Воздух и Антрацит 14 серия.
Первую партию я слил с треском. Не получилось даже красиво проиграть, как Упырь просил.
Пара несчастных троек против увесистого каре из пятёрок у противника. В глазах Иглы появилось откровенное пренебрежение, которое он даже скрывать не хотел. Если я ему и был интересен в начале, сейчас он меня откровенно списал в лузеры.
-Хлипковат у тебя игровой, Упырь, - не удержался Зараза. – А баба твоя в койке хороша? Всё умеет делать, что положено?
-Вряд ли ты это узнаешь, - спокойно ответил толстячок.
-Ха! – ухмыльнулся кудрявый. – Ещё как узнаю! Ходить потом неделю не сможет!
-Хочешь – ещё раз поспорим…
-А на что тебе спорить? – снисходительно улыбаясь, спросил Зараза. - Всё самое ценное ты уже проиграл! А больше у тебя нет ничего. И без бабы твоей ты нет никто и звать тебя никак. Свои же придушат – я даже мараться не стану…
-Поглядим, - безмятежно пожал плечами толстячок.
Игривая весёлость босса передалась его боевикам. Они, изначально собранные, заметно расслабились. За Упырёвой охраной автоматчики следили уже краем глаза – всё их внимание поглотила игра.
С этого расстояния я смог рассмотреть силовые поля, о которых говорил голос – выглядели они как лёгкое марево.
Игла, откровенно издеваясь, высморкался в пальцы и небрежно вытер их о край стола. При этом насмешливо глядел мне прямо в глаза – намёк читался без труда.
-Интересно, что с тобой потом сделают, Свеча? Кожу с живого снимут – или на кол посадят? Ты сам бы что предпочёл?
-Мечи камни, - хладнокровно ответил я, хотя на душе кошки скребли. – До трёх раз играем. Ещё успеешь повыделываться.
Второй бросок у него получился неудачным – а я предупреждал, чтобы не выделывался.
Всего одна тройка из двоек. Вполне можно попробовать перебить…
«Можно ведь, да?» - мысленно спросил я, слушая, как кости стучат о металл стакана. – «Самое время, думаю, подключаться к игре».
«Тебе проиграть велели», - неохотно ответил голос. Я уловил отчётливые нотки недовольства. – «Неужели и с этим без меня не сможешь справиться?»
«Мне сказали – красиво проиграть. А это пока – некрасиво…».
Голос не счёл нужным отвечать.
Я выкатил кости на стол, и, даже не глядя на них, сразу всё понял – по ярко вспыхнувшим глазам Иглы. Сзади недовольно зашевелились, закряхтели парни Упыря. Кто-то даже вполголоса выругался – Винт, кажется.
Я его хорошо понимал. Нужно было очень постараться, чтобы выбросить совершенно никчёмную двойку из четвёрок.
-Как ты на Горе-то играл? – брезгливо, через губу, поинтересовался Игла. – А ещё под Золотым, говорят, ходил… За такую игру Золотой бы тебе перьев в задницу навтыкал и в сортир верхом поехал…
-Всё-то ты обо мне знаешь… - огрызнулся я. – Справки наводил, получается… Выходит – боялся. А теперь что - раздухарился? Игра-то не кончилась ещё.
-Опасался, не скрою, - кивнул Игла в ответ. – Потому, что Золотой про тебя никогда не слышал. И с корабля никто никого не выбрасывал – люди знали бы о том. Выходит – из ниоткуда ты вынырнул, дядя. Только всё это уже неважно.
-Это почему же?
-Да потому что ты – фуфло обычное, - с нескрываемым удовольствием развёл руками Игла. – Строишь из себя делового, а сам - мутный.
-Что-то твой игровой много трындит, - недовольно заметил Упырь.
-Так характер у него – дерьмо, - с готовностью объяснил пребывающий в прекрасном расположении духа Зараза. – Давно пустил бы в расход, да рука не поднимается. Сам-то тоже на язык несдержан бываю. Вот и терплю пока…
-Пусть трындит, - негромко каркнул Грызун. – Законом не запрещено.
-Хана тебе, – весело подмигнул Игла, поигрывая трясуном. – Куда полез-то?
Я предпочёл промолчать – на язык только какие-то гадости лезли. А вступать в дискуссии с дёрганым никакого желания не было.
И злости тоже не было, и даже страх весь куда-то делся. Всё, что придавало сил и вытаскивало из передряг, ушло. Осталась только одна мысль: быстрее бы всё закончилось - так или иначе.
В наступившей тревожной тишине кости разлетелись по столу с тихим стуком.
