Легенда у костра

Присаживайся у костра, маленький путник. Ты, должно быть, искал меня, верно? Знаешь, мне давно не доводилось ни с кем разговаривать, и я очень рад нашей с тобой встрече.

Меня зовут Рассказчиком. В этом волшебном лесу я рассказываю заплутавшим путникам истории(не без гордости замечу, что для кого-то эти истории становятся путеводным светом), которые доводилось наблюдать небесам, солнцу, луне и звёздам.

Звёзды…точно! Сегодня они светят особенно ярко. Маленькие такие, а всё же…

Ты только глянь на этот ненасытный огонь, потрескивающий хворостом! Как ему нравится жевать сухие ветки. Помню, я пробовал как-то кормить его шоколадом, а он – надо же – не захотел. Вот ведь привереда! Я бы рассказал тебе много-много историй про этого обжору, но кажется мне, что это не то, что ты ищешь.

Я слышу тихий шёпот твоего сердца. Он похож на то, как шепчет ночной ветер, убаюкивающий цветы и облака. Думаю, я знаю, какую историю тебе рассказать. Эта легенда очень старая. О ней помнят лишь звёзды да я.

Погляди, мой друг, на небо. Над нами сейчас самое любимое моё созвездие – созвездие Ткача. Спросишь, к чему это я о нём заговорил? Так дело в том, что в этой истории Ткач – лицо очень и очень важное! Не было бы Ткача, никогда бы не было в нашем мире Весны, и никогда бы не было в нашем мире любви…

Так вот, друг мой, слушай…

Произошло это во времена очень давние. Настолько давние, что даже летопись этого не помнит, и ни один учебник истории о тех годах тебе не расскажет. Царствовала тогда вечная зима, холодная и жестокая. Это была эпоха, принадлежащая неразрушимым льдам и нескончаемым снегам. Люди, что жили в ту эпоху, едва ли отличались от ледяных статуй. Хотя справедливости ради стоит сказать, что отличие между ними всё же было. Люди были живыми, а статуи – нет. Проклятье вдыхало в людей эту жизнь. Жизнь, что хуже всякого проклятия.

Злые духи, приходящие со снежными бурями, насылали на людей ужасную болезнь, прозванную Холодом. И от этой болезни не было спасения. Она беспощадно убивала человека, проникая в его сердце, будто яд, и медленно и мучительно превращая его в лёд. С каждым годом людей становилось всё меньше и меньше. Было ясно, что всё человечество обречено на верную гибель.

Но был ли толк в жизни всего навсего оживших ледяных статуй? В чём был смысл такой жизни?

Именно этими вопросами зачастую и задавался Ткач. Это был простой человек, работавший в ателье на окраине маленького городка, судьбой которого было неминуемое погребение в снегах. Ткач с тоской наблюдал за постепенным угасанием мира и иногда задавался вопросом: «А может ли погибнуть то, что уже находится в холодных объятиях смерти?». Думая над этим, он смотрел на небо, которое будто бы было покрыто ледяной коркой.

«Люди похожи на облака, – размышлял Ткач. – Они бесцельно плывут по холодным небесам за горизонт, в неизвестность. Так глупо».

Однажды Ткач отнёс одному из своих клиентов заказ, над которым он работал последнюю неделю. Окончательно разобравшись с этим делом, юноша решил немного прогуляться, потому что всю эту неделю он безвылазно занимался работой. В тот день, на удивление, стояла довольно мирная погода: на город давно не нападали бури, и снег на улицах уже успели прибрать, тускло светило больное солнце и к тому же было не так холодно.

И тут совершенно внезапно он услышал престраннейшие звуки… Они сливались воедино друг с другом, создавая нечто совершенно волшебное. Ткач бы ни за что не смог описать их, потому что ранее ему не доводилось слышать ничего подобного.

Словно зачарованный, он отправился по следу таинственной мелодии и наткнулся на прекрасную девушку, играющую на флейте. Она была так очаровательна, что Ткач мысленно окрестил таинственную незнакомку ангелом. Златокудрый ангел, чей свет был мягче и теплее солнца. Её глаза своей голубизной напоминали чистые, безоблачные небеса. Казалось, что и они лучились солнцем. Веер золоченых ресниц бросал мягкие, густые тени на её нежное белое лицо. Стоя посреди открытого поля, она казалась маленькой и хрупкой, но Ткач почему-то ощутил перед этой девушкой благоговейное волнение, словно она действительно была божеством.

