Eva R. ^{5 дней назад}

17:29, на работе

Полчаса до окончания рабочего дня

У нас атмосфера тонкого юмора и задорного мата. Ведём детективные расследования, пробиваем людей по базам. За чаем с маковым рулетом Андрей и Марат представили концепцию взрывающихся сосисок. Закинешь такую в микроволновку торгового центра — и всё, через 2 минуты центра нет. Будут замечательные звонки с угрозами: «Алло, я заложил в это здание СОСИСКИ!» А искать будут специальные собаки, которых кормят только по праздникам и только сосисками.

21:08, милый дом, родной диван, тёплые носки

Саунд сегодняшнего вечера грустная осмысленная песня

А к вечеру я реально превратилась в сугроб. Пока метель была за окошком офиса, всё было в порядке. На день перемещений запланировано не было, только звонки и письма. Но Марат был прав, ночевать стоило прямо на рабочем месте. Я мирно двигалась домой с пирожком в руке, когда нас догнала снежная буря.

Ветер плотностью с добротную кирпичную стену со мной приключился впервые. И вроде бы ведь не холодно — всего-то какие-то -8, я в -30 в расстёгнутой дублёнке и без шапки-шарфа-варежек бегала… Но я прошла через бурю метров 15 и поняла, что вот-вот заскулю в голос от нестерпимой боли в руках. Нет, я не разбилась, и в автобусе даже умудрилась превратить стекло обратно в плоть, но настроение, загубленное ещё вчера, так и не вернулось.

Днём поймала себя на мысли, что мне не хватает старой работы. Вернее, некоторых её аспектов в человеческом отношении. Ильи, который, не спрашивая, точно знает, какой кофе я буду пить и с чем заказать пиццу. Славки, который, не смотря на мои тихие истерики, сидел со мной, болтал о ерунде и приносил обед, даже когда я отказывалась есть… Да вообще любой из моих журналюг никогда не позволил бы мне вместо обеда грызть яблоко, обязательно припёр бы хоть какой-то пирожок и заварил чаю без просьбы, видя, что я выперлась на мороз в тонком свитере, дабы успокоиться! Не хватает этого. Мои мужики, конечно, милые, но пока не друзья. А жаль.

Ты всё больше похожа на Ахматову)

00:44, милый дом, родная кровать

Я понимаю, что уже за полночь, но лично я ещё не спала, поэтому вокруг меня ещё вторник.

Как и моя московская коллега, я сегодня охотилась. Дело было после 10 вечера, на улице было -25, автобусов, как не сложно догадаться, не было. Умерло даже то табло на столбе, которое должно вещать, через сколько мимо остановки проедет дичь.

Охотников было мало, добычи — ещё меньше. Когда мои покрытые инеем волосы начали мелодично звенеть, из ночной тьмы, весь в молочно-белых клубах выхлопных газов, подъехал 72. Мы бы даже расцеловали его, но бежать рядом в романтичном бензиновом облаке не хотелось. Я планировала написать ешё пару умных абзацев, но увы — выключаюсь. Посему — ярких снов.

19:36, на работе

Сегодняшний день знаменателен тем, что я была весьма близка к убийству человека. Меня на полном ходу подрезала коллега, без спроса стащив из моего(!) списка вкусный адрес и обработав его. Заявила, что мой комментарий в CRM видела, но сочла несерьёзным. Так перспективный отель «Европа» уплыл из моих нежных рук в загребущие корючки Эльвиры. И ей это снова сошло с рук. Эта милая женщина умудрилась поссориться по теме адресов с каждым(!) менеджером нашего отдела, кроме Марата и Лили. Потому что первый — новенький, а вторая — наша непосредственная начальница. У меня она хороший адрес уводит уже второй раз, и по этому поводу варианты мести принимаются, буду выбирать лучший.