-Нету фарта, - коротко прокомментировал Зараза каре из пятёрок. – Да, Упырь? Собирайся, ведьма. Мне теперь будешь рассказывать, что говорит туманный король. Ты не представляешь, какие грандиозные у меня на тебя планы! Ух!
-Рада за тебя, - глухо ответила Видящая.
-Свеча, да мать твою, как так-то? – не выдержал Винт. – А разговоров-то было…
«Весомо же ты меня перед уважаемыми людьми поставил», - подумал я, потрясывая стакан. – «Спасибо тебе, родной. Давненько я о себе столько приятных вещей не слышал. Интересно, зачем я тебе вообще нужен? Чтобы поиздеваться, когда настроение плохое? Нашёл себе игрушку…».
«Бросай», - только и ответили мне. И я выпустил кубики из стакана – не глядя.
-Ух ты ж епта… - потрясённо выдохнул Винт. И добавил ещё кой-чего, покрепче.
«Теперь - доволен?».
«Доволен», - честно ответил я. – «Прямо голливудское кино… Чего ж ты мне на нервах играл? Раньше не мог так сделать, что ли?».
Глазки у Иглы растерянно забегали. Ну, начнёшь тут нервничать, когда победа уже в руках была – и вдруг испарилась.
Красиво, конечно, вышло, любо-дорого посмотреть. Кубики в ровный ряд выстроились, сверкают гранями под светом фар. А на верхних гранях точки - от одной слева до шести справа. Идеальный бросок.
-Повезло просто… - недовольно цыкнув языком, заметил Зараза. – Повезло… Метали бы в «корабли» - карачун бы тебе был, Упырь.
Толстячок безразлично пожал плечами:
-Значит, повезло…
-Договор был – в «магистра» метать, - вставил своё веское слово Грызун. – Каре побито. Два на один счёт. Игра продолжается…
-Что, не улыбаешься уже? – задал я вопрос притихшему Игле. Ну, не сдержался – я ведь тоже живой человек. – Опять страшно стало? Правильно: хозяин-то у тебя горячий. Гляди – как бы тебя раньше меня в расход не пустили…
-О себе беспокойся, - сухо ответил игровой и выбросил кубики на стол.
Какое-то время глаза всех зрителей были прикованы к одному из них - танцующему танец волчка на одном из углов. Потом кубик лёг единицей вверх – и все шумно выдохнули.
А Игла засадил по столешнице кулаком – так, что кости подпрыгнули. И выматерился – злобно и протяжно. Словно собака, сидящая на цепи, взвыла от невозможности порвать в клочья наглого кота. Вроде вот он – сидит, умывается почти у самого носа. А попробуй достань…
В общем, взвоешь тут – когда собственными руками «глаза змеи» выкинул. Пара из двух единиц – самая убогая из комбинаций. Перебьёт её любая.
-Давай, Свеча! – крикнули сзади. Вроде не Винт – его клекочущий хриплый басок я узнал бы. Выходит – не все охранники Упыря ходят с отрезанными языками?
Ну, зная хозяина – наверное, это заслужить надо…
-Тихо там… - лениво бросил толстячок, и кричавший мгновенно заткнулся.
Я выбросил три тройки – и вокруг все загомонили, загалдели.
На Иглу было жалко смотреть. Зараза примолк, надулся и потемнел лицом – света было вполне достаточно, чтобы это разглядеть. Боевики, чуя настроение хозяина, подобрались, готовясь к неприятностям.
И только Видящей было всё равно – она отрешённо глядела в землю.
-Гляди, Зараза, - флегматично сказал толстячок. – Фарт – штука переменчивая…
-Замес серьёзный, - согласился кудрявый. – Ну, так даже интереснее…
-По двум, - подытожил Грызун. – Потешили старика, парни. Давно такого не видал. Однако игра - есть игра. Кто сейчас выигрывает, тот и кон забирает.
-Боишься? – спросил я у заметно побледневшего Иглы. – Кто из нас теперь фуфло, а? Не хочешь за слова свои ответить?
А мне бояться было уже нечего: программу-минимум выполнил. Если только туманный король вдруг в последний момент взбрыкнёт и даст выиграть – но по-настоящему в такой расклад не верилось. Железные пальцы паники, сдавившие горло, разжались и я, впервые немного расслабился.
Почему бы теперь и не позлить недоноска, если хочется?
-Я всегда за свои слова отвечаю, - оскалился Игла.
Нервно потряс стаканом, прислонил его ко лбу, что-то прошептал с закрытыми глазами. Я наблюдал за этими движениями с нескрываемой иронией.
-Утри морду-то… Вон как вспотел от переживаний. Пот глаза зальёт, и рука дрогнет, не дай бог… Что ж ты так боишься-то? С фуфлом же сел играть…
-Рот закрой.
