По воле Души

***

Пока шли к развалинам, Анфиса увлеченно рассуждала об ушедшей красоте храма: о его пышности, обилии позолоты, о том, как повторяющиеся детали изысканно подчеркивали масштаб и торжественность сооружения.

Она так живо представляла его первоначальный облик, что готова была описать не только элементы здания, но и пышные кусты шиповникаирозы у входа.

Даманов слушал внимательно. Молодой человек прохладно относился к эпохе барокко - вернее, не относился к ней никак. Но он был готов научится различать все эти вензеля, раковины и картуши, лишь бы не исчезло очарование повествования его спутницы.

Занимательная история с ним приключилась! За прошедшие сутки его жизнь разделилась на две части. Первая – та, что была до встречи с «танцующим ангелом», – постепенно отступала в тень. Вторая же стремительно набирала объем и силу. Только вот как разместиться в ней он пока не понимал и чувствовал себя молекулой, чья траектория в этот момент казалась случайной и непредсказуемой.

Когда развалины выглянули из-за поворота дороги Анфиса неожиданно спросила:

- Ты веришь в Творца?

- Если ты про седовласого старца на облаке, то боюсь, что нет.

- Я не про облака, а про человека. Человек создан по образу и подобию… Он тоже пытается творить – может не так совершенно, но очень талантливо. Вот эти развалины, когда то были чудесным образцом таких попыток. Жаль, что былое великолепие не удалось сберечь. Человек также талантливо разрушает, как и создает.

- Знаешь, - задумчиво произнес Даманов, - чем глубже я погружаюсь в науку, тем яснее себе представляю: человек творение многослойное и сложносочинённое, которое не сводится к конечной формуле.

Анфиса рассмеялась.

- Человек это коктейль без рецепта. Немного облаков, немного молний, горстка земли, глоток воздуха. Все пропорции по вкусу. Каждая порция уникальна и неповторима.

- Интересная трактовка, – усмехнулся Ганя. – Но чего то не хватает.

- Самое главное, - продолжила девушка, - подавать такой коктейль следует с любовью, без нее это страшная смесь.

- Вот теперь самое то, – согласно кивнул Сима.

***

Развалины Храма были плотно окружены порослью малины и бузины.

Со стороны колокольни, между двух рядов старых лип ещё угадывалась дорога. Пробравшись к бывшей паперти сквозь кусты и крапиву, Анфиса споткнулась о разрушенную ступеньку и хватаясь одной рукой за Даманова, другой указала на нижнюю часть стены.

- ГладЪ не тётка, – прочитал Даманов, нацарапанную на белом камне неровную надпись, подхватывая девушку и не давая ей упасть.

- Любопытно, - парень, бережно вернул Анфису в устойчивое положение и пролез к надписи. - Сколько лет этому граффити? "Ять" отменили году в 1918, если не ошибаюсь. Кто в те времена осмелился бы на стенах храма рисовать?

- Наверное тот, кто только научился выводить буквы. Это стало для него грандиозным открытием и он поделился им со всем миром, - предположила Анфиса.

- Версия – романтичная, - склонил голову Даманов, постукивая пальцами по камню.

- Да уж, ненаучная, – с легкой иронией в голосе заметила Анфиса.

- Но, позвольте! – Даманов вдруг выпрямился и обратился к воображаемой научной аудитории, - Стена была отштукатурена. Штукатурка сохранилась кое-где. И виден не один слой. Даже цвета менялись. Можно предположить…

- Надпись сделана до штукатурки, - подхватила идею Анфиса.

- Именно так. – кивнул Даманов. - А если мы обратим внимание на положение надписи у края камня, то увидим, что она обрывается. Это только половина уравнения...

- Что будем делать? – спросила девушка. Азарт в глазах разгорался.

- Искать вторую часть, - пожал плечами Даманов и отвел взгляд от глаз своей спутницы. Их сияния он выдержать не мог.

Помнится, он пытался ухаживать за хорошенькой аспиранткой. Ничего мало-мальски интересного из той истории не вышло. Кроме того, что на день рождения он подарил ей роскошные серьги авторской работы. Подарок пришелся по душе. Его оценила не только девушка, но и все участники вечеринки. Но вот глаза. Сияния не было... Была оценка стоимости и удовлетворение от предполагаемого ценника.

А здесь – руины, крапива, невнятная надпись и слепящее сияние глаз в предвкушении найти разгадку...

«Впрочем, сравнение не имеет смысла ввиду различия категорий» - оборвал себя Даманов, тряхнул головой, как бы вычеркивая абсурдные мысли и начал пробираться вдоль стены, осторожно раздвигая жгучую поросль крапивы и расчищая путь Анфисе.