Предзащита

Память о любви - Автор: Тающий ветер

В память о любви пакетик сухой яичной лапши захрустел и порвался по шву в руках тощего и очкастого студента. Содержимое высыпалось в миску.

- Приправы?

Длинноволосый парень погладил рукой корпус гитары и, покачав головой, взял бутылку "Heineken". Когда он сел, панцирная сетка на кровати жалобно заскрипела и прогнулась.

- Пофиг.

Горсть ломаной сухой лапши отправилась в рот первого. Не переставая жевать, он пытался донести суть и сложность сегодняшней задачи.

- ... вот поэтому я спрятался от научрука и нашёл тебя. Сегодня, кровь из носу, подлатаем речь для предзащиты, а потом решим, что я тебе за это должен.

- Эм-м-м... когда предзащита?..

- Завтра, епт! Пришёл бы я к тебе раньше?

Длинноволосый присвистнул "тебе крышка" и приготовился слушать...

- "Память о любви" - стихотворение поэта-прозаика начала 21 века Артёма Виноградова, известного под псевдонимом "Тающий ветер". Впервые опубликовано в сентябре 2018 года в рамках соревнования на литературном сайте "Бумажный Слон". Темой импровизированной дуэли стало слово "Камень". Длина стихотворения 36 строк...

- Сколько-сколько? Ещё четыре и админ застрелил бы его за словоблудие! - длинноволосый заржал в голос. - Ты последнюю фразу лучше не говори. Какая, по сути, разница в длине стихо?

- Всмысле, блин, какая разница?! 36 строк! 36 рифмованных, наполненных смыслом строк в едином ритмическом рисунке! Которые надо разобрать! - ответом Очкастому был новый ржач и поднятый вверх палец уткнувшегося в подушку беты.

- Автор разбил стихотворение на девять катренов и применил классическую схему - abab. Рифмы... на первый взгляд они хороши, но обманчивое впечатление создаётся за счёт первых строк, хотя уже в них видны ассонансы, но дальше автор пишет мысль-ввысь, что выглядит весьма сомнительно, и вообще скатывается в банальность и грамматику: пророк-смог, пророка-рока, дом-сном...

- Вапще-то значение рифм сильно преувеличено... - бета нагло зевнул, - поэтому не нуди и расскажи что-нибудь без махрового имхо, чего не видно на поверхности.

- Ок. Щаз найду... амфибрахий... усечена строка... Последняя строфа...

- Жги уже!..

- Жгу! Первая строка - От всех наших чувств, от любви и отваги - 12 слогов, 4 стопы - что поддерживается во всех катренах... вторая тоже... соответствует...

Со стороны длинноволосого беты в очкастого полетела подушка.

- Последняя строка! - И камни на мостовой! - Читаем: икАмни нА мостовОй. Мало того, что этот чёрт...

- Стопэ! Если назовёшь Тающего ветра чёртом, то тебе отстрелят голову. Он - легенда!

- Понял. Принял. Автор не только сломал размер, но ударил предлог, что на него не похоже. Из переписки с читателями мы можем понять, уже в те, ранние годы, это было осознанным шагом, который одобряли многие поэты тех лет. Последняя строка разрешает вольности. А если говорить о смысловом и эмоциональном акценте - здесь он присутствует, пусть в меньшей степени, чем хотелось бы, учитывая изменение ритма, но финал, ощущение завершённости истории, автору несомненно удались.

Рассматривая всё стихотворение, можно заметить некоторые неловкости:
- Я старца слепого с прозваньем Пророк. - здесь спорная безударная позиция подлежащего «я», написанное ради попадания в размер, не несёт предусматриваемой нагрузки.
- Что ждёт меня в будущем, скрытом от глаз? - читать ли ударно "мЕня" - удел чтеца, но и автору лучше избегать таких разночтений.
- Но так убедительно, что я не смог - читаем - чтОя несмОг...

- Ты помнишь про лимит в семь с половиной знаков? - длинноволосый перебил друга, включённый счётчик мигнул и снова погас.

- Ок.