Шепотки за моей спиной стали громче. Эх, знали бы вы, парни, что переживать бессмысленно… От меня тут не зависело ровным счётом ничего. Перед Видящей только было стыдно – всё-таки она искренне надеялась на победу.
Но, как бы жизнь тебя не кувыркала – а своя рубашка всегда ближе к телу.
«Мудрое замечание», - согласился голос. – «Умнеешь на глазах, Илья».
«Пусть бы Упырь выиграл. Тебе-то какое дело до разборок шпаны? Ты ведь целый король у нас. Ведь не в этих же транспортах дело, верно?».
«Переживаешь за смазливую ведьму? Жалостью ей не поможешь. Помоги поступком – возьми, да и выиграй. Хочешь знать, что с тобой Упырь сделает?»
«А тебе её что - нисколько не жалко? Она тебя за бога считает…»
«А тебе?»
Я промолчал – возразить туманному королю, как всегда, было нечего. Все мои страхи, тревоги и потаённые мысли лежали перед ним как клавиши фортепиано – садись, да играй любую мелодию, какую захочешь.
«Помнишь мои слова при первой нашей встрече? Я - твой самый верный и единственный друг, Илья. Тебе придётся поверить в это».
«Что ты имеешь в виду?» - не понял я, но голос уже замолчал.
Тем временем Игла закончил со своими ритуалами и запустил кубики по столу. Напряжённо вытянул шею, наблюдая за их танцем – будто принюхивался к запаху удачи.
И ведь помогли кручёному его манипуляции – а может, туманный король постарался. Пятёрку из шестёрок просто так, без магической помощи, тяжело выкинуть.
-Фух, - откровенно выдохнул игровой. Потом спохватился, вспомнив, что я за ним наблюдаю и быстро нацепил привычную маску высокомерного засранца:
-Ну что, Свеча? Вот и всё… Вешайся!
-Красавчик, - сказал я, глядя в его настороженные глаза. – Трудновато перебить будет. Но игра есть игра, так ведь, Игла? Всякое может случиться…
Для вида я вяло повертел кубики в стакане – оборота три сделал, чтобы не прицепились потом с претензиями. И выкинул их на стол, как выплёскивают остывший чай. Поглядел, что получилось, и не смог удержаться от улыбки – вот же сволочь всё-таки этот туманный король…
Всегда темнит до последнего, треплет последние нервы…
Но в итоге всегда делает, что обещал.
Проиграл я действительно красиво: повторил комбинацию Иглы, пятёрку из шестёрок. И на шестом камне цифры оказались одинаковые: тройки.
Метали бы в «корабли», ничья была бы. Но в «магистре» ничьих не бывает – потому как магистр может быть только один. В данном случае – кто первый выбросил пятёрку.
Но всё же красиво вышло – как заказывали… Шоу, да и только.
-Ах ты ж… - только и сумел сказать Винт.
А потом добавил ещё кое-что, от чего мой переводчик в голове заклинило, и он начал сбоить. Что-то там про пауков было, про маму Заразы и ещё каких-то животных, как я понял. Половину слов мне не перевели – но контекст был понятен и без перевода.
Видящая бросила на меня всего один короткий взгляд. В нём не было ненависти, обиды – или наоборот, прощения и смирения. Это был взгляд человека, который надеялся до последнего – а теперь надежда умерла. И надо как-то с этим жить дальше.
-Прости, - только и смог сказать я. Но женщина уже отвернулась.
-Магистр… - прошипел из-под капюшона Грызун. – Зараза кон забирает…
Кудрявый кивнул и вскинул вверх руку с раскрытой ладонью. Ожидавшие этого жеста боевики вскинули автоматы, выцеливая людей Упыря.
-И что это ты делаешь? – невозмутимо поинтересовался тот.
-Подстраховка, - объяснил набычившийся Зараза. Вся его напускная весёлость куда-то улетучилась. – Чтобы ты не дурил, Упырёк…
-Игра есть игра, - грустно сказал толстячок. – Иди к нему… Жалко, конечно, тебя этому уроду отдавать – но игровой долг свят. Не поминай лихом.
Не поднимая глаз, Видящая сделала три неловких шажка вперёд. Но Зараза был не настроен на долгое ожидание – ему хотелось сполна насладиться триумфом. Поэтому он просто шагнул навстречу и грубо сгрёб женщину за талию, прижимая к себе.
-Красивые серьги, ведьма… И дорогие, наверное. Копаные?
-Копаные, - согласился толстячок.
-На них мы не играли, - задумчиво сказал Зараза, разглядывая украшения.
При этом кудрявый поворачивал голову Видящей во все стороны, уцепив крепкими пальцами за подбородок. Голова послушно моталась - как у пластмассовой куклы.
