"Не было бы счастья..."

                                                                                                                                                                                                                СУСАННА АРУТЮНЯН

                                                                                  АННА КАЗАРЯН

                                                                                  МАРИЯ КАЗАРЯН

                                                   НЕ БЫЛО БЫ СЧАСТЬЯ…

Появление на свет близнецов Софьи и Федора вызвало всеобщую радость. Дети были любимы, обласканы, ухожены. Жили они в дружной семье ‒ с отцом, инженером-конструктором, и матерью, ветеринаром. Близнецы были неразлучны. Сначала ‒ в детском саду, спортивной секции, потом ‒ в школе. И очень самостоятельны. Обстоятельства сложились так, что семья переехала в мегаполис, родители работали, а бабушки с дедушками проживали в других городах. Отец у них был военный. И благодаря ему дети были дисциплинированными. У них не было свободного времени. Учились они хорошо. Побеждали на олимпиадах: Федор – по математике и шахматам, Софья – по литературе и языку.

С самого детства в семье было четкое разграничение обязанностей. После работы мать в основном занималась хозяйством и водила детей в спортивную секцию: сначала ‒ по плаванию, потом и по фехтованию. Если отец возвращался с работы рано, то читал детям, учил их считать, решать задачи на логику. А если отец приходил поздно (а это бывало чаще), рано утром начиналась гимнастика ума. Выходные родители с детьми старались проводить на лоне природы. Иногда посещали культурные мероприятия.

У детей с шести лет была мечта ‒ иметь собаку. Этот вопрос периодически поднимался Федором. Соня поддерживала брата. Но дело не в том, что ей хотелось иметь собаку. Просто она всегда поддерживала Федора. Отец не возражал. Но мать категорически была против. И каждый раз, когда Федор об этом заговаривал, она, чтобы отвлечь внимание от собаки, дарила детям интерактивную игрушку. Так в семье появились Беззубик, Ферби и Зуммер.

Зуммер нравился Федору даже не как робот, а просто как обыкновенная игрушка-собака.

В соседнем подъезде жили две девочки: Таня и Маша. Тане на день рождения подарили шпица. Звали его Луна. Мама девочек, очень активная дама, организовывала конкурсы красоты для собак. Она решила спарить Луну с неоднократным победителем этих конкурсов. Девочкам эта затея не понравилась, и они старались отговорить маму от ее намерения. Попытались прибегнуть к помощи отца. Отец девочек поддержал. Но он часто ездил в командировки.

Наблюдая за собачьими историями в соседской квартире, Федор был не так расстроен из-за отсутствия собственной собаки. Ведь он мечтал об овчарке, которая стала бы ему настоящим другом. А тут шпиц, конкурс красоты… Вдруг бы и его мама заразилась подобной идеей. Очень она напоминала соседку. Лучше Зуммер.

К тому времени, когда детям уже надо было пойти в школу, они умели читать, писать и считать. И без дополнительных заданий отца им было бы скучно учиться в общеобразовательной школе. Однако в школе открыли экспериментальный класс с математическим уклоном. После четвертого класса по результатам контрольного тестирования туда зачислили и близнецов. И жизнь детей забила ключом: появилось много друзей, они ходили в школу, как на праздник. Учителя у них были превосходные. Большое внимание уделялось рассмотрению нестандартных ситуаций. Работать приходилось много, но им это было в радость. Таланты детей раскрылись полностью. Отсутствие родителей ими и не было замечено. В жизни Сони появился также и умный, внимательный Валентин. Одним словом, родная душа. Он не только смог завоевать ее сердце, но и засел в ее голове напрочь. Все ее мысли были о нем. А по ночам ей снились сказочные сны.

Жила-была в цветке маленькая принцесса Жасмин. Однажды проснулась принцесса и захотела слезть с цветка. Но видит, обвилась вокруг него ядовитая гадюка. И говорит ей: «Буду тебя здесь сторожить. А слезешь, съем!». Принцесса заплакала. Не знает, что делать. Минул день, два, три. Змей не слезает, а подползает к ней все ближе и ближе… Мимо этой поляны летел принц на стрекозе. И видит, подбирается к цветку гадюка. Взмахнул он саблей и отрубил змею голову. Взобрался принц на цветок, где жила принцесса, и попросил ее руки. Принцесса согласилась с радостью. Жили они долго и счастливо.

День за днем, сидя рядом с Валентином за одной партой, Соня чувствовала, что сон переплетается с явью.

