Скучная синяя книга

Дни без Жени стали какими-то бестолковыми. Словно каждое утро Тамара подходила к заветной двери и видела табличку «Технический перерыв». И непонятно, когда всё это кончится и чего ожидать, и вообще, надо ли — ждать? Она, по совету психолога и друзей, продолжала заниматься в этот «технический перерыв» своими делами: работала, бралась то за одно, то за другое — как это Жене так всё легко давалось? И где он находил время. Бесконечные созвоны, оперативки, перспективные разработки, франшизы, тендеры — Тамаре всё это виделось безумным аттракционом, а она хотела сесть в кафе, поесть мороженого и наблюдать за ярмарочной свистопляской издалека.

Тамара тряхнула головой и чуть не ударилась головой об дверцу книжного шкафа, который разбирала. Читал Женя много и запоем, когда Лена с Игорем были маленькие, именно он с книгой наперевес шёл в детскую и часами напролёт рассказывал про Винни-Пуха, Карлсона, Алису Селезнёву и Дядю Фёдора. Дети засыпали, а он всё читал…

Когда друзья знают о твоём хобби, вопрос о подарках не встаёт. Тамаре дарили камни со всего мира, Жене — книги. Как-то это странно: он коллекционировал живые истории, она — мёртвые. Так похоже на Женю, так похоже на неё.

От мыслей отвлёк телефонный звонок. Катя, по работе.

— Тамара Львовна, добрый день! Последняя кандидатура на позицию офис-менеджера нам не очень понравилась… Будете собеседовать?

— Катенька, привет. Нет, раз не понравилась, то давайте отказывать.

— Девочки спрашивают: вас сегодня в офис ждать?

Тамара окинула тоскливым взглядом ряды синих корешков, разделённые синими же камнями: бразильский авантюрин и забайкальский дюмортьерит.

— Нет. Сегодня дома дела.

После короткого прощания телефон умолк. Синий навевал тоску. Отсутствие Жени навевало тоску. Наверное, лучше бы книги раздать по друзьям и библиотекам. Понять бы, какие куда. Психолог советовала некоторое время отводить машинальным делам с чётким алгоритмом действий, чтобы «переключиться». Тамара же думала, что она только и делает, что переключается с одного на другое, совсем потеряв себя. Она уже ничего не понимала и совсем запуталась. То ли дело Женя…

Женя чётко понимал, чего он хочет и как этого добиться. Акулой малого бизнеса он не был, но дело своё знал хорошо: брал заказы только у госсектора или у крупного бизнеса, небольшие проекты внедрения или оптимизации, «пилотные» запуски импортозамещённого ПО. Что он умел, как никто другой — так это подбирать команду. Он брал и крутых столичных спецов, и местных студентов, и людей с других городов. На последнем этапе собеседования, после девочек из HR и самой Тамары, к собеседованию подключался Женя и первое, что спрашивал: «Расскажите, как мы можем помочь друг другу». И после этих слов происходила какая-то магия: кандидат или терялся и отклонял оферту, или с осторожным энтузиазмом обрисовывал взаимные выгоды. И оставался. И оставался надолго. И если уходил — то непременно с лёгким сердцем и приличным багажом новых знаний.

Сработал будильник, пора в магазин. Обычно Тамара заказывала на дом, но психолог — ох уж эта психолог! — предложила пару раз в неделю выбираться за покупками лично. Ладно, раз решила с книгами разобраться, то нужно закончить хотя бы с синими.

Кресло слева — для друзей, справа — для библиотеки. «Маленький Принц» налево, «Мэри Поппинс открывает дверь» направо, старый многотомник Лермонтова — туда же, «Сильлмариллион» налево, «Гарри Поттер и Орден феникса» направо, «Шифр» … Тамара задержала тоненькую книжку в руках. Названия она не помнила, но внешне невозможно было ни с чем перепутать: эту книгу Женя печатал на заказ, в единственном экземпляре. Маленькая, но эффектная: плотная мелованная бумага, кожаный переплёт, тиснение… Женя говорил, что этот рассказ в бумаге найти сложно, откопал где-то в соцсетях, у переводчиков-энтузиастов. Интересно, что в нём такого?

«Приехав по работе в Канда, Ядзима по обыкновению заглянул в букинистический магазин». Ну… так себе начало. Тамара неосознанно перескочила сразу на другой абзац.

«Когда-то у него был свой экземпляр этой книги», — прочла Тамара и с опаской отодвинула книгу подальше от себя, боялась закапать непрошенными слезами. Наверное, стоит отдать книгу в библиотеку. Да. Вряд ли кто-то из друзей такое будет читать. Женя часто сравнивал японскую литературу с озером: тихое спокойствие на поверхности и нечто тёмное на дне. Тамара находила такие пейзажи — и такие истории — просто скучными.

Скучно-скучно, цифры в столбик…

«Я буду на обычном месте. 5.07, 15:00».

О. как будто детектив?

«Листок сложен в четыре раза. Похоже на послание от любовницы».

Куча имён и событий, и так это скучно и буднично описано, что Тамара выхватывала только прописные буквы имён и названий: «Я» — это Ямада или Япония, «К» — это Камио или Китай, «Т» — Такако или Токио. Какая в сущности разница, где там сюжет, а?

