузырь. Теперь мне все равно на них. Была ли тут она недавно или нет? Хотел бы я вернуть те дни, когда под кровом ночи, мы засыпали вместе от любви. И я, уткнувшись сзади в темечко её, вдыхал в себя все ноты нежности, тепло. Я прижимал ее к себе, как будто завтра не наступит никогда. А ведь так и стало - не настало. И никогда бы не подумал, что можно проиграть игру, в которой ты как воздух для огня. Но ошибался я тогда, ведь та игра, где чувства - ложь, а страсть - как пламя от костра, сожгли меня дотла. И как итог - я проиграл.

Открылась дверь, два Cappuccino вынесли с собой. Кофейный дух ударил в нос и я зашел - играет музыка, все говорят, смеются, шумят кофемашины, звук пересыпающегося кофейного зерна. И выдыхая прошлое, с трудом я прихожу в себя.

- А сфотографируешь меня?

И снова образ той нахлынул и пленил, тот нежный голос и духи. Я посмотрел в окно на отражение внутри. Все люди там, как пятна кофе на листе, сливаются в тени. Возможно кажешься ты мне, как будто ждешь ответа за спиной.

– Сегодня не могу – ответил я.

Часы отбили двадцать два. Хотел бы я ответить “Да”. Но больше не игрок, теперь я просто уголёк. Я сделал снова вдох. Вокруг с надеждой осмотрелся, но нет. Нет голоса её, лишь тонкий след преследует меня.

Я заказал на вынос Raf и ждал. Смотрел на всех вокруг и размышлял: “Ведь так нельзя. Нельзя так пахнуть, как будто тут одна моя вина. А мог бы я переиграть? А может стоит всё начать сначала? Или отменить игру, нарушить правила”.

Я сжал кулак, ведь помню правила, и как она их диктовала:

– Кто с головой утонет в чувствах, полюбит, влюбится – тот проиграл. А проигравший уходит навсегда.

Так пахли Gucci Flora и она.