Федору Валентин не нравился. Наблюдая со стороны, он замечал эгоистичность, заносчивость Валентина. Пару раз Федор пытался высказаться Соне по поводу ее друга. Но сестра была непреклонна. Поняв, что состояние влюбленности Сони никак не связано с Валентином, образ которого был придуман ею, Федор перестал серьезно относиться к увлечению сестры.

Так продолжалось два года. Но, видимо, счастье долго не длится. Колесо фортуны повернулось вспять. Отца назначили руководителем нового проекта, мать, не желая от него отставать, занялась политикой. Так что теперь все они виделись еще реже. И ничего бы не случилось, однако родителям захотелось поменять квартиру. И переехали они в новую пятикомнатную квартиру современной планировки в элитном доме в самом центре города. Пришлось менять и школу детям: далеко добираться. Напрасно родители убеждали детей в том, что новая школа ни в чем не уступает старой, а по многим параметрам даже превосходит.

– Мама, ты сама веришь в то, что говоришь? – парировала Соня.

– Чему быть, того не миновать. Ваша школа – лучшая в этом районе. Не извольте пререкаться, а примите как данность.

– Мама, мы не хотим посещать эту школу. Может, она и неплохая, но старая – гораздо лучше. Там лучше учителя, ученики. Все наши друзья там.

– У вас новые появятся друзья. И в этой школе математический класс.

– Кто-нибудь нас спросил, хотим ли мы переезжать в новую квартиру? Никто с нашими интересами не посчитался, – сказала Соня.

– Чем вы недовольны? У вас у каждого своя комната. Не об этом ли вы мечтали? – привела новый аргумент мама.

– Зачем нам отдельная комната, если некого пригласить к себе в гости? – возразила Соня.

– А ты почему молчишь, Федор? – обратилась она к брату.

– Напрасно. Напрасны все наши усилия. Наши усилия напрасны. Наша мама увлечена политикой, – ответил Федор.

– Папа бы никогда с нами так не поступил, – продолжила Соня.

– Где ваш отец? Находится, как всегда долго, в командировке.

– Почему тогда ты не согласилась, чтобы мы все вместе переехали к отцу? Раньше ты говорила, что не хочешь менять местожительство, школу. Что теперь?

– У меня работа. Я не могу ее бросить.

– Вот как!.. Вспомни жен декабристов, – съязвила Соня.

– Это былое, в литературе, – не унимался Федор.

– Конечно, тебе проще бросить отца.

– Софья! Не испытывай моего терпения… Он нас бросил, согласившись на эту работу, – сказала мама и покинула комнату, хлопнув дверью.

– Да, Федор, ты прав. Спорить бесполезно. Нужны радикальные меры, – сказала Соня, оставшись наедине с братом.

И настали тяжелые дни. Соня и Федор «не вписывались» в интерьер элитной школы, которая предполагала элитный dress-code, элитные аксессуары. Детей привозили в школу на элитных машинах, учителя пытались соответствовать элитным ученикам. Близнецам не было интересно в школе. Они скучали по своим друзьям. Сначала они еще общались. Но большие расстояния и нехватка времени сводили на нет и виртуальное общение. Особенно страдала Соня. Разлука с Валентином давалась ей нелегко. Она часто плакала по ночам. Изменилась и мелодия сна.

Жила-была принцесса

В глубине и чаще леса,

В цветке она росла,

Цветы росли в воде.

Но тут пришло несчастье,

Настоящее ненастье.

Приползла к ней вдруг змеючка,

Вредная вонючка.

Принцессу съесть хотела.

Но, в общем, не успела.

К ней, как во сне,

Принц летел на стрекозе.

Взмахнул он саблей –

Бум и бам. И остался стыд и срам

От головы змеиной.

Взобрался он к принцессе

Руки ее просить.

Та согласилась…

– Давай сегодня прогуляем школу, – на рассвете предложила Соня.

– Согласен, – сказал Федор. – Только где мы проведем весь день?

– Поедем в нашу школу.

– А как мы объясним наше появление там?

– Скажем, что в новой школе карантин. А нам очень хочется учиться, – придумала Соня.

– Быть может, – одобрил идею Федор.

Они, окрыленные, явились в школу: Федор – с надеждой общения с друзьями, Соня – с неуемным желанием встречи с Валентином.

Лариса Васильевна и ребята были рады близнецам. Словно не было разлуки. Федор даже побывал у доски со своим нестандартным методом решения задачи.