«У него не имелось никаких конкретных доказательств, что записку написала Такако, и теперь, когда она ослепла, а Камио погиб, не было и смысла ворочать прошлое». Так… а зачем писать-то тогда, если не имеет значения? Ох уж эти писатели…

В ходе скучнейшего расследования герой выяснил, что любовные письма адресовала его собственная жена его же лучшему другу. «Камио мертв, Такако ослепла — один хранитель тайны потерял жизнь, другой — зрение, однако улика, выдающая их, не сгорела в пламени и через вора случайно попала в руки того, кто способен раскрыть секрет, — просто невероятно!». Тамара зевнула. Для кого-то, может, это и было невероятно, но только не для неё. Странно, как Жене могло понравиться нечто настолько скучное?

Абзац за абзацем, страница за страницей Тамара подобралась к финалу рассказа. «Ядзима с головой погрузился в расшифровку», — прочитала она и осталась в недоумении. Нет, конечно, открытые финалы не такая уж редкость, но тут закончилось совершенно ничем. Может, для японцев это и норма, но для Тамары — точно нет. И вот за это Женя отдал…, да чёрт его знает, во сколько ему обошлась эта книга! Тысяч десять, наверное, не меньше. Тамара вернулась к началу, чтобы посмотреть название типографии, но тут из книжки вылетела страничка. Ну вот, теперь даже в библиотеку не отдашь. Как так-то? Край страницы был оборван. Путём нехитрых проверок Тамара выяснила, что другой оторванной страницей оказалась последняя. Что же заставило Женю так варварски поступить с такой дорогой, любимой и желанной книгой? Неужели, плохой финал? Тамара хмыкнула и стала собираться в магазин.

Она купила несколько упаковок молока. Зачем? Почему бы и нет. Для здоровья полезно, вот. Так и скажет потом психологу.

На кассе почти не было очереди, только тоненькая девушка неуклюже доставала из кошелька одну карту за другой и неровно прикладывала к терминалу. Терпелива женщина за кассой раз за разом повторяла: «Отказ, недостаточно средств на карте», словно сама была говорящим терминалом. Девушка пролепетала несмелое «Извините» и полезла за мелочью.

— Давайте я оплачу, — нетерпеливо встряла в диалог Тамара. Не по доброте душевной, просто надоело это копошение.

Девушка вздрогнула, выронила мелочь и бумажку. Старую потрёпанную бумажку, сложенную в несколько раз. С номером Жени, им же и написанным. С таким знакомым нижним колонтитулом.

Это точно его номер. Это та самая последняя страница. Тамара сосредоточенно сощурилась и прочитала:

«Послания словно говорили ему, даруя утешение: «Мы теперь играем на небесах». Ему хотелось верить в это».

Что за чушь! Почему ей вздумалось это прочитать? Откуда Женин номер у незнакомой девушки? Почему он вырвал страницу из своей драгоценной, единственной в мире книги и отдал ей???

В глазах потемнело. Так странно, не чернота с лёгким оттенком красного, что-то… Тяжёлое. Вязкое. Синее.

В этой пульсирующей тёмно-синей мгле Тамара не заметила, как незнакомка ушла. После напоминания кассирши расплатилась за продукты, подхватила пакет и пошла домой. Возможно, перешла дорогу на красный, все цвета слились в один. Дома она кинула продукты у порога, обречённо всхлипнули тетрапаки с молоком. В кабинете стопки синих книг смотрели с жалостью и тоской. Они знали, чем закончилась история — из Жениной книги и из Жениной жизни, а Тамара совсем ничего не знала. Она спихнула стопку для библиотеки и, рухнув в кресло, разревелась. Из синей тоски её вытянул звонок. Не ей. Мужу.

Тамара, проглотив слёзы, со второго раза провела пальцем по экрану и поднесла телефон к уху.

— Здравствуйте, Евгений, — тихо, но очень быстро произнёс женский голос. Тот самый голос девушки из очереди в продуктовом. — Вы, наверное, меня не помните. Мы несколько лет назад вместе летели на самолёте в Челябинск. Я сидела рядом с вами и плакала, а вы вырвали из книги страницу и оставили свой номер. И сказали, что если у меня возникнут трудности, то можно позвонить. И…

Девушка шумно вдохнула, а Тамара задержала дыхание. Вот нахалка!

— И я сегодня вдруг нашла ваш номер, не знаю, сможете ли вы мне помочь… Мне… нужна работа. Вы говорили, что у вас компания. Что-то с технологиями связано, вы на презентацию какую-то ехали. Я могу в офисах убираться, могу…

— Это не Евгений, — оборвала её Тамара. — Он умер.

— Ой… Простите. Я… соболезную. Извините, я так не вовремя… — тихий голос истончился и грозился сорваться в плач.

— Всё нормально. Я его жена, — Тамара закусила губу, осознав, как сильно накрутила себя за такое короткое время. — Давайте подумаем, чем мы можем помочь друг другу. Нам как раз нужен офис-менеджер. Я вам в ватсап перешлю почту для резюме, только сегодня присылайте, ладно?

— Ла… ладно, — голос девушки звучал растеряно, но с едва уловимыми тёплыми нотками. — Вы сказали то же самое, что и ваш муж.

— Я знаю.

— Я в тот раз ему ничем не смогла помочь. И теперь мне немножко стыдно. А чем я могу помочь вам?

Взгляд сам собой упал на скучную синюю книжку.

— Тот листок, на котором мой муж написал свой телефон. Сбросьте мне фото с двух сторон. Только чтобы качество было хорошее.

Через пару минут Тамара сбросила почту отдела HR, а в ответ получила одно фото и приписку: «с обратной стороны пусто, только синяя страница». Тамара отправила короткое «ок» и отложила телефон. Книгу надо бы перечитать повнимательнее перед последней страницей. Может, не так уж скучны отношения этих «Я», «Т» и «К»? Может, не так уж бесцельно можно провести жизнь за время «технологического перерыва»?