Дом. Часть 2
Продолжение рассказа “Дом”. Начало — в части 1.
Лето. Раннее утро. Я сижу на кухне и пью кофе. Открыто окно и чувствуется утренняя прохлада. Я смотрю на тихий пустой двор, еще совсем рано и на улице никого нет. Как-то сами собой мысли улетели далеко-далеко в прошлое… такое далекое, что, кажется, этого никогда не было. Но в это утро я вспомнил свои ощущения, как будто это было вчера…
Раннее весеннее утро, я сижу на кухне в квартире одногруппницы. Забавно, я не помню, как ее звать, кажется, Женя. Открыто окно и весеннее солнышко уже совсем теплое. В дворе деревья уже оделись в нежно-зеленые платья. Время где-то 5 утра, и во дворе никого нет, тишина. Я не спал всю ночь и впал в какое-то странное состояние какой-то свободы и легкости. Мы вчера тусили после пар нашей маленькой компании, где-то гуляли, пили пиво, и в конце концов собрались у нее. Было весело, Тарас по имени Алексей постоянно шутил, девчонки смеялись заливисто. Маклауд, как обычно, травил анекдоты, у него, кажется, на каждое слово был анекдот. Нам было легко, у нас вся жизнь впереди. Как-то само собой я чуть вышел из всеобщего веселья. Было интересно смотреть за ними со стороны, я сидел, наблюдал и улыбался. Постепенно я замедлялся, они же разговаривали, двигались все быстрее. Видели ускоренную съемку в кино? Вот что-то подобное. Все начали потихоньку расходиться, хозяйка со своим парнем ушли в спальню и, кажется, про меня все забыли. Я выпал из этого мира ненадолго. Сидел в том же кресле и летал где-то в космосе. Этому способствовала и электронная музыка. Я нашел среди кассет нужную мне и надел наушники. Время летело и остановилось. Я сидел, пока не начало светать.
И вот я на кухне пью чай и смотрю в окно… Я все еще вне мира, и как-то удивительно интересно было наблюдать, как все просыпается. Вышел дворник и начал мести двор. Редкие прохожие начали появляться и спешить на работу. Видимо, время приближалось и к началу уроков, так как и дети спешили с ранцами в школу. Мир оживает, становится все шумнее, наполняется детскими голосами, гулом машин, далекими гудками. Обычная городская суета постепенно наполняет его, и как же здорово быть вне ее. Вот на кухню заходит кто-то, наверное, это Женя, хозяйка, она что-то мне говорит, кажется, удивляется, что я еще не ложился. Ее голос звучит откуда-то издалека, я, кажется, вроде что-то ей ответил. Но мысли мои летают по городу. Я тогда еще не думаю о людях, о судьбах, я слушаю сам город, и мне нравится его голос. Это не песня, не стихи, скорее сбивчивый рассказ, меняющийся по ритму и громкости. Я не помню, что было потом в этот день, как я ушел и куда я ушел, что делал. Он весь сжался в эти пару часов на маленькой кухне с открытым окном, в эту чашку с горячим чаем и этот полет. И вся жизнь еще была впереди.
Вся жизнь — громкие слова, которые можно говорить в глубокой старости, оглядываясь назад. Учеба, влюбленность, сын, работа. Как-то дальше в голове все замелькало быстро-быстро, быстрее света. Все было и радости, и печали, тревоги и мечты. Мелькает с невероятной скоростью. Невозможно остановить этот стремительный бег. Но все-таки он замирает в маленькой квартире обычным летним утром. Я сижу у открытого окна и наблюдаю, как мир просыпается, уже в который раз. Нет верного числа этим пробуждениям. Но именно тогда мои ощущения слились воедино с тем далеким весенним утром в чужой кухне в чужой квартире и моим полетом.
Я допиваю свой кофе, надо возвращаться, вливаться в эту городскую суету, и я знаю, что в этот день меня будет догонять это странное воспоминание.
Пойдем, оставим его в своих воспоминаниях. Немного странный получился завтрак, со временем. И мы идём дальше, мимо проплывают двери, за которыми так много всего. Как-то неожиданно вокруг все изменилось. Исчез коридор, исчезли двери. А я почему-то вспомнил бабушку. И подумал о том, что смерть сильно меняет людей. Я ее совсем не узнал на похоронах...
А бабушка научила меня резать помидоры! Это было весной, апрель. Шестой? Нет, наверное, все же седьмой класс. В нашем городке прошла новость о вероятном землетрясении, и родители решили отвезти нас с братом к бабушке в Семипалатинск...
И мне пришлось ходить в чужую школу и даже один раз на урок казахского языка. Но я нашел там приятеля, и он показывал мне окрестности. Как-то мы поехали на остров на реке Иртыш. Там была станция юннатов или лесничество, да и неважно. Там жил Лось! Именно так Лось с большой буквы. Я поразился, насколько это величественное животное. Он стоял и фыркал, а я протягивал ему ладошку с солью, которую лось слизывал горячим шершавым языком. Потом мы помчали бродить по заброшенной детской железной дороге, там даже станция маленькая была. Все заросшее вокруг, зелёное. И мы два исследователя, путешественника. Так мы набрели на приток Иртыша и решили отправиться дальше на плоте. Мы что-то такое соорудили ненадёжное, и я даже ступил на эту конструкцию ногой. И хорошо, что одной, я чуть не плюхнулся в воду. Путешественники ))
В очередной обычный день по пути из школы я заметил фургон, в котором принимали макулатуру. Я помчался домой и выгреб все газеты, журналы, тетрадки. Вероятно, даже что-то очень нужное захватил. Притащил все это к фургону... И заработал... Книгу Жюля Верна «Таинственный остров». Интересно, она все так же стоит в шкафу у родителей? Я прочитал ее раз десять точно! Да к 6–7-му классу я уже любил читать. А вот какая книга точно осталась, так это «Алиса в стране чудес». Я её взял почитать в школьной библиотеке и не смог с ней расстаться. Недавно листал ее, да вот на первом развороте стоит штамп школы.
И снова дни сменяют друг друга. Бабушка договорилась с учительницей математики меня подтянуть. Она была совсем молодая, и мы иногда разговаривали на отвлеченные темы. Интересно, в этих разговорах я вдруг понял: для меня есть цветные книги и черно-белые. Нет, даже серые, тусклые, не в плане типографии, конечно. Это знание со мной живёт до сих пор. Но родилось оно тогда, в обсуждении с молодой учительницей книг и восприятия прочитанного.
Обычный день. Точно выходной, я не ходил в школу, я сижу на диване и читаю, брат играет на полу. Бабушка что-то готовит. И тут грохот, и люстра начинает качаться как маятник. Я-то ничего не понимаю, а вот бабушка точно поняла. И испугалась, и решила, что я тоже испугался. «Это всего лишь грузовик большой проехал», — говорит она ничего не понимающим нам. Вот так нас увезли от землетрясения ровно в него же, только на другом конце страны.
Я оглянулся. Нет, все так же вокруг коридор, толстый ковер под ногами, на стенах тусклые светильники. Смотри, лестница, ее здесь вроде не было. Мы поднимаемся и упираемся в странно мерцающую дверь, а из-за нее слышится шум города...
