Чудо-средство

Зелёнка кончилась.

Я не верю и терпеливо копаюсь в коробке с лекарствами. Откладываю в сторону толстую упаковку таблеток, перетянутую резинкой с рецептом. Пачку противопростудного. Ничего. Ещё же два флакона оставалось. Или нет? Когда я её видела? Нет, точно оставалась. Я много покупала в прошлый раз. Про запас.

Иду в ванную. На стеклянной полке расческа, перекись водорода, хлоргексидин, в зеркале моё опухшее бледное лицо, в немытых волосах седые пряди особенно заметны. Лезу в тумбочку под раковиной. Распотрошенная краска для волос. Золотистый блонд. Почему я её не выкинула? Достаю флакон, он ещё наполовину полон. Запихиваю обратно.

Что же делать? Что же теперь делать? Зелёнку воруют маленькие зелёные человечки. Это всем известно. Поэтому они и зелёные. Они прилетают с Альфа Центавра в поисках земных сокровищ. Но у них нет ничего, что они могли бы предложить взамен: ни денег, ни карточек, поэтому они не ходят в магазины, они прокрадываются в дома обычных людей и воруют зелёнку. Они просто несчастные маленькие человечки, которым в жизни нужно немного счастья.

Эту сказку мы сочиняли с Дашей. Наша любимая. И я всякий раз вспоминаю её, когда начинаю свои кружения по квартире в бесплодных поисках. И каждый раз верю в неё чуть сильнее. Ведь куда-то эта несчастная зелёнка постоянно девается.

Почему бы и не исчезает в маленьких загребущих инопланетных конечностях? Я уже ничему не удивлюсь. Но у меня, в отличие от зелёных человечков, есть деньги. И есть карточка. У меня нет времени, точнее его очень-очень мало, но аптека в соседнем доме. Я успею.

В Дашиной комнате тихо. Осторожно приоткрываю дверь и захожу. Останавливаюсь, невольно любуясь видом. Даша спит так спокойно, что даже дыхания не слышно. Присаживаюсь к кровати и провожу рукой по светлым гладким волосам. Улыбаюсь и шепчу:

– Я скоро приду. Потерпи немного.

В пальто на улице жарко, или я запыхалась от спешки. В аптеке лучше, работает кондиционер. Сегодня мой любимый продавец, приятная молодая женщина. Хороший знак. Хороший?

– Ой, извините. Зелёнки нет, – отвечает она на мою быструю просьбу.

– Как нет?

– Закончилась. Сейчас редко берут. Йод есть.

Качаю головой в панике. Йод не поможет, он тает, впитывается, выцветает бледно-жёлтыми пятнами. Сушит, ранит.

– Для ребёнка берёте? Возьмите лучше эту мазь. Очень хороший антисептик. Бесцветный, не пачкается.

Продолжаю трясти головой и бросаюсь к выходу. Нет, она не понимает. Это всё не то, это всё неправильно. Мне нужна зелёнка, обычная зелёнка.

Солнце на улице слепит в лицо, смотрю на наш дом. Даша там одна. Что же делать? Что же теперь делать?

У дома напротив на меня скалится ярко-красная вывеска супермаркета.

Я нахожу его через два ряда полок в хозяйственном отделе. Чувство облегчения выбивает скопившееся в теле напряжение. Руки дрожат от слабости, пока я стягиваю с держателя зеленые упаковки. Одна, вторая. Дальше начинается гигиеническая помада.

– Есть ещё? – спрашиваю толстую сотрудницу, проходящую мимо с важным видом.

– Всё, что есть, выставлено, – бросает она на ходу, даже не останавливаясь, не оглядываясь. Переваливается мимо, такая смешная в своей слишком тесной униформе. Такая безразлично жестокая.

Врёт. Но ругаться долго. Перевожу взгляд на свою добычу, два прямоугольника. Два маркера. Меньше, чем хотелось бы. Лучше, чем ничего.

Даша смотрит на меня невидящими глазами, когда я поднимаю её, помогаю усесться поудобнее. Рву упаковку маркеров, руки снова трясутся, но усилием воли я заставляю себя сосредоточиться.