Я закрыл глаза ладонью – не мог на это смотреть спокойно. Осознание своей причастности к происходящему вдавливало в стул тысячетонной тяжестью.
-Это – ей принадлежит. Мой подарок.
-Ну, раз подарок, ладно, - снова разулыбался Зараза. Однако глаза у него были неспокойные, бегающие. – Ты ж меня знаешь, Упырёк – мне чужого не надо…
Толстячок чуть заметно усмехнулся.
Зараза наклонился над Видящей и впился в её губы. Выглядел этот поцелуй откровенно по-хамски - грязно и грубо. И, скорее всего, женщине было больно – но она никак не показывала этого. Безвольно упавшие вдоль бёдер руки качались в такт напористым движениям кудрявого.
-Чего делаем-то, Упырь? — вполголоса спросили сзади.
-Чего уж тут теперь сделаешь… - равнодушно ответил тот. Чуть громче, чем следовало – чтобы все вокруг услышали. – Игра есть игра…
-Сладко! - Довольный Зараза, оторвался, наконец, от растерзанных губ женщины. – Не жалко было отдавать?
-Чего жалеть-то? Бабу? – хмыкнул Упырь. – Это только такой дурак, как ты, станет за бабу отвечать двумя грузовиками… А я себе ещё найду…
-Ну что – расход, значит? – даже не спросил, а констатировал Грызун.
Зараза мотнул головой, и его солдаты дружно опустили оружие. Вымуштрованы по меркам Свалки они были неплохо – кто-то явно поработал над этим.
-Ну, бывай тогда, Упырёк! Больше не увидимся, наверное – замочат тебя, как пить дать. Никто не хочет иметь дел с проигравшим…
-Всё может быть. Но тебя я точно переживу…
-Ну-ну… - скептически кивнул Зараза. Подхватил за талию обмякшую Видящую и, обернувшись через плечо, махнул своим рукой:
-Уходим! Игла – а тебя что, не касается?
Дёрганый наклонился над моим ухом. Пахло из его рта скверно – какой-то горелой синтетикой. Какую гадость люди только не употребляют в рот.
-На Горе люди узнают про тебя, Свеча! И предъявят за фуфло. Дрожи во сне…
-Ой, да пошёл ты… - отмахнулся я.
«Падла ты, туманный король», - думал я, глядя в спину уходящим в слепящий свет людям Заразы. – «Ты, наверное, когда её брата мелкого на костре жгли, тоже просто наблюдал, не вмешивался. Они же на тебя молятся, а ты…».
«Так это они сами решили, что я бог, Илья. А я - просто сон. Просто голос в голове. Это мир людей – и тут всё решают сами люди. Если судьба этой женщины важна для тебя – так беги за ней, спасай, выручай. При чём тут я?»
-Что, так и будем стоять? – нервно спросил кто-то из Упырёвских головорезов.
-Ну давай, умник, рыпнись на шестнадцать стволов, - осадил его Винт. – Мокрого места не останется. Живы остались – и то хорошо…
-Я сейчас всем язык подрежу, если жмёт во рту, - пообещал толстячок. – Как Гному. Заткнулись все и ждём.
«Чего ждём?» - не понял я.
«Увидишь», - сухо ответил голос в голове.
Тут до меня дошло, что Грызун со своей свитой никуда не торопится. Всё так же стоит неподвижно, опираясь на посох – словно ничего ещё не закончилось.
Да и Упырь не был похож на убитого горем от проигрыша. Смотрел вслед уходящим и ядовито улыбался.
«Что происходит?»
Ответ пришёл через секунду.
Там, где зыбкие тени Заразы и его маленькой армии уже почти растворились в свете фар грузовиков, вспухло странное синее кольцо. Родилось из маленькой вспышки и стало быстро расти, во все стороны сразу. Потом раздался громкий треск, словно само чёрное небо лопнуло пополам – как гнилая тряпка.
Ветер, поднявшийся, словно из ниоткуда, весело погнал в нашу сторону грязные обрывки и прочий хлам. Ближайший к грузовикам мусорный муравейник со звоном и грохотом провалился сам в себя, разбрасывая ржавые обломки. Синее кольцо всё расширялось, и волосы на моей голове зашевелились, сами собой.
А когда оно, наконец, потухло, раздался многоголосый улюлюкающий вой.
Фары грузовиков разом погасли – и в темноте засверкали уже знакомые синеватые вспышки. Это, похоже, пытались отстреливаться выжившие после взрыва солдаты Заразы. Но судя по тому, что дикий вой становился всё сильнее, шансов у них было немного.
Я закрыл глаза. Но перед ними всё ещё качались тяжёлые серьги Видящей с каплевидными чёрными опалами.
