Я хочу, чтобы ты полюбил Нью-Йорк...

0+
Автор:
Lalter45
Я хочу, чтобы ты полюбил Нью-Йорк...
Аннотация:
Написано для дуэли "Вавилон".
Текст:

- Мама, почему ты так любишь, когда мы приезжаем в Нью-Йорк навестить бабушку?

Мой сын смотрит на меня заинтересованными серыми глазами, и я пытаюсь придумать короткий ответ.

- Это самый живой город в мире. Я думала, Гонконг будет таким, но нет, это совсем не то. Там нет такого ритма - просто много народу. Когда я в Нью-Йорке, мне хочется бежать вприпрыжку.

Эрику всегда хочется так бежать, поэтому мой ответ ему недостаточен.

- Папа завтра занят, хочешь, я покажу тебе Нью-Йорк по-настоящему?

- Конечно! Гораздо лучше, чем сидеть в душной квартире с бабушкой! Она всё-равно не понимает ни слова!

- Но она всё-равно любит тебя больше всех на свете!

На следующее утро, Эрик встаёт и собирается с молниеносной быстротой.

- Что вы будете сегодня делать? - спрашивает его Джош за завтраком.

- Мама заставит меня полюбить Нью-Йорк. А как, не знаю.

- Только не тащи его в Метрополитен. А то он им там разобьёт какую-нибудь Венеру, и нам придётся объявить банкротство.

- У меня другие планы, дорогой мой. Приятного дня!

Мой муж ворчит и натягивает пиджак. Стоит Нью-Йоркское лето, и меньше всего в жизни ему хочется париться в этой жаре в шерстяном костюме. Но привычка есть привычка - на деловой ланч надо идти в костюме и в рубашке с галстуком.

- Вас подкинуть в Манхэттен?

- Нет, мы поедем по-своему.

- Ладно, до вечера!

Я легко целую его в свеже выбритую щёку, и мы с Эриком остаёмся одни.

- Мамуленька, не скучай, мы ненадолго! - ещё несколько поцелуев и прощальных слов моей маме, и мы свободны.

Мы выходим из дома и нас сразу же оглушает грохот проносящегося над нами поезда. Эрик морщится. Он терпеть не может надземные линии метро и мусор и вонь под ними. Мы вскарабкиваемся по крутым металлическим ступеням на площадку станции, где я с трудом перевожу дух - не то, что раньше. Мы в Бруклине, на конечной остановке Ф трэйна, и до Манхэттена кажется так же далеко, как до Парижа. Или до Луны. Хоть это и будний день, всё ещё можно найти свободное место, так что мы садимся на неудобную оранжевую скамейку и оглядываемся вокруг. Вагон наполняется «русскими», как нас всех здесь называют. Это могут быть и украинцы, и казахи, и евреи, но они все сливаются в одну массу: на них лежит печать общего прошлого и общего языка, говорят они на нём с акцентом, или без. Их можно отличить сразу: не улыбающиеся, серые лица, равнодушие к себе и к миру. Они делят вагон с подростками всех цветов, смеющимися, не отрывающимися от своих телефонов, болтающими с друзьями о школьных делах.

Мелькают остановки, и Эрик рассеянно смотрит в окно.

- Что это там блестит?

- Это солнце на шпиле собора. Старый итальянский район, Бенсонхёрст. Я здесь жила у подруги, в первые месяцы в Америке. Наша комната была на последнем этаже, мебели у нас не было, даже кроватей, поэтому спали на матрасах. Но из окна было видно статую Свободы. Вечерами, когда спадала жара, мы ходили гулять мимо домов мафиозо на Shore Drive, и представляли себе наше будущее. Где она сейчас? Ах, да, в Сиэтле.

Я теряюсь в воспоминаниях которые для моего сына ничего не значат.

- А мафиозо и сейчас там живут? - вот что, оказывается, его заинтересовало.

