ЩЕКОТКА

С недавних пор Ингу стали преследовать странные и непонятные ощущения. Начиналось всё с лёгкого покалывания самых кончиков пальцев ног – нежного и до смеха щекотного. На этом этапе даже приятного, но, продвигаясь по стопам, оно становилось всё более навязчивым и раздражающим, а когда доходило до лодыжек, Инга начинала истерить.

– Боже мой, опять! Боже! – металась она. На неё накатывала волна невыносимой щекотки, которая, поднимаясь от пальцев ног до солнечного сплетения и выше, вызывала мистический страх, а под конец сжимала горло.

– Что же это? Почему такое происходит? – паниковала она, ощущая, что её словно щекочут чьи-то властные невидимые руки.

Приступ посещал Ингу почти каждый вечер. Почувствовав его приближение, девушка выключала яркий свет, который начинал невыносимо беспокоить, и запрыгивала в большое кресло. Ей казалось, что оно может защитить от неведомого. Собравшись в комок, поджав ноги и притянув к себе колени, нервно закуривала. Желание курить приходило вместе с приступом и было абсолютно непреодолимо.

Затравленно разглядывая клубы сигаретного дыма, наполнявшие сумеречную комнату, видела, как по стенам начинали ползти какие-то тени. Продвигаясь к большому зеркалу, висящему напротив неё, словно вползали туда, за стекло, в другое измерение. Сначала медленно, но постепенно ускоряясь, сгущались в нём. Инга ощущала даже слабый ветерок и в ужасе искала причину своих аномальных состояний. Ведь продолжались они уже пару месяцев. Воспоминания приходили вместе с приступами страха и не позволяли думать ни о чём больше. Неужели это лёгкое любовное приключение обернулось в итоге таким кошмаром?

– Боже, это я виновата, я! – побелевшими губами шептала она.

Инга стала ходить по врачам, но они только выписывали успокоительное и ничего критического не находили. Она не могла рассказать им о своих видениях, боялась, что её отправят в соответствующую больницу. Учитывая к тому же, что была замужем, ощущала всю щекотливость своего положения.

Проверенные временем подруги, которым она доверилась, неожиданно отнеслись к её проблеме поверхностно и беспечно, заявив, что всё это – её фантазии.

– Такого просто не может быть! – восклицала Лерка, хлопая длинными ресницами, – никогда и ни с кем!

– Вот-вот, – вторила ей Марго, потягивая коктейль, – ты слишком впечатлительная! Нафантазировала. И сама же веришь в это. Расслабься, успокойся, сходи в салон, сделай тайский массаж, ну и нервы не мешало бы подлечить, раз такое мерещится!

Последовав советам, Инга быстро убедилась, что все они – безрезультатны. Мало того, если она теперь оказывалась вечером вне дома, ей становилось крайне тревожно и беспокойно. Зеркало словно тянуло её находиться рядом. Это напоминало замкнутый круг, внутри которого Инга всё отчаяннее ощущала свалившуюся на неё проблему.

С каждым новым приступом клубы сигаретного дыма становились всё гуще. Жуткие, ползущие к зеркалу тени – реальнее. Они ускорялись, набирая обороты, и вскоре уже мелькали, создавая ветер. Превращаясь в вихрь, всё это втягивалось в большое зеркало, в котором формировалась жуткая, вихревая воронка. Она кружилась, заставляя взглянуть в самую свою глубину. А там… Теперь там на одно мгновение появлялось отражение её мимолётного любовника. Время словно останавливалось, как в стоп-кадре, и Инге приходилось прикладывать громадные усилия, чтобы прервать притяжение. С криком она резко отворачивалась от зеркала и вжималась лицом в кожаную спинку кресла:

– Отстань! Уйди! – стенала она.

Приступ заканчивался, видения исчезали, а Ингу накрывало состояние пустоты и отрешённости. Медленно приходя в себя, она вспоминала своё случайное знакомство. В тот день она опаздывала в салон красоты. Уже находясь на трамвайной остановке, вызывала такси. До места было пять минут, но такси задерживалось в пробке на светофоре, а подъезжающий трамвай заставил Ингу поколебаться. Несколько секунд она выбирала, но решилась и резко отменила вызов такси.

Все мы вынуждены иногда принимать быстрые решения, которые могут повлиять на всю оставшуюся жизнь. Может, это вмешивается судьба, заставляя нас поступить так, а не иначе. Но есть вероятность, что мы подпадаем под чью-то недобрую волю, даже не догадываясь об этом.

Запрыгнуть в почти уходящий трамвай не так-то просто, поэтому Инга оступилась, но не упала, а оказалась в объятиях подхватившего её импозантного бородача.

– Простите!