В лабораторию по физике их не пропустили. Учитель близнецов не знал и объявил, что в класс посторонним вход запрещен. Ребята расстроились, но ничего не могли поделать. Пришлось... Равнодушие Валентина расстроило Соню больше всего. Из-за того, что он не заступился за нее. Был холоден и увлечен Светой, которая глаз с него не сводила. Покинув школу, они вернулись домой.

Соня была раздавлена, сломлена.

Вечером мать спрашивала об оценках, об уроках.

Оставшись с братом наедине, Соня с горечью заметила:

– Как равнодушно она спросила. Когда в последний раз ее это интересовало?

– Она мать. Она чувствует, – ответил Федор.

Следующий день ребята провели в кино. Смотрели все подряд. На третий день запланировали прогулку в парке. Истратив на аттракционы все свои сбережения, они вернулись домой замерзшие и голодные.

И так две недели. Близнецам и самим не нравилось бесцельное существование. Однако болото засасывает. И каждый день, шатаясь по улицам, они словно становились частью самих улиц.

– Соня, вернемся в школу, – предложил Федор.

Эта затея с самого начала была ему не по душе. Но он не мог отказать Соне. Сестра много значила для него. И он чувствовал, что с ним ли, без него ли, она все равно прогуляет школу. А он не мог бросить ее одну и предать не мог, рассказав обо всем родителям. Он понимал, что Соне нужно выпустить пар. Но он также понимал, что процесс этот слишком затянулся, был опасен и мог стать необратимым.

– Зачем надо было ее прогуливать? Чтобы вот так спокойно вернуться?

– Соня, чего ты добиваешься?

– Я не могу притворяться, что все в порядке. Хочу, чтобы со мной считались. Им так удобно! Подумай только, Федор, мы не были в школе пятнадцать дней. И никому нет до нас дела: ни родителям, ни классному руководителю, ни учителям. И это случилось не вчера. В нашей жизни ничего не происходит. Ты заметил, мы перестали разговаривать, принимать гостей, ходить куда-то всей семьей. Мама всегда уставшая, папе некогда. Даже его ежедневные телефонные разговоры с нами, скорее, для успокоения совести. И вот так можно прожить всю жизнь…

– Соня, папа в командировке, а мама… Ей тоже иногда надо отдыхать.

– От кого отдыхать, Федор? От нас? Зачем тогда она нас родила?

– Я не могу, я не хочу. Постоянно «я». Чем сейчас ты отличаешься от мамы? – возмутился Федор.

– В смысле?

– Ты влюблена в Валентина, мама – в работу.

– По ее милости у меня не будет Валентина, – выпалила Соня.

– А у нее – работы, – сказал Федор, добавив:

– Таких Валентинов у тебя в жизни будет еще…

– Но у нее есть мы.

– Разве?... – засомневался Федор.

– Ты такой же, как и они, – не успокаивалась Соня.

– Это какой же такой?

– Рациональный.

– Я лишь пытаюсь рассуждать здраво.

– Именно. Это потому, что ты никого не любил.

Соня долго гневаться не умела. Она, конечно, понимала, что злоупотребляет терпением брата, но ее угнетало состояние безысходности.

– Федор, ты думаешь, они разведутся?

«Вот, оказывается, что тебя мучает, Соня». И ответил сестре:

– Все к этому идет.

«Похоже, и Федора это гложет», – подумала Соня.

– Им надо родить ребенка! – первым прервал паузу Федор.

– Что?!

– Вообрази, Соня, у нас появится брат или сестра.

– Тебе этого хочется?

– Отчего нет? Но в данном случае важно не то, что хочу я. А то, что это вновь сплотит нашу семью. Мама всю свою неуемную энергию направит на ребенка.

– Сладость власти она уже вкусила. Разве она откажется от своих амбиций? Появится няня. Да и помощница. Тебе хочется посторонних в доме? А еще хуже – все эти обязанности возложат на нас.

– В любом случае нужно попробовать что-то изменить.

– Гениально, Федор! Завтра же займусь этим, – словно очнувшись от оцепенения, произнесла Соня.

– Наконец-то, узнаю свою сестру. Такой ты мне больше нравишься.

– Поехали к отцу.

– Как ты себе это представляешь? У нас нет денег.

– Федор, до каникул осталась неделя. Нас она не спасет. Но семью – может. Что же касается денег, мы продадим монеты.

С самого рождения близнецам каждый год на день рождения бабушка дарила коллекционные монеты.

– Соня, кому мы их продадим?

– Я знаю, кто нам поможет.

– А как мы купим билеты на самолет?

– Да, это сложнее. Хотя… помнишь, Елена Васильевна собиралась к мужу? Она может взять нас с собой.

