Однажды в кафе «Уютный уголок»

Глава первая, 
из которой читатель узнает, как убийца попал в кафе «Уютный уголок».

Напротив него, отбрасывая кровавые отблески на серый октябрьский снег, горела неоновая надпись: «ЮТНЫЙ У…». Приглядевшись, Евлампий понял, что часть надписи неисправна. Но в целом площадь за год привели в божеский вид: брусчатка, никаких следов от воронок. Окрашенные в пастельные цвета стены зданий вместо следов ядовитой плесени… Хмыкнув, Евлампий перехватил плащ левой рукой и ввалился внутрь.

Глава вторая,
о том, как он там посидел, а потом вышел.

В этот ранний час в «Уютном уголке» почти никого не было. Евлампий сидел в удобном кресле у окна. Отсюда была видна площадь, редкие прохожие шли на работу. Оружие Евлампий положил так, чтобы его не была видно снаружи, но и чтобы в случае необходимости его можно было быстро схватить. Стрелять киллер намеревался прямо сквозь стекло.

Бариста — мальчишка лет двадцати пяти — клевал носом над книгой; Евлампий достал нож, подошёл к прилавку и как будто невзначай воткнул его в прилавок. Трёхвершковый клинок с гравировкой «Следи за порядком» вошёл в дерево наполовину, разбудив наконец паренька. Тот с уважением посмотрел на гостя, но страха не выказал.

— Что будете заказывать?

Евлампий с усилием вытащил нож из прилавка и убрал в ножны.

— Мне, пожалуйста, фисташковый раф с… это у вас что такое?

Евлампий ткнул в какое-то пышное розовое пирожное. Парень мешкал, собираясь с мыслями, но Евлампий уже передумал:

— Только фисташковый раф. И… — он машинально погладил рукоять ножа, — у вас найдётся плед?

Парень — Евлампий наконец разобрал на бейдже, что того зовут Михаилом — кивнул.

— Да, конечно. Если хотите, можете сесть за ближний столик, здесь теплее.

Убийца покачал головой:

— У вас хороший вид в окно.

— Да, конечно… Садитесь, а вам всё принесу.

Евлампий всё же отсел чуть подальше: так ему был чуть хуже обзор, зато можно было стрелять сквозь приоткрытую дверь. Спустя минуту Миша принёс ему стакан с горячей жидкостью и плед. Евлампий кивнул: он не мерз, однако плед ему мог пригодиться.

— Оставьте, пожалуйста, плед на стуле… Да, положите на гвоздемёт, сверху.

Михаил положил плед, но в его лице Евлампий уловил непонятное выражение.

— Что-то случилось?

— Нет-нет, всё нормально. Я думал, это винтовка.

Евлампий секунду поколебался, стоит ли рассказать, чем отличается его личный, сделанный под заказ гвоздемёт от винтовки, но тут увидел, что выражение лица собеседника стало совсем уж кислым. Евлампий проследил его взгляд и увидел старика, выворачивающего на площадь с одной из боковых улиц.

— Это кто? Хозяин кафе?

Михаил несколько секунд смотрел в никуда, словно размышляя, стоит ли доверять первому встречному, и наконец пояснил:

— Нет, просто какой-то мерзкий старикан. Каждое утро покупает кофе, но потом полчаса ворчит, мол, почему дорого, невкусно…

Евлампий задумчиво сделал глоток.

— Если ему тут дорого и невкусно, мог бы купить кофе в другом месте, верно? С другой стороны, может, это твои эмоции не дают тебе найти общий язык…

Михаил вздохнул и, ничего не ответив, отошёл: новый гость — тот самый старик, о котором они говорили, — был уже на пороге.

Первым, что произнёс посетитель, была ругань по поводу грязного пола. Вторым — ругань по поводу того, что вкусного кофе здесь не дождаться. Перед третьим залпом — по поводу высоких цен — возникла небольшая пауза, и Евлампий оглядел старика: тот был одет в поношенный бомбер. Могла ли под ним быть баллистическая защита? Евлампий покосился на пол. Не то чтобы он был грязным, но, похоже, в такое время бариста работал один, и времени на уборку у него было немного.

***

«Но ведь он от нечего делать читал книжку! Мог бы и прибрать в помещении!» — воскликнет внимательный читатель. Да, но не стоит думать, что Евлампий не сообразил бы этого: дело просто в том, что он думал наперёд, а в тот момент, когда в кафе разыгрывалась сцена с этим мерзким посетителем, пол был ещё достаточно чистым.