Заметив Ткача, милая девушка убрала флейту. Она не испугалась незнакомца и только очень ласково улыбнулась ему, отчего сердце юноши внезапно взволновалось и забилось быстрее.

– Что это у вас такое? – глупо осведомился Ткач и нерешительно подошёл к девушке, что неподвижно стояла перед ним, будто вырезанная из драгоценного камня статуэтка.

– Флейта, – ответила она. И голос её был так же прекрасен, как и те звуки, что исходили от её инструмента. – Это флейта, – тут же повторила она.

Ткач почувствовал себя ещё более глупым и нелепым.

– А эти звуки…эти необычные звуки. Что же это было такое?

– О, – с пониманием отозвалась красавица. – Это была музыка.

Она с тоской посмотрела на своего собеседника, и юноша испугался, что мог обидеть её этим глупым вопросом.

– Вы не поймите меня неправильно…мне стало очень любопытно. Знаете, я никогда не слышал ничего подобного. Расскажите мне, что же такое – музыка?

Тут красавица растерялась и начала озираться по сторонам, будто на этом бескрайнем окоёме мог найтись ответ. Она очень долго молчала, прежде чем наконец ответить:

– Музыка – это то, что рождается отсюда…– и указала рукой на свою грудь, прямо туда, где билось сердце.

Видя выражение полного недоумения на лице своего собеседника, она невольно рассмеялась, но тут же снова задумалась.

– У каждого человека в сердце звучит своя музыка. Однако не каждый может её услышать. Я вот слышу эту музыку и хочу поделиться ею с небом.

Ткач приложил руку к груди и с усердием постарался прислушаться к себе, однако по какой-то причине ничего не расслышал. Неужели это от того, что он очень глупый?

Видя рассеянность на лице юноши, красавица поспешила его утешить:

– Услышать свою мелодию непросто. Потребуется какое-то время, чтобы хорошо её расслышать. У тебя всё непременно получится!

И эти слова действительно утешили Ткача. Он ответил девушке той же доброй улыбкой, но она вышла очень робкой. Почему же он так трепетал перед этим златокудрым ангелом?

– Меня зовут Ткач, – представился он, прерывая внезапно воцарившееся между ними неловкое молчание.

– Рада знакомству! Я – Весна.

– Весна, – глухим эхом отозвался Ткач, будто жаждая распробовать это красивое имя на вкус. Нежно…

– А мы увидимся ещё? Я бы хотела увидеться с тобой ещё! Давай встретимся завтра здесь же, и я сыграю для тебя?

Ткач, конечно же, ответил ей непоколебимым согласием.

Юноше было так тепло, как не было никогда ранее. Он ещё не испытывал таких странных чувств. Тем вечером он сгорал от нетерпеливого желания увидеть златокудрую Весну и вновь услышать ту волшебную музыку, что рождалась в её сердце…

Однако чудесный день был омрачён приходом зловещей бури. В доме было слышно, как сильно завывало за окном. То смеялись пришедшие с бурей злосчастные духи. В груди Ткача зародилась внезапная тревога. Отчего же? Разве за все эти годы он не должен был привыкнуть к многочисленным набегам жестоких демонов?

Всю ночь напролёт бушевала буря, и стихла она только к утру. Впервые Ткач спал очень неспокойно, однако, проснувшись на утро, он отбросил тревогу, уступая место радости от предстоящей встречи с Весной.

Но стоило ему в тот день увидеть своего златокудрого ангела, как тревога вновь взбушевалась в его груди. Весна была болезненно бледна, и глубокие её глаза перестали сиять. Ткачу показалось, что девушка будто бы покрылась инеем.

Её настигла та самая болезнь, от которой не было спасения.

Та самая болезнь, которая убивала жестоко и беспощадно.

Злые духи избрали эту милую девушку своей жертвой и поселили в её сердце ужасный яд – разъедающий душу Холод.