– Но она все расскажет маме.

– Мы скажем, что мама сейчас в командировке и потому попросила взять нас к отцу.

– Она не поверит.

– Поверит, Федор.

– Хитро.

– Потому и сработает. Доверься мне, Федор, и мы скоро встретимся с отцом. Обещаю.

На следующий день Соня навестила Елену Васильевну, соседку по старой квартире, муж которой служил с отцом близнецов. Елена Васильевна преподавала в вузе. И у нее был свободный от занятий день. Она обрадовалась Соне. Своих детей у них с мужем не было, так что к близнецам она испытывала особые чувства. Елена Васильевна согласилась помочь. При этом ее все же несколько удивило, что с подобной просьбой к ней обращается не Людмила Александровна. Но Соне не стоило особого труда убедить ее в том, что маму срочно послали в командировку. И именно поэтому она не смогла лично попросить Елену Васильевну об одолжении.

– Федор, мы летим завтра утром! – сказала Соня и показала билеты на самолет.

– Как тебе это удалось?

– Я продала монеты. А билеты купила Елена Васильевна.

– Но кому?

– Помнишь нашего соседа, антиквара?

– Как не помнить? Все соседи обсуждали его махинации.

– Это мне и помогло.

– Не хочешь же ты сказать, что прибегла к шантажу.

– Увы, мне не оставили иного выхода.

– Софья, твою бы энергию – да в мирных целях.

– Федор, наш мир рушится. А мои цели… они самые мирные: мы спасаем свою семью.

Накануне отъезда Федор предложил оставить записку маме, чтобы она не волновалась. Но Соня воспротивилась. Она боялась, вдруг что-то пойдет не так. И мама помешает им увидеться с отцом.

– Позвоним от папы, – сказала Соня. – В конце концов, несколько часов ничего не решают.

Ровно в полдень, когда близнецы с Еленой Васильевной направлялись в аэропорт, в кабинете Людмилы Александровны зазвонил телефон.

– Добрый день, Людмила Александровна, – раздался в трубке заискивающий голос Натальи Сергеевны, классного руководителя близнецов, – простите, что беспокою Вас. Ваши дети, конечно, очень хорошо учатся. Поэтому, разумеется, нет никаких проблем в том, что они так долго отсутствуют. Но хотелось бы все же знать, чем они болеют?

– Как отсутствуют? – встревожилась Людмила Александровна.

– Более двух недель, – виновато ответила Наталья Сергеевна.

– И Вы только сейчас спохватились?!

Шквал эмоций и мыслей обрушился на Людмилу Александровну: «Где все это время были дети? И как такое вообще могло с ними произойти?».

Она стала набирать Федору, потом – Соне. Абоненты были недоступны. Вернувшись домой, Людмила Александровна не застала близнецов. Впервые в жизни она пребывала в такой растерянности. Ожидание было мучительно долгим. Каждые пять минут она набирала детям. Безрезультатно. Решив, что ждать бесполезно, она позвонила мужу.

Вадим Алексеевич выслушал жену и попытался успокоить:

– Может, они в кино, в кафе или еще где-то с друзьями, а телефоны разрядились. Вернутся.

И добавил:

– Люся, не переживай, это же наши дети. Они не пропадут.

Положив трубку, Вадим Алексеевич вызвал к себе начальника службы безопасности и изложил ему проблему: неизвестно, где и чем занимались дети последние две недели, а сегодня – исчезли.

Исходя из характера своей работы, Вадим Алексеевич не мог избавиться от нехороших мыслей. И они уже полностью завладели им, когда в кабинет вошел Станислав Николаевич, в приподнятом настроении, и предложил:

– Вадим Алексеевич, может, вместе поедем?

– Куда поедем?

– Встречать наших.

Заметив недоумение на лице начальника, он продолжил:

– Вадим Алексеевич, ты заработался совсем. Сегодня твои дети и моя Ленка прилетают.

От неожиданности Вадим Алексеевич даже присел.

– Неужели решили сделать тебе сюрприз? Вот молодцы!

Встретив детей и выслушав их рассказ о произошедшем, Вадим Алексеевич сообщил Людмиле Александровне, что дети нашлись и находятся с ним. Всю дорогу из аэропорта ехали молча. Разговор не клеился. Эмоции переполняли Вадима Алексеевича. Он с трудом их сдерживал. Но близнецы целы и невредимы. И это – главное.

Ситуацию он оценивал довольно трезво и свою вину осознавал полностью. Но и детей слегка побранил:

– Ну, с женщинами все ясно! А ты, Федор?! Ты как такое допустил?

