Пенсия в стиле интро
День Одиночества
Автор:
Вик Октябрьский
Текст:
Сегодня, в свой восьмидесятый день рождения, я проснулся в большой белой кровати. Я люблю белый цвет, он холодит и успокаивает меня, потому что я здесь единственный источник тепла.
Рядом со мной много кошек, разного окраса и размера. Они просыпаются вместе со мной, тянутся, зевают, кто-то уходит, а некоторые спят дальше. Стены моей комнаты окрашены в темно-бордовый цвет, это цвет моего вчерашнего настроения, сегодня я другой, и после обеда стены перекрасят в другой цвет, в какой я еще не решил, но этот уже меня раздражает.
Дверь едва различима в бордовых тонах. Она сливается со стеной. Когда она распахивается, яркий желтый свет освещает комнату.
Заходит смуглая девушка латинской внешности, она одета в светлый шелковый халат, который подчеркивает ее округлые формы, пышные бедра и высокую грудь. У девушки крупные черты лица, ее сложно назвать красивой, но в ней есть какая-то волшебная привлекательность.
В руках она держит золотистый поднос. На подносе стоит творог в маленькой неглубокой тарелке и мед в чашке. Это мой завтрак.
Она садится на кровать рядом со мной, кладет поднос мне на колени и, пока я завтракаю, внимательно осматривает меня, осторожно трогает голову, плечи и спину, как будто ищет чего-то. Потом встает и осматривает стены, в одном месте что-то привлекает ее внимание, она ковыряет это место ногтем, кусок штукатурки отваливается, и в этом месте обнажается силуэт головы мужчины. Девушка поворачивается ко мне с вопросительным выражением лица, я отвечаю ей кивком.
К тому времени я заканчиваю с завтраком, девушка забирает поднос и исчезает за дверью. Я встаю с кровати, одеваюсь в свободные штаны и босиком отправляюсь в коридор. В коридоре стоит тумбочка, рядом стул, на стуле старый дисковый телефон, от которого выходит провод, который никуда не подключен. Подходит девушка, в руках у нее поднос, на подносе чашка с горячим кофе и маленький будильник. Она ставит будильник и кофе на тумбочку и уходит. Будильник показывает время без пяти девять.
Ровно в девять я втыкаю провод в розетку на стене, и телефон сразу начинает звонить, короткий гудок в три-четыре секунды, пауза и снова гудок. Я смотрю на телефон, не трогаю его, пью кофе маленькими глотками и погружаюсь в мысли. Через полчаса подходит девушка, садится рядом со мной, кладет одну руку мне на колено, другую - на трубку телефона, она смотрит мне прямо в глаза, но я не обращаю внимания и продолжаю пить кофе. Один раз я протягиваю руку к ручке телефона, держу ее, но не снимаю.
Каждый день в течение часа я даю возможность позвонить мне внешнему миру. В течение этого часа я ищу повод, чтобы взять трубку. Пока что повода не нашлось.
Потом я выдергиваю провод из розетки, девушка уходит, кофе в чашке заканчивается, я встаю и выхожу во двор. На меня накидывается свежий прохладный ветерок, он обволакивает, обдувает, играет со мной, как щенок, щекочет меня и пощипывает за бока. Тем временем я продвигаюсь к лесу. На границе меня встречают несколько собак, я слышал, как они лаяли издалека, а когда оказался рядом, они замолчали, завиляли хвостами и начали ластиться. Я погладил несколько собак, глубоко вздохнул и вошел в лес.
Собаки остались позади, ветер исчез, появился холод: лесной, дикий и хищный. Я чувствовал, как он изучает меня, ищет мои слабости и пытается проникнуть в меня, ослабить меня.
Он играет со мной, и эта игра без правил. Я отвечаю ему, внутри меня сильный жар, я сопротивляюсь, показываю слабость для виду и снова сопротивляюсь. Я впускаю холод внутрь и выгоняю его, я тоже игрок.
Я иду дальше сквозь лес, играя с ветром, листвой и всей природой. Впереди забрезжил свет, я выхожу на лужайку, передо мной стоит огромный мольберт в три человеческих роста, холст примерно пять на пять метров, рядом стоит длинная стремянка, с холста свисает кисть на веревке, под мольбертом несколько десятков ведер с краской разных цветов.
Я поднимаюсь по стремянке, беру кисть, отвязываю ее и спускаюсь к ведрам, чтобы обмакнуть кисть и приступить к картине. К тому времени солнце опускается и встает у меня за спиной. Идеальный желто-рыжий свет освещает опушку. Я пишу эту картину вне каких-либо временных или эмоциональных рамок, но я знаю точно: когда я ее закончу, закончится и мой путь.
я проснулся… я люблю… ибо я…
дверь едва… дверь сливается… сторону двери…
(в) пропущена
а глаза закрыты у героя?
к какому времени? К кивкам? Быстро поел, однако)
(в) пропущена
Потом
плохо
…
Три пледа
Оч по-сальвадоровски, мимо смысла, ни пришей. Кшыжылению.