Глядя на неё, Ткач не мог сказать ни слова. Почему-то ему стало так больно и так тошно, что уголки глаз раскраснелись и увлажнились. Почему? Почему именно Весна? Она же такая…хорошая…

– Я пообещала, что сыграю тебе, – с внезапной улыбкой сказала она, и только тогда Ткач заметил, что красавица держит в руках свой волшебный инструмент – флейту.

Юноше нечего было ответить.

Раньше он никогда не задумывался о тех людях, что заболевали Холодом. Ему никогда не было до них дела. Всем было давно известно, что человечество обречено погибнуть.

Но эта милая Весна…разве заслужила она смерти?

Каждый день он виделся с Весной, и каждый день она играла для него свою волшебную мелодию. Каждый день она становилась всё бледнее, и силы медленно покидали её. Ткач испытывал боль от осознания собственной беспомощности. Он ничем не мог помочь этой девушке.

Однажды, придя на место их с Ткачом встречи, Весна обессилевшим голосом прошептала:

– Как странно…я больше не слышу музыки.

Тогда Ткача настигло ужасное осознание – она умирает. Она действительно умирает…

Эта девушка заставила биться его сердце. А теперь её собственное должно было навсегда обратиться льдом.

Юноша знал, что он должен что-то сделать. Он был обязан помочь этой девушке. Обязан был вылечить её. Обязан был найти лекарство, найти спасение.

Как-то, сидя вечером за работой в полной тишине и непрестанно думая о Весне, он услышал тихую мелодию. Она совершенно не была похожа на то, что играла златокудрый ангел. Эта мелодия сильно отличалась, однако она была такой же нежной, такой же тёплой и светлой.

И тогда Ткач понял, как помочь Весне.

Настало время, когда музыка родилась и в его сердце. А это значит, что Ткач сам станет для девушки спасением и лекарством.

Отложив работу, выполняемую на заказ, он достал из груди собственное сердце, чтобы сшить из него тёплый шарф. Преисполненное любви сердце было горячим и излучало яркое солнечное свечение. А ведь то же самое свечение излучали когда-то и глаза его милой Весны…

Той ночью юноша соткал из собственного сердца тёплый шарф и на следующий день подарил его умирающей красавице, в которой уже совсем не осталось жизни. Её красота стала холоднее льда.

Ткач смотрел на девушку с трепетным волнением, уповая на чудо.

И чудо действительно свершилось. Сотканный из сердца шарф согрел Весну, согрел её сердце, уже почти полностью заледеневшее. Растаял лёд, и девушка вновь услышала утраченную музыку. Но звучала эта музыка уже не так, как раньше. Кажется, что в этой музыке смешались две совсем разные мелодии, и их созвучие было ещё прелестнее, ещё красивее, чем раньше…

Жизнь и музыка, свет и тепло вернулись к Весне. Глаза её вновь лучились, как когда-то давно, когда они с Ткачом встретились впервые. И вновь мягкая и нежная улыбка расцвела на её прекрасном лице.

Однако…разве может человек прожить без сердца? Жизнь без сердца невозможна.

Лишь увидев расцветшую на губах красавицы улыбку, Ткач обрадовался и тут же умер.

Недолгим было их с Весной счастье, но именно благодаря ним тогда в мире впервые зародилась любовь.

Весна долго плакала над погибшим любимым, и луна, ставшая свидетелем этого несчастья, обратила Ткача созвездием на ночном небе. Созвездие это состояло из самых ярких звёзд. Встречаясь с любимым каждую ночь, Весна брала флейту и неустанно играла для него их общую музыку. Музыку, что пели в унисон два сердца.

Тогда вновь совершилось чудо, и музыка, которую играла Весна, растопила суровые льды и снега. Зазеленела тогда трава, и на деревьях распустились почки, зазвенели пробудившиеся ручьи и запели соловьи. Жизнь на земле пробудила необъятная, как музыка, любовь. И коснулась она каждого человеческого сердца…

Эта легенда очень старая. О ней помнят лишь звёзды да я.

Погляди, мой друг, на небо. Над нами сейчас самое любимое моё созвездие – созвездие Ткача.