Федор молчал. Это еще больше выводило отца из себя.

И родители решили: пусть дети пока останутся с отцом.

х х х

Море. Совершенно иной мир.

Здесь на закате солнца, созерцая морскую гладь, Соня в тиши уединения словно наслаждалась забытьем.

А Федор… Строил рядом замки на песке, удил рыбу.

Они познакомились на побережье: Соня и морской лев. У Чипа (так Соня назвала морского льва) был поврежден плавник. Он отбился от своей семьи и оказался в гавани, где они с Федором коротали время. А семья проживала неподалеку, на острове. «Совсем, как мы», – не смогла удержаться от аналогии Соня. Люди боялись, потому и сторонились морских львов. Но это был детеныш. Он полюбил Соню. И не дал бы ее в обиду. Они подружились. Федор посоветовал показать Чипа отцу. Но им никак не удавалось сделать это. Вечером отец приходил, когда близнецы уже спали, утром уходил, когда они еще спали. А днем он все время был рядом, но на работе. Когда близнецы, наконец, рассказали о морском льве, отец плохо воспринял их дружбу. Он, как и все, считал, что это опасно. Однажды он прогуливался по побережью и увидел, как Чип набросился на Соню. Испугался за нее и запретил ей плавать в гавани. Между тем они просто обнимались.

– Морская львица… даже она повела себя мудрее, – возмутилась Соня.

Морская львица наблюдала, как ее детеныш подплывал к Соне, та кормила его рыбой, и они играли. Она разрешала детенышу общаться и даже одобряла его.

С берега был виден остров, на котором жили морские львы. Они не заплывали к людям. Встрече людей с морскими львами препятствовали рифы. А детеныш, несмотря на поврежденный плавник, перепрыгивал через рифы или заплывал под рифы.

Соне сложно было выносить немые сцены встреч с Чипом. Он бил плавником об воду, привлекая внимание, приглашал поплавать вместе. И не понимал Соню, которая, казалось, безучастно смотрела на него с берега.

А Соня тем временем страдала не меньше льва. И даже Федор не мог успокоить ее. Она продержалась три дня. На четвертые сутки ночью Соня сбежала из дому и направилась к лагуне. Чип ждал ее. «Вот это преданность!», – подумала Соня. Перед глазами встала картина предательства Валентина. И в этот миг Соня легко стерла все воспоминания о нем и поплыла навстречу другу. Встреча была восторженной. Как только страсти улеглись, Соня взобралась на спину морского льва, и они поплыли к острову, где обитало его семейство. Столько дней прошло, но Соня впервые дышала полной грудью.

Федора мучили кошмары. Из глубин сна Соня звала его. Он вскочил в холодном поту. Сестры не было. «Соня, ты где? Что ты надумала?». Ответ был очевиден. И он пошел к гавани.

Лунная симфония, черная ночь. К острову бесшумно приближалась группа браконьеров. Морские львы спали спокойно. Раздались выстрелы. Бойня животных началась. Соня оказалась на линии огня, и, если б не детеныш... Чип заслонил ее собой. И он, маленький, раненый, с одним плавником, доставил ее, раненую, в лагуну.

Услышав стрельбу, Федор бросился в воду.

Между тем детеныш громко кричал и звал на помощь:

– У-у-у.

Соню спас Федор, и береговая охрана вовремя подоспела.

Заметив брата, Соня потеряла сознание и пошла ко дну.

Ее доставили в больницу. Она истекала кровью и почти была без сознания. У нее была редкая группа крови, и донором стал Федор. Операция прошла удачно.

В реанимации, открыв глаза, Соня увидела брата, спящего на каталке, рядом, и родителей, дежуривших у её постели. Впервые за долгие месяцы она улыбнулась, подумав: «Это идиллия на всю оставшуюся жизнь». И тут же спросила: «Что с Чипом?». Оказалось, мама-ветеринар сама ухаживала за морским львом. Он уже почти был здоров, и проблемы с плавником были устранены. Как только Соня встала на ноги, они первым делом отправились в лагуну. Детеныш плавал в своей акватории. Увидев Соню, он приветствовал ее восторженными криками.

Соня светилась от счастья. Семья воссоединилась, она обрела друга. Браконьеров схватили. Они будут сурово наказаны. Однако нужно время, чтобы морские львы стали доверять людям, чтобы люди могли подплывать к ним, кормить и, таким образом, не только мирно сосуществовать, но и дружить. В этом им поможет мама. И это будет ее новой работой.