- Пророка ответ повторить я не в силах, - безударными остаются два односложных слова подряд «я не», а... такое уже было.
- Но... этим закончится. Что мне те стены? - Первый слог «но»! он акцентирован многоточием, просит после себя паузы и внеразмерного ударения.
- Подумай, любимая, мы — просто тени. - ударить бы «мЫ прОсто» но тире даёт паузу, сглаживающую нюанс....тэкс... вроде всё... нет!
- Он нёс, как казалось, обычные бредни- меня смутила фонетика слов как-к-казалось... Говорить?

- Нет!

- А про слова втычки - «коль», «я», «это прекрасно, эта мысль, этим закончится»...

- Молчи!

- Всмысле «молчи»?! Он союз «я» употребил семь раз, три из которых в первых двух катренах!

- А меня смущает анжамбеман, - длинноволосый подошёл к ноуту и выделил фрагмент - Но так убедительно, что я не смог // Уйти, и остался, спросив у Пророка... - Смотри сюда. В конце каждой строки предполагается пауза, и слово «уйти» выигрышно в данной позиции. Но перед ним не просто раздрайв, перед ним разделение строф, то есть разделяются смысловые части. При этом - Смогу ль уберечь я от прихотей рока // Любимую? - выглядит вот прям прикольно, будто кроме любимой могло стоять другое слово.

Очкастый сделал пометку, закинув очередную дозу лапши, и выдохнул:

- А теперь хвалим! За образность!

- И пьём. Не чокаясь! Потому что без выпивки ни одна комиссия не пропустит к этому стихо отзыв с основополагающим тезисом «образность», - длинноволосый сделал соответствующий тосту жест и хлебнул из бутылки. - Говори об изящности исполнения... стоп. Про изящность тоже молчи. Давай так: стихотворение имеет чёткий смысл, один из несомненных плюсов - это ясность заложенной мысли, пиетет к знаменитому итальянскому архитектору и учёному. Стихотворение не только содержит в себе отсылки к величайшим из работ Бруннелески, но и раскрывает исторически значимую персону со стороны его личностных качеств. Рисует портрет в романтическом свете, чего не разрешают себе биографы и знатоки итальянской культуры. С данным подходом можно спорить, но остаться равнодушным к очеловечиванию исторического персонажа нельзя...

Очкастый отложил миску подальше и торопливо, размашисто записывал. После кивка и подбадривающего жеста «продолжай, друг» длинноволосый фыркнул и продолжил.

- Произведение не является одой или посвящением, или биографическим эпосом, это именно лирическое произведение, хоть и основанное на реальных достижениях человеческого гения. Лирикой его делает превалирующая над известными фактами авторская фантазия на тему любви.

- Ага, само стихо написано в форме обращения к любимой. Суть его в противопоставлении вечности камня и бренности человеческого чувства. Длящаяся всю жизнь, даже увековеченная на бумаге - любовь - сильнейшая из эмоций, проигрывает величию памятников архитектуры и национальным святыням.

- Сечё-о-ошь...

- А то...

Очкастый достал из холодильника бутылочку тёмного «Козла» и отсалютовал другу.

- В завершении работы, хочется перейти к анализу отзывов:
«Гений монументальности, смелый, увлечённый делом, живущий на античных раскопках. А тут прям живой, влюблённый.»,
«Вспомнилось чьё-то утверждение, что в любви ищут, в том числе, смысл в существовании на грани небытия. Зачем это всё, если оно исчезнет, в том числе пресловутый «оставленный след», в котором некоторые находят смысл. Зачем, зачем, зачем. И точно так же встаёт вопрос о любви. Ведь останутся только камни на мостовой, дорогая.»
Слова читателей - знак успеха автора. Посыл услышан. Личность, которую автор представил, вызвала интерес, даже независимо от реальности самого Брунеллески, реальности ситуации... стихо цепляет размахом.

- Кстати. Сам Ветер стоит на позиции - «Цель же искусства, одна из целей - познание нового. Вот вы узнали новое для себя имя.», - очкастый высыпал в рот последние крошки и отряхнул руки, - Мне его «Кокто» до сих пор икается.

- Мы упустили...

- Да?

- Сковорода. Лексика: «Нету — просторечие. Нет такого слова.», так сказал один...