***

Так вот, приняв во внимание вышесказанное, Евлампий дождался, пока гость допьёт свой кофе. При ближайшем рассмотрении тот оказался вовсе не стар: Евлампий дал бы ему лет пятьдесят, не больше. Ощущение дряхлости возникало из-за какой-то привычки горбиться, постоянно приоткрытого рта, будто всегда готового излить на окружающих яд, и из-за подозрительного, но будто ничего не видящего взгляда…

Допив кофе, посетитель поозирался, выбрал самый дальний столик и поставил чашку на него. Подумав секунду, он перевернул её вверх дном, так что Евлампий отчётливо представил себе чёрный кружок на столешнице. Внутри что-то заныло, но он был профессионалом. Поэтому он подождал, пока гнусный тип перешагнёт порог заведения, сделает пару шагов по тротуару, и лишь потом плавным движением взял гвоздемёт, машинально прицелился и нажал спусковой крючок. Через долю секунды тонкий стальной болт уже торчал из лба ушедшего. Евлампию показалось, что тот ещё пытается сказать какую-то гадость, но, конечно, это были всего лишь нервы. Что поделать…

— Михаил, а будьте добры мне капыча. Без сахара.

Михаил растерянно смотрел на улицу и издавал странные звуки, что-то типа «скорая? скорую?», и Евлампий поспешил его успокоить:

— Скорая к трупам не ездит.

Выпив второй кофе, Евлампий пояснил:

— У вас как кафе называется?

Михаил покраснел:

— «Уютный уголок».

— Вот, точно. А этот товарищ будто и совсем неуютный. Смекаете?

Миша выдохнул с облегчением и улыбнулся:

— Смекаю.

От входа послышался писк: две школьницы осторожно обошли труп и вошли внутрь. Взяв по большой чашке какао, они сели в углу и стали фотографировать друг друга на фоне осеннего пейзажа за окном. Затем вошла старушка, купила какой-то пирожок, села поближе к двери и, достав из сумки термос, стала завтракать. Город понемногу просыпался, Евлампий с удовольствием отметил, что на улице окончательно рассвело.

В кафе зашёл плотный мужчина в когда-то дорогом, но изрядно поношенном костюме. В руках у него был сотовый телефон-кирпич, будто из прошлого века. Громко, на всё помещение, вошедший ругался с невидимым собеседником:

— …Опять трубы лопнули? Где я ему достану? На Луне?!

Мужчина дошёл до стойки.

— И пусть доставку за свой счёт делают! Американо. Большой. Нет, я не тебе!

Последние слова он выкрикнул так, что старушка чуть не подавилась пирожком.

Михаил начал гудеть оборудованием, а Евлампий приглядывался к шумному посетителю. Тот продолжал разговаривать о работе, не видя ничего вокруг. Взяв кофе, он против ожидания не ушёл по делам, а продолжил действовать на нервы. Евлампий дождался, пока наконец тот выйдет на улицу, после чего быстро вышел за ним. Вернувшись, он пояснил, ни к кому не обращаясь:

— Теперь сможет держать что-то одно. Либо телефон, либо стакан.

Смена у Миши была аж до шести вечера, так что к полудню он уже вполне освоился с необычным гостем. К обеду Миша уже знал, что Евлампий не выносит фильтр-кофе («За счёт заведения…» — взгляд, острый, как те самые гвозди, торчавшие из затылка очередной скандалистки). Иногда Миша с усмешкой говорил Евлампию: «Опять экспрессо попросили». Иногда Миша говорил это без усмешки, и тогда одним трупом на площади становилось больше.

Евлампию было спокойно работать сегодня, ему нравился этот паренёк, и в голову уже приходили мысли о том, что можно уже немного расслабиться и взять какаушко… Как вдруг опытный глаз заметил на площади что-то необычное. Взяв бинокль, Евлампий удивился: прямо к ним направлялся человек, державший в руках по бензопиле. Евлампий отложил бинокль и отодвинул стакан с недопитым латте макиато: стоило немного обезопасить себя. Он быстро поменял несколько стальных болтов на стержни из обеднённого урана и взял чужака на прицел. Тот, не подозревая, что его уже держат на мушке, остановился метров за двадцать до входа, сложил бензопилы на землю и стал их внимательно осматривать. Палец Евлампия на спусковом крючке подрагивал. Конечно, нужно было подпустить непонятного типа поближе, но с другой стороны — вероятно, стоило хотя бы вывести из строя его оружие?

Когда Евлампий уже практически принял решение стрелять, к нему неожиданно сквозь посетителей подбежал Миша:

— Стойте… Этого не трогайте. Странный тип, но он просто тут склад арендует. Он… уютный, всё нормально.

Евлампий, не сводя прицела с незнакомца, проследил, как тот шагал через зал. Проходя мимо столика, за которым сидел киллер, мужчина лучезарно улыбнулся, и шепнул Евлампию:

— Хотите, одну оставлю?

Евлампий быстро кинул взгляд на пилы: одна была в крови, на другой виднелись опилки и следы ткани.

