Лимончик

Возможно, кто-то согласится, что события, о которых пойдёт речь, вполне могли произойти в небольшом городе. Кто-то справедливо возмутится обилием моментов, выбивающихся из очевидных правил и регламентов. Но всё-таки, не о технических и бюрократических нюансах сегодняшняя история…

* * *

—Опять эта двойка! — смеялись толпящиеся в ожидании своего маршрута люди, когда к остановке подъезжал небольшой лимонно-жёлтый автобус с выцветшей чернильной цифрой «2» за лобовым стеклом. Словно извиняясь, он что-то бормотал за решётчатой крышкой капота, а затем забавно поскрипывал парой дверей-гармошек и с тихим вздохом отправлялся дальше. Сергей Петрович, бессменный водитель этого чуда, так и называл его — Лимончик.

— Петрович, я долго буду тебя уговаривать? — кипятился на утренних планёрках директор автопарка, подкрепляя претензии активной жестикуляцией, и на то имелись причины. Сергей Петрович, отработавший много лет, да ещё и без единой аварии, категорически отказывался пересесть с доисторического транспорта в кабину новой комфортабельной машины с просторным салоном. Он настолько был привязан к своему любимцу, что и слышать не хотел о замене.

Да что говорить, тот работал как часы с того момента, когда Сергей Петрович впервые взобрался на новенькое дермантиновое сиденье и с восхищением положил руки на затянутый цветной оплёткой руль. А теперь к нему очень близко подкатилась пенсия, поэтому в автопарке всё же решили не противиться причудам упрямого водителя и оставить этот маршрут с единственным автобусом, чтобы затем отправить обоих с глаз подальше — одного на заслуженный отдых, а другого на металлолом. С последним пунктом Сергей Петрович не мог согласиться ни при каких обстоятельствах, поэтому твёрдо решил выкупить Лимончика, сколько бы это ни стоило.

После каждой смены он собственноручно мыл и чистил своего жёлтенького любимца, да и его ремонт считал своей привилегией. Конечно, в сложных случаях приходилось прибегать к помощи лучшего друга Лёхи, работавшего слесарем на машиностроительном заводе. Тот не упускал случая поиронизировать над забавным транспортным средством, но всегда помогал раздобыть какую-нибудь редкую деталь.

Для этого автобуса тоже находились пассажиры: тётя Клава, неторопливо путешествующая по городу в поисках скидок, или сбежавшие с уроков школьники, а как-то раз в салоне почти целый день провела влюблённая парочка. Молодой паренёк и девушка держались за руки и о чём-то перешёптывались, не позволяя себе никаких излишних вольностей, потому что Сергей Петрович искоса поглядывал на них в зеркало. При этом он загадочно улыбался, вспоминая, как в давно минувшие времена катал по вечернему городу свою будущую супругу Шурочку.

А иногда всё складывалось особенно удачно. Если сбивалось расписание, или несколько машин не выходили в рейс, жители города не отказывались и от услуг старенького автобуса. Тогда он с особенной гордостью передвигался по своему маршруту, аккуратно приседая на неровных участках дороги и стараясь порадовать пассажиров комфортной поездкой.

И вот однажды, направляясь в автопарк после рабочего дня, Сергей Петрович увидел, что по примыкающему полотну, набирая скорость, катится грузовой фургон. Судя по всему, он был неуправляемым — пересёк газон, игнорируя плавный поворот, и приближался к главной дороге. Проезжая часть оказалась свободна, но фургон, явно не собираясь поворачивать на полосу, летел наперерез, прямо в расположенный напротив сквер. По вечерам это место становилось особенно оживлённым, — вращались яркие аттракционы, открытые кафе под большими полосатыми зонтами заполнялись посетителями.

Сергей Петрович принял решение мгновенно — перегородил путь, затормозив перед носом разгулявшегося автомобиля. Запомнил он лишь невыносимый, оглушительный треск, а затем странный и долгий разворот в абсолютной тишине…

* * *

— У нас от журналистов отбоя нет. Смотри, Петрович, скоро и до тебя доберутся! — громко, на всю палату бубнил директор автопарка. Шурочка суетилась возле мужа, поправляя подушки и извлекая из сумок провизию. Лёха загадочно подмигивал, выкладывая на тумбочку вместе с фруктами небольшую бутылочку, на потрёпанной этикетке которой значилась надпись: «Ессентуки. Вода минеральная питьевая». Видимо, Шурочка была хорошо осведомлена о содержимом заветной ёмкости, поэтому так взглянула на Лёху, что тот поскорее спрятал «артефакт» обратно.

— Ничего, Серёга, не горюй. Главное, руки-ноги целы, а голову мы и сами потом поправим, — ободряюще заключил он, скромно присаживаясь на краешек кровати.