- Ваще не проблема. Там даже не просто «нету», а «коль нету», но не чешет абсолютно, потому что является речью господина Фелиппо, намеренно упрощённой. Он влюблённый дурак и болтает. Меня фразочка - Любому другому покажутся сном... - сказанная пророком, смущает. Чтобы говорить про «любого другого» должен быть показан тот, кто не «другой», то есть тот самый поц, которому смотреть на капеллы Флоренции и Римское золото в порядке вещей.

- «Беглый гуглинг не дал никакой толковой инфы о любовных похождениях нашего героя. Так что все совпадения случайны, собеседники выдуманы, ну и так далее» я бы, конечно, вынес в аннотацию, потому что, принимая во внимание щепетильность автора и реальность лг, в правдивость стихотворения вдвойне верится.

- Речь сократи, иначе балл снимут, - длинноволосый гитарист бережно убрал инструмент и сдёрнул покрывало с кровати. Спустя некоторое время комнату освещал лишь свет фонаря за окном, а на смену разговору пришли скрип кроватей и шорох одеял.

- Пофиг на сокращения. Не отчислят же.

Спустя некоторое время комнату освещал лишь свет фонаря за окном, а на смену разговору пришли шорох одеял и шёпот ночного города.

- Ветер не совсем прав.

- М-м-м-м...

- Вики пишет: "Филиппо Брунеллески родился в семье нотариуса, его мать была в родстве с родовитыми семействами. В детстве Филиппо, к которому должна была перейти юридическая практика отца, получил гуманитарное воспитание и лучшее по тому времени образование. Брунеллески воспринял идеалы гуманнистов, тоску по временам «своих предков» римлян, ненависть к варварам, уничтожившим римскую культуру, и к «памятникам этих варваров»"

- Забей. Эта биография может быть преувеличена в угоду гения. То, что Филлиппо нагружен условностями и обязательствами, упорот по архитектуре с детства, ещё не значит, что он не мечтал о любви и не спал с женщинами. Эпоха Возрождения начиналась.

- Не, он слишком хорош. Чтобы вот так отдаваться науке и искусству... а ведь у Филиппо в арсенале не только творческое начало, но в большей мере физико-математическое. "Филиппе был очень послушным, прилежным, робким и стыдливым, и в то же время честолюбив, когда нужно было чего-либо добиться." Он не только сам проектировал хрень, но и создавал машины, которые эту хрень строили и присутствовал на стройке. Думаешь, мечтая о любви, он бы отступил от своих чувств? Чувак жестил по жизни! Он вопреки порядку умудрился стать членом Шёлковой гильдии, вместо гильдии Мастеров по камню и дереву. Он "Имел склонность к шуткам и потехам, самый известный эпизод -когда он со своими друзьями разыграл знакомого по прозвищу Грассо ( Жирный), убедив того, будто Грассо превратился в совсем другого человека... розыгрыш длился несколько суток, за которые Грассо под чужим именем был заключён под стражу". "Бруннелески пытался изучить и спасти реликвии города, чем вызывал подозрение у населения. Он шифровал содержание своих записей, чтобы обезопасить их от использования другими", "В ответственный момент возведения купола архитектор сказался больным, а всех приходящих к нему за консультацией отправлял к своему сопернику, который потом был устранён", "методы Брунеллески воспринимались как нарушение «старых, добрых традиций» и порождали стихийную оппозицию".
Не могу вспомнить ни одного подобного гения, который бы относился к своей жене чуть лучше, чем к домработнице или секретарше.

- Ты говоришь про внешнее и условно достоверное. Подводить всех под один шаблон - не совсем верно, тем более что история знает другие примеры... Может Бруннелески, упоротый наукой и искусством, и уехал в Рим в двадцать лет, но пристроить пипиструнчик разрешалось уже с четырнадцати, а хотеть пристроить и того раньше. Вот об этом приступе безумного хотения любви молодым организмом Ветер и писал. И да, оно в один миг может перекрывать все другие чувства и стремления. Тут-то и появляется второй голос, пророческий, холодный.

Спи. Ещё одно слово и я задушу тебя подушкой.