Снова ночь

Вновь хор ночных теней зовёт меня:

Скитальцы из степей межзвёздных дальних;

Нездешних вопли слов полны печальных,

Проклятий страшных, плачей поминальных,

Что губят разум и лишают сна.

Средь всех один главенствует всегда –

Дыханием дыр чёрных, сверхглубоких

Он заполняет полость моих лёгких,

Выре́зывает на́ сердце иероглиф,

Что можно прочитать как "Малый дар".

А после – начинает свой рассказ,

Повествованье зла и жути по́лно:

О море вакуума, о том, какие волны

Владыка звёздный в нём вздымает, молний,

Метая со́нмы в ярости подчас.

Но мне страшней всегда рассказ про Ха́стур –

До глубины души он леденит:

Там правит жуткий, старше пирамид

Властитель в Жёлтом, коему открыт

Секрет всех судеб –он их архипастырь.

И Хастур и правитель – суть одно:

С рождения слились в растле́нном танце;

Планета как глаза царя багряна,

Рождают оба зла протуберанцы,

Чтоб сокрушить скорее Шар земной.

Ах, как мне жутко речи эти слушать,

Но ни сбежать, ни умереть нет мо́чи;

До у́тра в страхе не смыкаю очи,

А днём трепещет, ожидая ночи,

Нутро моё... и каждый раз всё хуже.