По воле Души

Утреннее солнце игриво перебирало наливающиеся соком яблоки. Ангел Сима, сидя на крохотном резном крылечке умиротворенно слушал, пожалуй, лучший птичий концерт, когда рядом с ним появился взъерошенный Ангел Ганя.

- Мечтаешь? – спросил он, перегнувшись через видавшие виды перила.

- Знаешь, все-таки хорошо, что здесь в земной жизни есть моменты, когда вспоминается родной дом, – задумчиво протянул Сима. - Мне нынешнее утро напоминает далекие небесные сады…

- Не время сейчас для воспоминаний! – нетерпеливо перебил Ганя. – Буди Анфису.

- Ни за что! – Сима возмущенно вскинул бровь. - Она только на рассвете заснула!

- А мой Даманов на рассвете проснулся! – Ганя отпрянул от крылечка. Он хотел было взлететь, но передумал, снова приблизился к Симе и выпалил: - Свежие мысли у него! Залез в свою научную вселенную и плотно закрыл за собой дверь! Работает! Ни на что не реагирует!

- Это же хорошо! – улыбнулся Сима.

- Ничего хорошего! – Ганя стал быстро шагать вдоль домика. Крылья за спиной подрагивали. - Даманов на всех парусах движется к научному открытию, а значит – к завершению дорожной карты и…

- У тебя начнется долгожданный отпуск, – попытался сострить Сима, подмигнув.

- Отпуск подождет!!! – отрезал Ганя и ткнул пальцем в сторону входной двери. Затем стремительно взмыл в воздух, резко перевернулся и опустился перед Симой, глядя на него в упор.

- Разве ты не видишь? – понизил он голос. - Наша идея объединиться, написать твою карту, поправить мою была правильной! В Даманове только-только начало просыпаться, что-то, что живее формул и расчетов. И он, и Анфиса как будто наполняются светом. Даже жизнь вокруг них, как вот эти яблоки, наливается соком и озаряется светом... Ганя на мгновение замолчал, переведя взгляд на небо. - А тут… БАЦ! Открытие и свет погас.

Сима вспомнил вчерашний вечер, малиновую ратафию, восхищенного Даманова, Анфисин чертеж в цветочках и у него отчаянно заныло обожжённое крыло.

- Хорошо. – тихо произнес он. – Что ты предлагаешь?

- Вытащить моего парня на свет Божий и обратно к вычислениям пока не подпускать. И это сделать сможет только Она. – Ганя аккуратно постучал в дверь домика.

Через несколько мгновений Анфису разбудило громкое переливчатое пение птиц…

Наскоро выпив чаю Анфиса намеривалась отправиться к разрушенному храму, проверить догадку, которая не давала ей покоя вот уже несколько дней.

- Профессора с собой возьмешь? – тихонько спросил Сима, – Уверен, ему будет интересно.

- Пожалуй, – мечтательно кивнула Анфиса и ее румянец стал ярче.

***

Девушка уже несколько минут стояла на веранде Изольды Марсовны и не единожды обратилась к Даманову с приветствием, но ответа не получила.

Даманов, разложив на столе записи, витал в эмпиреях физики…

- Сима, как думаешь, если я брошу в него чем-нибудь не очень тяжелым…- тихо пробормотала Анфиса, подбирая со стула подушку.

- Сима – это кто? – не отрываясь от блокнота, произнес Даманов.

- Сима – это Ангел, – прямо ответила Анфиса, улыбнувшись Симе.

- Многое объясняет, – чуть погодя проговорил Даманов, не отрывая сосредоточенного взгляда от тетради. – Бывает, я слышу голос. Он дает неплохие советы. За что я крайне благодарен! Я списывал на интуицию, а теперь буду знать, что это Сима.

- Ты слышал, Сима? – просиял Ганя, и аккуратно похлопал ангела Анфисы по крылу. – Хоть и не часто, но нас благодарят! В такие моменты я особенно люблю свою работу!

- У Вашего Ангела наверняка другое имя, – сообщила Анфиса и тут же поняла, что ее никто не услышал. Даманов беззвучно рассуждал сам с собой, водя карандашом по записям.

- Он тоже любит свою работу. – Сима кивком указала на парня. – А мы встреваем со своими нелепыми идеями...

- Да мы же помогаем! – рьяно возразил Ганя. – Стараемся, чтобы он со своей работой подольше не расставался. По моим подсчетам, все это: летние вечера, свадебные хлопоты, счастливый брак, дети, школа, подростковые протесты, да и простые семейные радости и суета – отодвинет само открытие, а значит и завершение дорожной карты лет на тридцать - сорок. Разве это плохо? Ведь все это время он будет идти к открытию – только не так быстро.

Даманов какое-то время был еще погружен в свои вычисления, потом резко вскинул голову и встретился взглядом с девушкой.

- Анфиса! Рад видеть. – воскликнул будущий профессор, словно очнувшись – Не заметил, как ты пришла. Прости.

- Пойдемте со мной на развалины. – Анфиса решила не возвращаться к приветственной части беседы. Она шагнула ближе, в ее глазах разгорался азарт. - Хочу кое что показать и услышать Ваше мнение!

Даманов встал и начал торопливо складывать свои записи – он как будто ждал этого приглашения.

- Во-первых, вчера на втором штофе ратафии мы перешли на «ты», - заметил он. – Во-вторых…Пошли. В развалинах я ничего не смыслю, но вы с Глебом Васильевичем вчера были так красноречивы, обсуждая ушедшее величие храма, что тянет взглянуть на остатки былой роскоши с нового ракурса.

- Куда они собрались? – нахмурившись спросил Ганя. – Ливень будет.

- Ганя, тебя волнует обычный летний ливень? – удивленно спросил Сима. - Не узнаю. Не узнаю.

- Я сам себя не узнаю, - Ганя всматривался в голубое беззаботное небо. - Но чувство странное, даже неприятное.

- Ты учишься оценивать риски. Растешь.