Происшествие всколыхнуло весь город. Оставленный без тормозов фургон остановился только после того, как влетел в жёлтенький бочок автобуса и отбросил его в бетонный столб. Сергей Петрович, чудом отделавшийся сломанными рёбрами и сотрясением мозга, стал героем новостных лент, а благодарные жители, отдыхавшие в тот вечер в сквере, несли ему подарки и угощения. Но сам виновник восторженной суеты оставался равнодушным к всеобщему вниманию и мог часами молча смотреть в окно. Все понимали причину, ведь Сергей Петрович лично видел фото с места событий в одном из репортажей и знал, что его Лимончик больше никогда не выйдет в рейс.

* * *

Ограничений по здоровью комиссия не выявила, но в отделе кадров Сергею Петровичу недвусмысленно намекнули о возможности досрочного выхода на пенсию. Он и сам больше не видел себя в качестве водителя, просто по-прежнему каждый день приходил в автопарк и медленно брёл по территории за мастерские. Там теперь печально ютился искорёженный Лимончик. Сергей Петрович тихо просил у него прощения и с тоской проводил рукой по продавленному корпусу, за которым раньше весело билось четырёхтактное бензиновое сердечко.

— У Петровича крыша совсем поехала, — сокрушались бывшие коллеги, глядя, как он разговаривает с грудой металлолома.

Каждую ночь ему снилось, что автобус катится вниз с высокого обрыва. Он резко просыпался, вскрикивая и размахивая руками, а затем бродил по квартире до самого утра. Закончилось это постановлением семейного совета — отправить Сергея Петровича в санаторий. Он долго возмущался, но, осознав, что сопротивление бесполезно, решил прежде уладить вопрос о покупке Лимончика.

Директор автопарка лишь махнул рукой:

—Петрович, да ты и правда не в себе. Думаешь, я деньги возьму? Поезжай, вылечись, отдохни. Привезу твою игрушку, когда гараж достроишь.

* * *

Перрон встречал вернувшегося Сергея Петровича ненастной погодой. Ночные кошмары больше не повторялись, но настроение так и застыло на нулевой отметке. Подбежавшая Шурочка тотчас же накинула на него тёплую куртку, и они направились к автобусной остановке.

Сергей Петрович окинул взглядом хмурую привокзальную площадь и вдруг замер от изумления. Из-за соседнего здания выезжал целый и невредимый Лимончик! Новая краска сияла, а хромированные детали светились даже при отсутствии солнца.

Сергей Петрович не мог вымолвить ни слова. Он выронил чемодан и лишь открывал рот как рыба, протягивая руки то к автобусу, то к улыбающейся Шурочке, как будто умоляя этими немыми жестами объяснить, как такое возможно.

Автобус остановился, а из кабины выпрыгнул довольный произведённым эффектом директор автопарка. В дверях показался Лёха:

— Добро пожаловать на борт! — гаркнул он с особым воодушевлением. Но Сергей Петрович уже прильнул к жёлтой мордочке воскресшего любимца, обнимая его, насколько хватало рук. Лимончик урчал доверчиво и добродушно, словно радуясь долгожданной встрече.

Во время отсутствия хозяина за судьбу автобуса развернулась упорная борьба. Благодаря внезапно открывшемуся таланту агитатора, Лёха подключил к масштабному ремонту свой заводской коллектив, многие люди переводили деньги, помогали в обустройстве салона.

Узнав об этом, растроганный Сергей Петрович полез в карман за платком.

­— Отставить панику, Петрович. Вот, держи, — директор вручил ему комплект новых ключей.

— Это что? — изумился тот.

— У тебя теперь персональный гараж в нашем автопарке.

— В автопарке? Я ведь пенсионер.

— Петрович, тут такое дело нарисовалось, народ требует вернуть тебя и твой автобус. Настоящую демонстрацию устроили. Мы с ребятами подумали и решили, что будет у нас праздничный ретро-маршрут. Ну, свадьба там, юбилей, выпускной у детишек — добро пожаловать. Да ты не дрейфь, ­— он хлопнул по плечу оторопевшего Сергея Петровича, — уже целая очередь выстроилась.

* * *

— Двойка, смотрите, наша двойка едет! — с особым теплом и радостью говорили жители города, встречая на улице лимонно-жёлтый автобус. За его лобовым стеклом красовалась похожая на сказочную птицу цифра «2», нарисованная в подарок учеником третьего класса Колей Ивановым, в окнах, украшенных гобеленовыми занавесками, мерцали винтажные светодиодные фонарики, а сам Лимончик тихо и размеренно мурлыкал свою любимую песенку.