— Нет, спасибо. Я тут ненадолго.

Мужчина скрылся в служебных помещениях.

Евлампий нахмурился: эта встреча настроила его на какой-то излишне благодушный лад. Нужно было срочно перестраиваться. К тому же он уже перепробовал почти всё меню…

— Миша! А теперь будь добр с фильтра!

Как по волшебству, перед ним появилась чашка. Евлампий опрокинул её в себя, и вовремя: через площадь шла унылая девушка. Её тоска заполоняла пространство и время, так что Евлампий вскинул гвоздемёт полностью автоматически и нажал спуск.

Мощная пружина уже начала распрямляться? Или нет? Мозг только ещё начал понимать, что происходит, а рука будто сама по себе уводила ствол от намеченной цели.

Евлампий прикрыл глаза. Потом заставил себя открыть их: нужно было понять, совершил ли он непоправимое.

Девушка шла, кажется, невредима. Но не в ней дело…

Евлампий схватил бинокль.

Кот на её руках тоже был жив. Он немного странно подрагивал хвостом, но несомненно был жив.

Евлампий жестом подозвал Михаила. В зале было полно клиентов, но сейчас было не до того. Михаил, кажется, понял важность момента и быстро подошёл.

— Кто это? — Хриплым голосом спросил Евлампий, протягивая Мише бинокль.

Миша пригляделся.

— Невеста моя… А что?

— А на руках у неё?..

— Кот, да. Она говорила, что кота нашла. Хотела сюда привести.

— А почему такая грустная? Я чуть не убил её.

Миша покосился на Евлампия, будто тот сморозил какую-то чушь.

— Да не грустная… Обычная, вроде. Она к защите готовится.

Девушка тем временем приближалась к кафе, обходя трупы. Войдя, она глазами нашла Мишу и подошла к ним.

Миша представил их друг другу:

— Лена, это Евлампий. Он сюда просто зашёл, вот, разговорились. Евлампий, это Лена, моя девушка… Почти жена.

— Очень приятно. — Лена протянула руку, и Евлампий, растерявшись, поцеловал её. Тут же смутился и на всякий случай нащупал нож.

Лена же рассмеялась и переключилась на Мишу:

— Так, слушай, мне бежать надо. Собираю для Федотова статистику по городским прачечным. Я кота ко врачу водила, а там сказали, у него что-то внутри не то. Не то он киборг, не то призрак…

Евлампий оглядел кота, который вовсе не выглядел ни киборгом, ни призраком.

Кот в свою очередь внимательно посмотрел на Евлампия и строго спросил его:

— А ты кто?

Евлампий пожал плечами:

— Да как сказать… Подрабатываю, что ли. В этом году вот за уютом слежу… Ангел-хранитель, если можно так выразиться.

Кот перепрыгнул с Лениных рук к Евлампию и промурчал:

— Теперь я тут за уют отвечать буду. А то твоё художество — он махнул хвостом в сторону площади, где мелкий дождик уже размывал кровь по асфальту — ещё неделю отмывать будут.

И кот спрыгнул на пол, а Евлампий только сейчас заметил Мишу и Лену, смотревших на него выпученными глазами.

— А как это вы… с котом?

Евлампий прикрыл глаза. Только объяснять не хватало… Чтобы не соврать, он промямлил:

— Не знаю. А вообще мне пора. Кофе у вас неплохой, плед тоже. Теперь и кот есть… Сколько я вам должен?

Миша усмехнулся:

— Немного. Тут главное, чтобы мы у вас в долгу не остались. Будем считать, за счёт заведения… Только одна просьба, вы нам отзыв оставьте, ладно?

Евлампий улыбнулся в ответ:

— Обязательно. Кстати, взаимно. В смысле, вы мне тоже… отзыв… И я бы хотел взять что-нибудь на память об этом месте… У вас найдётся что-нибудь такое?..

Миша сходил на кухню и принёс керамическую кофейную чашечку. Евлампий покрутил её в руках: несмотря на толстые стенки, она была почти невесомой. Сбоку крупными мазками было написано число «18». Поверхность была шероховатой. Евлампий понюхал чашечку и ощутил лёгкий аромат, оставшийся после сотен гостей кофейни. Это была не просто чашка. Это…

Миша улыбнулся и тихо произнёс:

— Ручная работа.

Евлампий кивнул. Это был хороший сувенир.

Он медленно вышел на площадь, оглянулся. Лена показывала Мише на вывеску, очевидно намекая на ремонт.

Рядом старенький магазин с надписью «Турист». Кажется, именно в нём год назад ему подарили тот самый нож…

Откуда-то донеслось тарахтение пилы и вопли, будто кого-то этой пилой… Спустя секунду раздалось возмущённое мяуканье, и звуки пилы стихли.