– Ничего, бывает! – синий колдовской взгляд галантного незнакомца притягивал. На секунду Инга «залипла» в нём, не в силах отвести глаз. Бородач оказался таким обходительным и учтивым, что девушка сама не поняла, как оказалась в сетях любовного романа. Мимолётное увлечение виделось безобидной шалостью, но девушка даже не представляла, к каким последствиям оно приведёт.

Инга не могла бы с уверенностью сказать, какие чувства испытывала к бородачу. Да и вообще, чувствовала ли что-то, но лёгкий роман закружил её. Не особо прячась, они ходили по выставкам, ресторанам, театрам, – ведь её муж там никогда не появлялся. Супруг занимался бизнесом, был трудоголиком и всего себя посвящал делам, ставя их превыше прочей житейской мишуры. А в данный момент он и вовсе находился в отъезде – намечалась выгодная сделка.

Инга ещё никогда не изменяла мужу, но сейчас всё так совпало, завертелось, закружило, что она не смогла устоять. Будто зачарованная, тонула в этой круговерти. Иногда корила себя за измену, но остановиться не могла. Роберт, так звали нового знакомого, притягивал её как магнит, буквально лишал воли и рассудка. Инга потеряла голову, растворяясь в безоблачном, упоительном счастье.

Но всё закончилось в одночасье. Через пару недель безоблачного романа Инга случайно проговорилась, что у неё есть муж. Она не хотела о нём говорить, считала, что это ни к чему, опасалась расспросов, но так уж вышло. А увидев реакцию своего приятеля, была крайне удивлена. Он побледнел, с минуту в упор рассматривал её, ничего не говоря, потом сухо простился и через секунду растворился в толпе прохожих. Инга даже не успела понять, куда он исчез. Выискивала взглядом, но тот как испарился. И после – ни звонков, ни ответов на звонки. Словно в воду канул.

– Почему он так? Как он мог? – с обидой спрашивала себя Инга, от удивления находясь в каком-то моральном оцепенении, – Подумаешь, замужем… Чего он так испугался? – однако, Роберт больше не появлялся, а потом… начались непонятные, мучительные, вытягивающие силы приступы щекотки.

Говорят, что время лечит, а любое увлечение постепенно проходит. Должны были бы прекратиться и приступы, которые, скорее всего, имели неврологический характер.

Так, наверно, решила бы и сама Инга, но… приступы не проходили, они усиливались. С каждым днём тени становились гуще, порывы ветра – сильнее, щекотка постепенно доводила до умопомрачительного состояния, а лик Роберта в зеркале – всё явственней.

– Такого не может быть! Это какой-то бред! – беспомощно лепетала девушка, в то время как очередной приступ уже стремительно набирал обороты.

Инга в панике смотрела на мечущиеся по стенам тени, на искривлённые клубы синего сигаретного дыма, словно переставшего растворяться в воздухе. Она изо всех сил старалась избежать взгляда в зеркало, но тёмная глубина воронки, уже образовавшаяся там, всё сильнее притягивала её. Инга напряглась так, что затекли руки, обхватывающие колени, заболела шея, но зеркало оказалось сильнее. Заставило посмотреть на себя… А в нём – знакомое лицо, притягательный, магический взгляд тёмно-синих глаз и… тихий леденящий шёпот: «Замужем?»

Взгляд Роберта проник до самой глубины души, и та безвольно растворилась в нём. Перечёркивая законы мироздания, она ушла за ним в воронку, сотканную из теней, – в другое измерение, в зазеркалье.

Бездыханное тело привлекательной молодой женщины медленно обмякло и осело в кресле.

Сидя в полутёмной комнате своего загородного особняка, Роберт сделал пару глубоких затяжек из позолоченной трубки. На его губах играла насмешливая, довольная и чуть мстительная улыбка. Сквозь кольца синего дыма он смотрел в огромное настенное зеркало в золочёной раме и представлял свою недавнюю пассию. Смакуя, вспоминал её нежный облик, мягкие губы, ясные глаза, белокурые волосы… Она словно и сейчас была рядом с ним. Ему так импонировала детская наивность очередной дурочки.

– А эту так заводила щекотка… – мечтательно проговорил он и следом нахмурился ожившему в памяти признанию о замужестве.

– И все не прочь развлечься, – брезгливость еле заметной тенью легла на его лицо.

– Замужем… – зло прошептал он, осознавая, как сильно был увлечён ею. Его губы задрожали, он тяжело и прерывисто задышал.

– Опять замужем!

Нет, он не собирается ни с кем делить своих женщин. Если она не с ним, то и ни с кем…

С благодарностью взглянув на старинную магическую книгу, лежащую на подлокотнике, Роберт был доволен, – древнее заклинание снова сработало.

Поднимаясь с кресла, он неосторожным движением задел книгу, та упала на пол, раскрывшись на завершающей странице. Роберт, вздрогнув, покачнулся… Из зеркала напротив, окутанная клубами синеватого дыма, на него смотрела последняя жертва.