- Кто знает? Это Нью-Йорк. Люди приезжают со «старой родины» и селятся все рядом, среди знакомых и родственников, говорят на родном языке и едят привычную еду. Их дети учатся в американских школах и университетах, а потом покидают уютные районы, разъезжаются по всей стране. Их внуки не понимают языка бабушек и дедушек, и предпочитают лазанье суши. В опустевших домах селятся новоприбывшие. Нью-Йорк - это их прихожая в Америку.

Словно в ответ на мои слова, в вагон вливается толпа: слышны обрывки десятка языков, мелькают сари, хиджабы и чёрные лапсердаки. Линии Нью-Йоркского метро, артерии огромного города, по утрам вливающие тысячи людей в Манхэттен, а по вечерам выносящие их в Бруклин, Квинс, Бронкс.

Поезд ныряет под землю, потом опять выскакивает на поверхность, и я дергаю Эрика за руку:

- Вставай!

- Зачем?

- Сидя, ты ничего не увидишь!

Мы с трудом пробиваемся к окну. Если встать в определенном месте, и смотреть не отрываясь, то после остановки на Smith-Nine Street, рядом со шпилем собора, можно на несколько минут увидеть остров посреди залива и зелёную фигуру, с факелом в руке.

- Смотри, Эрик! Это статуя Свободы! Как на картинке!

День за днём, я тряслась в этом трэйне по дороге на скучную и тупую работу, мою первую американскую работу. И каждое утро, в бриллиантовых лучах солнца, и каждый вечер, в наступающих сумерках, я старалась встать вот так, у окна, и увидеть её. Воплощение моей Американской Мечты. Мечты, что я вырвусь из грязного, шумного, вонючего Бруклина в большой мир. В мир, где обитают люди, которые не пережили воину, революцию, раскулачивание, лагеря и аресты, ещё войну. Они счастливые, свободные и не задумываются над тем, что говорят. Я везде побываю и всё увижу! Моя жизнь не будет определена той страной, откуда я приехала, тем языком, на котором я говорю, или запиской в паспорте моих родителей. Моя жизнь будет такой, какой я сама её сделаю! И это обещание Америки тем, кто хочет его принять.

- Мама, как здорово! Мне нравится статуя Свободы!

Мой сын смотрит в окно, а я смотрю на него. В его крови перемешалась кровь выходцев из четырёх стран, а в его голосе отголоски пяти языков, но он смотрит на мир глазами американца. Он не понимает моих страхов и сомнений, пережитков «старой родины», как он почти не понимает моего родного языка. Он -живое воплощение моей Американской Мечты.

Статуя Свободы исчезает за домами, и с ней - дневной свет. Поезд опять уходит под землю. Через час, мы сидим на скамейке в Центральном Парке, и Эрик с удовольствием поглощает разноцветное мороженное. Лодочки с дистанционным управлением скользят по воде озерца, и ухоженные, весёлые дети, управляющие ими, счастливо визжат, когда их лодочки сталкиваются и переворачиваются.

- Ну что, тебе нравится Нью-Йорк?

- Да, мама, я люблю Нью-Йорк!

- Хорошо, теперь пошли в Метрополитен, и близко не подходи ни к каким Венерам!

+6
10:50
280
и Эрик с удовольствие поглощает разноцветное мороженное
нужно чуть подправить rosesmile
12:42
+2
Спасибо, сто раз прочитала и не заметила!
я только никак не пойму, почему американцы упорно называю Гекату, Свободой?
13:04
+1
kulturologia.ru/blogs/180520/46441/ Сначала не поняла. Для меня она «Lady Liberty»:
www.youtube.com/watch?v=5ZQl6XBo64M
Тк геката же хрестоматийная, так её греки изображали, а скульптор был масон, так что всё неспроста jokingly
13:50 (отредактировано)
+1
Не слышала раньше про Гекату, но всё может быть. Масоны, они везде пробрались… smile
14:23
+1
Хорошо.
15:06
Спасибо!
Загрузка...
Виктория Бравос №2

Другие публикации