Глава 5
— Скукота, — тоскливо произнёс Конрад Свенсон. Он сидел на лавке у окна, закинув на стол ноги. — Уже неделю торчим здесь. А где же ловля браконьеров и разбойников?
— Угомонись и опусти копыта, — рассердился Бай. — Нечего в егеря идти, коль не можешь на одном месте усидеть. В засаде тоже будешь ныть?
Старший егерь Бай, походивший скорее на медведя, чем на человека, вперил в него грозный взгляд. Конрад с недовольным лицом повиновался и уставился в окно. Во внутреннем дворе Маргарита держала на ладони синицу, а та щебетала и даже не пыталась улететь.
— Ту́ли, глянь, чего это она делает? С птицами, что ли, говорит?
Молодой парень, сын одного из егерей, с этого года обучающийся ремеслу, подошёл к окну. Он сдружился с Конрадом и в силу наивности не понимал, что тот использует его и зло подшучивает ради забавы.
— Песенки им поёт, — ответил Тули. — Она у нас с любой живностью общий язык находит.
— И с Призраком, что ли?
— Эта бестия окромя неё никого к себе не подпускает, — юноша опасливо обернулся. — И окромя старших егерей: Яблочка и дяди Бая. Но его Призрак пару раз так куснул, думали, руку оторвет. А девчонку токмо облизывает.
— Я б её тоже облизнул, — Конрад лукаво подмигнул.
— Ты чего, — парень покраснел, — она же это…
— Чего это? — На лице Конрада появилась злобная ухмылка. — Маленькая?
Тули ничего не ответил.
— Где ж она маленькая-то? — Конрад хищно осмотрел точёную фигурку Маргариты. Для своих двенадцати лет она выглядела довольно взросло, и не последнюю роль в этом сыграли эльфийские корни. — Мою мать в её возрасте уже замуж выдали…
— И ничего хорошего из этого не вышло, как я посмотрю, — недовольный голос, раздавшийся сзади, выдернул Конрада из сладострастных грёз.
Новоиспечённый егерь медленно обернулся. Голос принадлежал правой руке королевского лесничего и егерю по кличке Яблочко. Свенсон бросил короткий взгляд на открытую входную дверь. До неё шагов десять. Он восхитился способностью старшего егеря бесшумно передвигаться.
— Не прекратишь подобные речи, — продолжил егерь, — вылетишь из отряда так же быстро, как в него и попал, усёк?
— Ой, ладно тебе, Яблочко, чего завёлся? — Конрад говорил с напускным спокойствием. — Ты же знаешь, кто меня сюда отправил. И не тебе с этими людьми тягаться.
— «Эти люди» сейчас далеко, а я близко, так что не зли, малец, — ладонь егеря легла на обух топорика на поясе.
Конрад примиряюще выставил руки. Яблочко довольно хмыкнул и направился к лестнице на второй этаж, где находились жилые комнаты и кабинет королевского лесничего.
— Какие все нервные, — Конрад ухмыльнулся и провёл взглядом по комнате, ища поддержки в глазах сослуживцев, но даже Тули старался на него не смотреть.
— Бай, — Яблочко задержался возле товарища и положил руку на его плечо. — Приставь новенького к Призраку. На недельку. Посмотрим, как связи в высшем обществе помогут ему ужиться с нашим демоном.
Бай дико заржал. Потеряв все силы от истерического хохота, он склонил голову и уперся лбом в столешницу. Егерю настолько понравилась затея, что, не переставая смеяться, он ударил несколько раз по столу здоровенной ладонью.
Краткого знакомства с любимым псом Яблочка было достаточно, чтобы понять – Призрак никакой не пёс, а самый настоящий варг. Здоровенный волк больше самой крупной собаки раза в четыре. Дурной характер и агрессивность вкупе с интеллектом, сопоставимым с человеческим, делали таких созданий настоящим бичом северян.
Из-за варгов все чаще исчезали люди. Одна особь легко расправлялась с двумя-тремя лесорубами. Варги-одиночки обводили вокруг хвоста даже самых опытных охотников, что стоило жизни последним, а, сбиваясь в стаи, «лесные демоны», как их ещё называли, нападали на маленькие деревни.
Поэтому большинство варгов в этих землях истребили. В редких случаях щенков одомашнивали. Из десяти дрессировке поддавался один, зато становился верным другом до самого конца. Над остальными, как правило, брала верх природная ярость и ненасытность. Они срывались, нападали на хозяев или убегали в лес. В обоих случаях их выслеживали и убивали.
— Конрад, вон там похлёбка для Призрака, — вытирая слезы от смеха, Бай указал на чан в углу. — Как раз подошло время обеда. Ты не робей, вперёд. И не забудь упомянуть о связях.
Бай снова расхохотался. Конраду ничего не оставалось, как подчиниться. Он подошёл к чану, выгреб из него похлёбку в миску и вышел во двор.
— Чёрт, — ругнулся Конрад, видя, что варг не спит.