В общем-то, рабочий день уже часа полтора как закончился, но я всё ещё здесь. У меня в офисе уютно и вкусно пахнет чаем, я облопалась пирожных и замёрзла как собака, пешком топая до синагоги и потом ещё по нескольким адресам. Отрезок улицы Чернышевского от Булака до Профсоюзной хорошо подходит для слалома и слома ног, но плохо для простых передвижений. Зато синагога — крайне интересное здание, от уличных фонарей, напоминающих меноры, до мини-музея, окружающего офис руководства, на 4 этаже. В молельном зале удобные кресла, обтянутые бархатом, вдоль стен моя мечта — сурьёзные шкафы, наполненные книгами. В основном там тора, в оригинале и в переводе. Книги старые, кажется, даже с тиснением. А в дальнем углу на стене золотистая пластина, испещрённая маленькими электрическими свечками, именами и датами жизни, такой эквивалент вечного огня. Очень красивые витражи. Я была в Хабат Любавиче второй раз и, честно говоря, хочется вернуться. Может, на шаббат?

Зима — время спячки. За один рабочий день мне хочется свернуться клубочком до четырех раз. Виктор, чтобы не мёрзнуть, по пути в офис заходит то за лимоном, то за печеньками, а курить выходит в три раза реже. Говорит, иначе его придётся оттаивать тем сварочным аппаратом, который я ему подарила под видом зажигалки.

Обедали снова все вместе. Это был мой последний обед, благо аванс не скоро, а денег уже нет) Снова слушали лекции по финансам и маркетингу, у начальника очередной экзамен. Рустам на обратном пути заявил, что тоже хочет стать студентом, повторно. Причём лингвистом или филологом. Да-да, это он серьёзно, я тоже переспросила. За годы, проведённые на филфаке и в пресс-центре я забыла, что нормальные люди тоже могут интересоваться языками) Презентовала ему пару площадок онлайн-университета, радовался, как дитя. И в целом вроде хороший день, но, блин, Эльвира… Прощать, конечно, божественно. Но это не ошибка, это свинство. И передо мной никто не извинялся.

10:09, на работе

Опять опоздала, на 10 минут. Генеральный с утра в офисе. Что ты будешь делать. Зато на улице настоящие крещенские морозы, и окна автобуса были похожи на огранённые алмазы в профиль, и воздух такой прозрачный и чуть дрожащий, и небо голубое, и солнце встало на 3 часа позже меня.

Рабочий месяц только начался, а мне уже бежать по хрустящему снегу на первую встречу — в синагогу. Это пока единственный определённый план на сегодня.

По пути читала бложики. в одном встретила следующее:

Вы знали, что один известный шахматист перед играми разминался… Бил грушу?

Подумалось, что это чтобы не бить долго думающего противника))

20:32, милый дом

Поняла, чем меня привлекла идея флеш-моба.

Всё дело в том, что ещё в детстве любила заглядывать в окна. Они золотистые, тёплые и уютные, греют своим светом. И за каждым живут разные люди, в разной обстановке, с разными мечтами. Мне нравилось идти зимними вечерами по морозной улице, видеть в окнах кусочки обоев, занавесок, холодильников, люстр. Нравилось видеть, как люди готовят, едят, смотрят телевизор; представлять, о чём они думают и беседуют. И эти бложики — такие же окна. Мне так интересно заглядывать в чужие мирки…

Наконец-то дома. Голова просто выключается, хотя за день ничего особо не сделала. После работы совершила марш-бросок за пряжей, нужных оттенков почти не было. Потом с полчаса бродила с Чаком под метелью, красиво, но очень холодно.

Ничто так не отогревает, как рюмка хорошего хереса, мягкий халат и пушистая собака под боком. Счастье обладать всем этим одновременно. И приятно было сегодня видеть лица моих ребят, очень. Все мои. Совершенно независимые, с отдельной личной жизнью и жирными тараканами в голове — все стали как родные. Все мои.

Выключаюсь.

16:40, на работе

Засыпающие с тюленями.

Сделала несколько звонков, составила пару писем. Линейка чая, выпитого с утра — чёрный с клюквой и ванилью, кубинский, тропический, чёрный с лимоном без сахара, чёрный с лимоном и сахаром… К трём дня пришёл Дима и, загадочно улыбаясь, извлёк из-за спины азербайджанский лимон и сено травяной чай с мятой и шиповником. Пьём все вместе сено. Ароматное, пахнет летом м теплом. Марат притащил к нему домашних булочек с маком, спецзаказ из Нижнекамска ©. Меня и так-то с недосыпа прёт, а теперь я просто звеню серебряным колокольчиком. Как тут работать? Да и по ту сторону трубок люди ещё не отошли от праздников, с трудом въезжают в смысл слов, злятся, что отвлекаем в первый рабочий.

