Право на поединок глава 9, не хочу я больше никого любить, больно это
И она словно не замечала, что поблизости стоит большой черный волк, продолжала вести с Калифом непринужденную беседу. В ее жизни больше не было места волку. Он выбрал Джену, вот пусть к ней и катится. Свой выбор он уже сделал, и жалеть о потерях Сосенка не собиралась и быть в их компании третьей лишней. Тем более с ней был Калиф, и ей вполне этого хватало. Он был таким же добрым, чутким и понимающим. Только Сосенка не подозревала, что скоро Калиф ее навсегда покинет.
Он уже чувствовал эту скорую разлуку и старался побыть со своей сестрой как можно больше. И как ей сказать, что ему надо будет уехать и ее взять с собой он никак не может и почему он должен все скрывать даже от нее самой ему близкой Сосенка веселилась и хватала Калифа то за морду, то за уши. Тот скалил зубы, ему решительно нравилась эта игра.
Манук хлопнул Грома по шее, отпустил его и, уходя, проворчал: Ну прямо как щенки. Целью Манука сегодня был склон возле Меловой горы. Там всегда росла густая сочная трава и в изобилии водились сурки. Там можно спокойно сидеть, созерцать вершины гор, наблюдая за жизнью их обитателей. Охота сегодня не была его главной целью, и Манук не торопился дал суркам вылезти из норы и спокойно развалится на солнце. Волк был недвижим, и зверьки уже перестали его замечать, возились, бегали и пищали у него над головой. Манук вздохнул, ощущая под лапами живые травинки и нагретую солнцем землю.
Ему было тепло, небо было чистым и ясным, ни единого облачка в нем. И только высоко над горами парили маленькие точки. Орлы - беркуты обозревали свои владения, кружась в восходящих потоках теплого воздуха. Манук посмотрел на простирающуюся в низу ряд ущелий.
Там серебристой змейкой велась река. Именно от нее и брал свое начало великий Альтер. Отсюда речка казалась совсем крошечной, а именно она питает полноводный и быстрый Альтер. Именно в этих горах и была колыбель этой могучей реки. Отсюда он выходил небольшим ручьем, но постепенно рос и принимал в себя другие маленькие реки и ручейки, становясь с каждой сотней хвостов все более полноводным.
И Манук, как и эта река, вышел ведь из этих гор. Тут и есть его истоки. Ушел отсюда маленьким волчонком, а вернулся могучий и сильным зверем. Манук хотел на прощание поклонится этим неприступным серым скалам, где он впервые увидел свет и сделал свой первый, столь важный шаг, ступив на горную землю своей лапой. И не важно, сколько тут было хорошего и плохого, эти горы останутся его домом навсегда. И где бы он потом не жил, и какие бы темные леса не манили его своими чащами, в голове всегда будет образ синих гор с их вершинами и пиками, занесенными снегом.
И в сердце навсегда останется образ этого милого сердцу уголка. А пока хорошо. Манук расслабился и вытянул лапы. После всех его мытарств и несчастий такой отдых казался невиданной роскошью. Он уже и забыл, когда вот так сидел, и ему не надо было никуда спешить и вечно оглядываться в ожидании опасности. И разве разменяет Манук такую жизнь, если все закончится удачно, и он вернется в Альтер живым не нужна ему ни семья, ни щенки. И кто бы не переживал за него и не говорил, что он один пропадет. Не понимают и толики радости жизни волка одиночки, когда ходишь совершенно свободный, и он уже расписал свою оставшуюся жизнь, и там никому не было места.
Он больше не собирался никого любить. Все, что было, уже прошло он свое, считай, отлюбил и больше ему и не надо. А одному все спокойнее а время все замажет, заделает, и все, что он пережил, он с улыбкой вспоминать будет. Хоть и говорит Вещунья, что он и Сосенка связаны одной нитью, но Манук уже в эти сказки не верил.
Вещунья, придя в сторожку после утреннего сбора за травами, уже не обнаружила волка. Сторожка была пуста. Старая волчица присела у очага и растерла натруженную спину. Все же в ее возрасте такие прогулки по горам даются все сложнее, и приходит понимание, а сколько ей еще отведено прожить она уже и так почти истоптала два волчьих века, так долго не жил ни один из ее сородичей. Провидением было ей открыто, что она должна будет оберегать волка и помочь ему в той последней битве.
