Судьбы текстов

В общем, переживая о своём непонятом и непризнанном тексте Дурачок и Жестянка, я столкнулась с общими рассуждениями о современном творчестве. Частично меня на них натолкнул Артур, частично ещё январская встреча с Валери Крам и Борей Крамаром.
В общем, когда я страдала, что текст, который мне самой жуть как нравится (что бывает нечасто) не сработал на большинство – не считался, не цепанул, Артур мне сказал интересную вещь – что современное искусство похоже на игру Имаджинариум, в которой нужно чтобы тебя поняли, но не все. Если поймут все – ты проиграешь. Ну и вот современные авторы вынуждены или подстраиваться под массу в попытке заработать или писать то, что им интересно и искать свою аудиторию. Мне эта идея показалась интересной и близкой. Действительно, чтобы поняли все – идея должна быть очень простая и приятная. Её же ещё нужно захотеть понять. В Дурачке, например, у меня очень простая, но очень неприятная идея о том, куда можно прийти, если прятать голову в песок и выдумывать смыслы там, где их быть не может.
А с Борей и Валери мы обсуждали, что не видно лестницы по которой можно подниматься в литературе. Конкурсы? Они ничего не приносят, кроме лишнего внимания к тексту (это правда, если текст просто выложить на сайт, его прочитает дай бог пара твоих друзей). Куда можно развиваться? Печать за счёт издательств? Только для утоления чсв – это не принесёт ни денег ни славы. Издательства не вкладываются в раскрутку новых авторов, скорее наоборот – стараются брать уже раскрученных – блогеров, например. Времена, когда как Кинг, можно было написать один стрельнувший роман и проснуться богатым – в России никогда и не наступали, а сейчас вообще любая надежда потеряна.

Вот я и думаю, ладно, допустим, я пишу для себя и для возможности коммуникации со своими немногими читателями, большинство из которых – мои друзья. Но неужели у меня не будет хоть сколько-то релевантной и достижимой цели в литературе? Я не могу её для себя поставить. Я не вижу, к чему мне стремиться и куда двигаться. Меня это огорчает.ПС: Писать я, разумеется, не перестану. Прямо сейчас строчу тексты на Даркер, которые я не покажу никому, кроме участников Даркера, потому что я пишу лютую жесть. Даже вычитать дать некому. Ну разве что Пономарёву, который оказывается не только талантливый поэт-песенник, но и шаристый в литературе критик. Поэтому, если я его уломаю на бетинг, ему придётся отдуваться за всех.