Ему показалось, или Призрак хмыкнул? Загон не остановил бы варга, пожелай тот уйти, но с ним младшие егеря, еще не свыкшиеся с опасным соседством, могли расслабиться.Конрад медленно приблизился, поставил миску и стал наблюдать за Призраком. Варг поднялся с коврика, на котором лежал, неспешно подошёл к ограде. Не проявив интереса к еде, он выставил нос в сторону Конрада и несколько раз втянул воздух. Чёрная шкура ощетинилась, а морда оскалилась. Раздался громогласный лай.
Бай, Тули и остальные егеря наблюдали в окно, как Призрак загоняет Конрада на дерево, растущее посреди внутреннего двора.
— Я не понимаю, мастер. Зачем нам этот выскочка? — Яблочко кивнул в сторону окошка.
С высоты второго этажа открывался прекрасный вид на происходящее внизу. Конрад вцепился в ветвь молодого дуба, опасливо поглядывая вниз на злобно лающего Призрака. Ничего не понимающая Маргарита наблюдала за происходящим неподалёку.
— Мать Свенсона небогата, но влиятельна благодаря связям. Я просто не мог ей отказать.
Яблочко отпрянул от подоконника, на который опирался, и с удивлением развернулся к лесничему.
— Их Милость поиздержались на шлюхах? Не понимаю, на кой чёрт такому, как Конрад, идти в егеря?
— Друг мой, мы проходили подобное не раз и не два, — лесничий наполнил серебряные кубки красным вином и протянул один собеседнику. — Какая разница? Сколько подобных мальчишек приходило на службу, а потом, не выдержав и месяца, покидало наши стройные ряды? У богатых свои причуды.
Егерь отпил глоток и вернул кубок на стол.
— И у вас нет никаких сомнений,учитывая шаткое положение Маргариты? Накануне гибели короля мы, кому поручено её защищать, принимаем в отряд нового человека. Мы ничего о нём не знаем, а его поведение, мягко говоря, настораживает.
— Что ты от меня хочешь? — королевский лесничий повысил голос. — Я стар, если ты не заметил. У меня одно желание – как можно дольше оставаться при должности. И, если говорить начистоту, для меня благополучие моей семьи важнее интриг высокородных.
— Вам всё равно? — удивился егерь. — Несмотря на годы, проведённые на той войне? Несмотря на то, через что мы прошли с вами и королём?
— Я тебе так скажу – Раймонд сам виноват во всём, что с ним произошло. Мы прошлись по войскам как ураган, награбили драгоценностей на десять жизней вперед. Оставалось совсем немного. Навсегда покончить с ними, а он что? — королевский лесничий вновь пригубил вина, а после, выдержав паузу, продолжил: — Да, войска устали от войны, это я могу понять. Но стоило бы и поднажать, чтобы не расхлебывать теперешнюю кашу. Ладно, заключили перемирие. Дело, конечно, хорошее, многие устали от войны. Но мешать человеческую кровь с эльфийской? Перебор.
Лесничий залпом осушил кубок егеря и не заметил короткого взгляда Яблочка. Обычно тот смотрел так на тех, в кого выпускал стрелы.
Луна освещала прелестное лицо Маргариты. Конрад хищно улыбнулся. Раз уж бедняжке суждено умереть, и её красота пропадает зазря, почему бы принцессе напоследок не сделать ему приятно?
Свенсон отбросил в сторону дубинку, которой оглушил девушку, ослабил её корсет, задрал юбку, стянул исподнее и принялся расстёгивать свои штаны. В предвкушении он пожирал взглядом молодое девичье тело, как вдруг услышал свист. Конрад настороженно повернул голову чуть влево, и в его глаз вонзилась стрела.
Неудавшийся насильник пал замертво, так и не поняв, что произошло. Возле него очутился Призрак, презрительно фыркнул трупу в лицо и развернулся к принцессе.
«Жива, — прозвучал в голове голос варга. — Спит».
Зверь помочился на труп Конрада, а затем задними лапами засыпал его землей. Яблочко приблизился к девушке, стараясь не смотреть на оголенное тело, и прикрыл её наготу собственным плащом.
— Спасибо, друг, — егерь погладил Призрака. — Без тебя она бы пропала.
Варг по-человечески кивнул, а затем снова обернулся к Конраду.
«Смотри!»
Яблочко поднял с земли шкатулку, на которую варг указал мордой. Внутри лежало письмо, полупустая бутыль с сонным зельем и... стилет. Тот самый стилет!
Егерь отшатнулся:
— Не может быть!
Варг вопросительно повернул голову набок.
— Тот самый клинок! Я помогал королю добыть этот стилет, как и другие артефакты. Неужели в замке кто-то вновь творил волшебство?
Призрак понюхал вино в кубках и дважды фыркнул.
«Отрава», — варг лапой опрокинул кубок, и его содержимое разлилось по скатерти.
Яблочко задумчиво оглядел поляну.
— Он пригласил её на свидание. Глупышка повелась на внешность и показные манеры. Он предложил вина, но она отказалась. Маргарита наполовину эльфийка, а они не переносят алкоголь. Идиот этого не знал.
«Зачем тогда „Железный клык“?»
— Сейчас узнаем, — егерь развернул записку, что покоилась на дне шкатулки.
«Девушку опои зельем. Когда она умрёт, вырежи сердце и избавься от тела так, чтобы его не нашли. Привези сердце как можно скорее. Место встречи в корчме „Весёлый пёс“. Спроси Харольда».