Впервые ходила обедать со своими ребятами. Обошли три кафешки, провели мне экскурсию по злачным задворкам конторы. По задворкам метается небольшая собачья стая, очень обаятельная. Их метлой гоняет местная торговка.

Генеральный весь день в офисе, не даёт расслабиться. Но сено с мятой и шиповником и булочки с маком в нашей весёлой компании — настоящий кайф.

11:37, на работе

До обеденного перерыва полчаса. Рабочего настроения вообще никакого, сидим, тихо и усиленно бьём баклуши. На чай уже смотреть не хочется. Рустам рассказывает, как на НГ съезжались всеми семьями. Получилось 18 человек на одну трёхкомнатную квартиру, причём половина из них — орущие маленькие дети, в том числе груднички. А потом Идрис, сынишка Рустама, простыл. И через день простыли все 18 человек, включая грудничков. И все ходили и добрым словом поминали аксубаевского врача, который приехал, диагностировал простуду и не смог назвать ни одного лекарства, сославшись на то, что в аптеке подскажут.

Потом ужасались цирку, отсутствию в нём ремонта, интересной программы и дорогим билетам. Жалели детей и животных. В зоопарке, по слухам, ещё хуже. А я вдруг вспомнила, что ещё осенью хотела съездить в обсерваторию.

Далее обсудили Сталина и Путина (на тему кто должен сидеть, а кто нет), детское тхеквондо, и последние новости бокса, а так же криминальную сводку Казани. После обеда планирую собраться с силами и поработать-таки.

9:20, на работе.

Тюлень спал сегодня ровно час. При этом в целом чувствую себя вполне бодрой, как ни странно. Только маску для лица спёрла у матери, чтобы привести лицо в божеский вид.

Встала в 6. Во сколько бы я ни встала и не вышла, к вокзалу подъезжаю к 9 утра, это карма. Если без пяти девять вы увидите высокую девицу в бежевой шубе, несущуюся широким шагом молодой кавалеристской лошади от вокзала до Московской, то это, вероятнее всего, я. Мой рот открыт, как у выброшенной на сушу рыбы, в глазах лёгкая паника, а равновесие на ледяных колдобинах я сохраняю с помощью объёмной сумки, которая при падении регулярно меня перевешивает и сохраняет в вертикальном виде. Грабить меня бесполезно — денег никогда нет, но если подловить где-нибудь на светофоре, прежде чем я рвану переходить перекрёсток по диагонали, я поведаю пару-тройку вариантов коммунальных реформ, а заодно серьёзно обогащу вашу обсцентную лексику.

Я опоздала в пределах пяти минут и на входе лоб в лоб столкнулась с генеральным. Это, конечно, значимое начало утра. Зато в нашем офисе уже пахнет кофе, висят развешанные мною же на кануне гирлянды, а мои мужики сидят, скромно потупив глазки. По три раза поблагодарили за подарки, сказали, что это подстава и они мне по случаю отомстят. Надеюсь, приличным букетом и хорошей книгой)

Я люблю автобусы. Вернее, я вообще люблю транспорт, он стимулирует ассоциации. Кировская дамба — на редкость живописное место, на самом деле. И пока в пресловутом красном автобусе пассажиры изображают фигуристов (ибо скользко внутри, да), я сочиняю маньячные истории про Аляску. А здесь и сейчас в тёплом уютном офисе, с чаем и конфетками мы слушаем внезапную лекцию по фьючерсам и иже с ними. Потому что у моего непосредственного начальника экзамен в универе, хы-хы)) И мы всем отделом будем ему подсказывать и, конечно ж, материть на удачу за декабрьскую зарплату.)

Саунд момента: Джингл Беллс, Джингл Беллс...

Выложу пару текстов в поэзии) только не проси звук))

Хм… Звучит как сюжет для рассказа)

Жутко знакомое здание, но не могу вспомнить, где оно. хотя высотка на заднем плане напоминает улицу Восход

Моя любимая дамба)

Спасибо)

У меня подруга есть, она раньше тоже писала. Я многому у неё научилась, и писать широкой строкой — из этой же оперы