Терпеливо рисую каждое пятнышко. Зелёные мазки расцветают на лице. Это поможет. Должно помочь.

– Знаешь, почему человечки воруют зелёнку? – тихо приговариваю я. Маркер удобнее, лучше ложится, только приходится давить сильнее. – Она им помогает. Лечит от всех болезней. Она же почти волшебная. Знаешь, почему не проводили тесты? Не доказывали эффективность. Всё они проводили, просто результаты засекретили. Чтобы никто не знал про это чудо-средство. Спрятали у всех на виду. Но я знаю. Потерпи, детка. Сейчас всё будет. Всё пройдёт.

Это сложно – выдержать ровный контур и пропорции, но практика сказывается. Зелёная рябь покрывает Дашино лицо, перетекает на шею, грудь, руки. Так красиво. Я целую Дашу в холодный лобик, укладываю непослушное тело обратно в кровать. Улыбаюсь и жду. Сейчас лекарство подействует, и Даша проснётся, прежняя и здоровая. Так уже было.

Когда Даша принесла ветрянку домой, было много шума. Сначала радость, что в ненавистный садик идти не надо, потом переживание, что милое личико разрисовали зелеными пятнами. Шустрая Даша нашла в кладовке карнавальную маску, оставшуюся с Нового года. И полдня из-за шторы торчало только круглое мышиное ушко и раздавалось обиженное сопение.

– Эй, хочешь, я расскажу один секрет? – спросила я, садясь в кресло рядом с окном. Сопение стало напряженнее, но активных возражений не последовало, и я решилась продолжить: – На самом деле зелёнка – это волшебное средство, лекарство от всех болезней. За ней на Землю прилетают даже инопланетяне с далёкой Альфа Центавра.

Из-за занавески показались уже два уха и любопытная серая мордочка между ними.

– А что они с ней делают?

– Боевой раскрас, похожий на твой, – продолжила я придумывать на ходу.

Потом мы искали пропавшую зелёнку и вороватых пришельцев.

А потом Даша поправилась, всё прошло. И сейчас всё пройдёт.

Если только снова не придут наглые воры.

Звон в ушах не утихает, продолжает раздражать, пока я не понимаю, что это звонят в дверь. На похитителей не похоже, они приходят тайно под покровом ночи. Их не видно и не слышно.

У матери круги под глазами, морщины на лице, кажется, стали глубже.

– Мама? – удивляюсь я. – А ты зачем приехала?

– Рита, я тебе звоню второй день, а ты не отвечаешь. Что случилось? Рита. Опять?

– Что опять?

Я жалею, что открыла дверь, что впустила мать. Я испуганно пячусь в комнату. Зелёные пятна на подушке, на кровати, на бежевом линолеуме, на моих руках. Посередине кровати лежит измазанная зелёнкой большая кукла. Длинные волосы, золотистые, точно такие же, как были у Даши. Нет, это же и есть Даша.

Трясу головой, но это не помогает. Мысли путаются. Мама оставляет сумку в прихожей, быстро подходит ко мне с обеспокоенным лицом. Она заглядывает в комнату, а потом обнимает меня, словно я опять маленькая девочка.

– Всё хорошо, всё будет хорошо.

– Нет, мама, не будет, – всхлипываю я. – У меня зелёнку снова украли. Я не смогла Даше помочь.

– Я тебе новую куплю и зелёнку, и Дашеньку.

– Мне не нужна другая. Мне нужна моя.

– Хорошо. Давно пора на кладбище сходить.

– Зачем на кладбище, мама? Мне её спасти надо, свою Дашу.

– Спасёшь ты её, обязательно спасёшь, – быстро говорит мать. – Отмоем твою Дашеньку. Она лучше прежнего станет. Я только сейчас. Подожди. Мне надо. Сейчас.

Мама выходит из комнаты, копается в сумке, пока не достаёт телефон. Я поворачиваюсь к кровати и улыбаюсь. Даша мирно спит, даже дыхания не слышно.