Водный мир

Невозможно определить давность нашего мира. Каждый раз он возникает внезапно. Подобно тому как большой взрыв порождает вселенную, мы появляемся из живительного водопада, открывающего нам свои дары в спонтанный момент времени.

Мы никогда не знали ничего, кроме воды, гладких белых далей и нашего Бога. Мы не знаем что бывает до воды и после воды. Все наши прошлые жизни доступны нам, как если бы мы были провидцами, прорывающимися своим взором сквозь таинство рождения. Но мы всегда рождаемся в том же миге, что умерли в прошлой эпохе.

Нас создал Творец. Он бережно надзирает за нами, покачиваясь своей гротескной фигурой в океане. Его тело подобно айсбергу, большая часть которого покоится под бесконечной синевой.
Я веду эту летопись, причалив к большому пальцу его руки. Если потревожить Бога, то вся наша гавань будет затоплена в считанные секунды. Но нужно ли беспокоиться о смерти, если через двадцать минут водоворот снова унесет нас в никуда? Что я могу успеть сделать за двадцать минут? Заставить Его прислушаться к нам?

Первые десять жизней мы обустраивали свой быт. Нам не было дела до того, что вокруг. Мы строили лодки, растили детей и урожай тыкв, высаженный на широких плотах. Каждый вечер мы всей общиной собирались на корабле Сапиенс (не помню, откуда это имя, но говорят, что “сам Бог велел” ему так зваться) и любовались видом на горы. Пока однажды придурковатый Эдгар не заметил, что одна из гор шевелится.

– Смотрите, крикнул он, призывая нас обратить внимание, – Оно живое!

Сначала никто ему не поверил, ведь на то он и придурковатый, что может нести несуразицу. Но потом гора поднялась из воды, и мы умерли.

Мы начали понимать, ЧТО упускаем из виду, занимаясь своими скучным делами и игнорируя свою тягу к познанию мира. С тех пор мы начали улавливать закономерность в появлении гор и наших буднях. Мы узнали, что эти горы есть огромное, великое существо с сознанием.

Наша вселенная всегда переживает один и тот же цикл: водопад, океан, Бог, водоворот, смерть. Каждое появление Бога завершается концом мира.

Мой Джек пошел в школу мореходов. Пролетело всего несколько жизней, прежде чем он стал капитаном Мэйфлауэр и двинулся в путь, в надежде найти новые земли. Карта, найденная им на дне океана, стала его трофеем, и очень скоро превратилась в религиозный фетиш нашего народа. Эта карта и убила его.

То была первая смерть в нашем мире, случившаяся по вине наших действий. Как предсказал наш старейшина, карта должна была привести нас в другой мир, в котором существование обретало совсем иной смысл, и мы сами становились реальнее.

Из каждого морского похода, предпринятого для поиска этого другого мира, Джек возвращался все более угрюмым и задумчивым. Он рассказывал о том, что наши белые дали одинаковы со всех сторон, каким бы образом моряки их не исследовали. Куда ни сунься – голубая вода, гладкие скалы, безмолвный Бог и недостижимое небо.

Когда Джек уже совсем отчаялся найти смысл, скрытый в священной карте, на одном из собраний общины Эдди крикнул “Круг тьмы! Нам нужно в круг тьмы!”

Немудрено, что мой сын, жаждущий помощи свыше, воспринял эти слова как прозрение, магическим образом посетившее самого невинного из нас.

Они отправились в самую дальнюю точку мира, где море переливалось через край и впадало в темноту. Этот поход был последним для Джека.

Я сам отправился на место крушения, но, к моему великому сожалению, нашел там только обглоданные кости корабля и обрывок карты, на которой Джек нацарапал пером фразу “Обратимся к Богу”.

И вот, качаясь в лодке рядом с твоим телом, я обращаюсь к тебе, творец. Быть может, отмеченная на карте точка – это и есть ты? Позволишь ли ты нам выйти в твое измерение? А может, я совсем глупец, и мне стоит навсегда отдать свое тело мятежному морю, вслед за моим мечтательным сыном.

***

Писатель поднялся на ноги, вода быстрым потоком соскользнула с его кожи.

Он ступил на махровый коврик и внимательно посмотрел в наполненную ванну. Опустил в воду руку и вытащил затычку.

Писатель наблюдал, как водоворот затягивал в себя море, корабли, людей. Когда вода ушла полностью, на дне осталась маленькая бумажка. Он поднял ее и увидел, что это крошечная карта.

– Это было убедительно. Я дам вам новую жизнь.

Он вытерся белым полотенцем, прошел в комнату и сел за чистый лист.