День учителя

Небольшой городок N затерявшийся на наших необъятных просторах жил себе спокойно, удачно уворачиваясь от новомодных государственных программ, федеральных трасс и прочих инноваций. Мэром городка был местный уроженец — Сидоров Алексей Иванович, сделавший первый вдох здешним маслянистым воздухом, настоянным на сосновой хвое и крепком отваре чаги. Он руководил городом уже восьмой год и был похож скорее на шерифа из западных фильмов, чем на чиновника. Сидоров любил прогуляться пешком по улицам, зайти в магазинчик или кафе, запросто пообщаться с гражданами, из которых многих знал лично. И слыша иногда уважительное: «Иваныч», его непритязательная душа наполнялась добрым покоем.

Но сегодня было не до покоя. Он тоскливо посмотрел на календарь. «Пятое сентября… Остался месяц… — тяжело подумал он. — А до пенсии еще 54 дня…» Нехорошо свело живот. Мэр поморщился и посмотрел в окно. Осень только начиналась, было солнечно и тихо. Он снова вздохнул: «Через месяц всё будет по-другому…»

Запищал селектор. Сидоров вздрогнул и нажал кнопку: «Алексей Иванович, — промурлыкала Зиночка, — все уже собрались». Мэр посмотрел на часы и, настраиваясь на рабочий лад, выдохнул: «Зови!»

В кабинет бодрым шагом зашли знакомые всему городу лица: Овечкин — его зам по оргвопросам, начальник полиции Васильев, руководители городского общепита и МЧС; последним появился главврач местной больницы Артемьев, аккуратно закрывший за собой дверь. Когда все, наконец, расположились за столом. Сидоров начал твёрдым голосом:

— Цель нашего совещания, думаю, понятна, — присутствующие нервно закивали. — День учителя! Международный, мать его, день! Нет необходимости объяснять, что это значит! Наши бедные, истощенные морально и физически, почти все с хроническими болячками…

— Семьдесят шесть процентов, — услужливо вставил главврач.

— Вот, вот, — вернулся к мысли Сидоров. — Находятся на передовом рубеже воспитания наших, — он запнулся, — детей. И неудивительно, что этот день они считают своим законным, скажем так, днем отдыха… со всеми, скажем так, издержками… Да! — повышая голос и пресекая робкие возражения, — продолжил мэр, — сгоревший в прошлом году плавучий ресторан «Отдых» — издержки. Слава богу, утонул он тихо, как будто и не было ничего. И, кстати, готовили там не очень, — к чему-то добавил он. — Итак! Прошу высказываться. Планы, скажем так, наших визави, известны?

— Конечно! — вскочил зам. — Держим руку на пульсе! — он довольно улыбнулся. — Обе школы планируют праздновать в «Тереме». Ну, там, где свадьба у сына нашего батюшки гуляла.

Все присутствующие одобрительно зашептались, вспоминая веселый вечер с массой неприличных, но добрых конфузов.

— И какова же программа? — устанавливая тишину, отчеканил Сидоров.

— Сбор в 17.00 у школ. Далее трансфер в ресторан, — блеснул Овечкин. — В главном зале столы буквой «П». На сцене поставят два шеста, пилона. Мужских.

— А что, различия есть? — не удержался главврач.

— Не знаю, — не смутился Овечкин. — Там, стриптизеры темнокожие планируются…

— Только голых негров нам не хватало! — возмутился начальник полиции.

— Дальше! — ледяным тоном осадил его Сидоров.

— Дальше как обычно… — чуть замешкался зам, — много водки, закуски, горячее, битье посуды, локальные драки, танцы и стриптиз. Возможна стрельба по бутылкам, — все посмотрели на начальника полиции, — уточняем.

— Что с владельцем «Терема», как его… — наморщил лоб мэр.

— Мамедов! — подсказал начальник общепита.

— С Мамедовым беседу провели, — продолжил Овечкин. — Со страховщиками договорились. На капремонт смета готова. Подрядчики обещают восстановить кафе за два месяца, если стекла нужного размера привезут.

— Ясно, — одобрительно кивнул Сидоров. — Дальше.

— Дальше — огненное шоу и фейерверки. Фура с пиротехникой проплачена.

Сидоров строго посмотрел на начальника МЧС. Тот вскочил:

— Уже работаем! Проложили водовод по временной схеме, питание автономное, от генераторов. Брандспойты проверили, пенные стволы возьмем из резерва. Хорошо бы прилегающие дома обесточить и жителей эвакуировать...

— Это вообще не обсуждается! — рявкнул мэр. — Кстати, там бесполетная зона не понадобится?

Воцарилось молчание.

— Да нет, — нашелся эмчеэсовец. — Вертолет во всей округе только один, и тот у нас. А трассы воздушные над нами не проходят.

— Ну, хоть здесь повезло, — кисло сказал Сидоров. — Что там еще, наши… уважаемые педагоги надумали. Точнее, завучи эти.

Повисла пауза. Все собравшиеся живо представили себе обоих завучей.

Ольга Васильевна, школа номер «5»: добрая на вид толстушка, но только для тех, кто не видел её в гневе. По рассказам очевидцев, от её крика вдребезги разлетались стоваттные лампочки. И, конечно, Виолетта Сергеевна, школа номер «8»: любительница рептилий, черных платьев и Вагнера. Та, никогда не повышала голос, но мурашки от её взгляда проходили не скоро. Последний инцидент с инсультом у районного проверяющего, все помнили хорошо. Как сказал поэт: «лёд и пламень». Но когда они встречались, оказывалось, что эти странные пазлы идеально совпадают, да так, что воздух вокруг густеет и замирает от жуткой, леденящей душу, гармонии.

— И ещё… — прокашлялся Овечкин. — Они это… Васюкова планируют сжечь.

— Как сжечь?! Это ж!.. Нельзя это! — истерично крикнул Сидоров.

Все стали возмущаться одновременно. Васюкова жалко не было — всех пугали последствия. И стыдно признаться: у каждого в душе шевельнулся злорадный чертик. Ох, уж этот Васюков…

Саша Васюков был отпетым хулиганом и грозой обоих школ. Туповатый, рыжий восьмиклассник, за метр восемьдесят, абсолютно неуправляемый. Он курил на каждой перемене и разговаривал в основном матом. Каждый, каждый (!) раз выходя из кабинки школьного туалета, он кидал рулон туалетной бумаги в унитаз и глумливо отламывал водопроводный кран. Управы на него не было. Вопиющая толерантность, помноженная на мгновенную доступность любой жалобы, где изначально прав был «бедный ребенок», сделали из него монстра. И что еще хуже — это привело к появлению массы последователей и подражателей.

— Вы не так поняли, — разрядил напряженность Овечкин. — Они заказали копию Васюкова. Восковую. В натуральную величину. С его ухмылкой! И торжественно её сожгут!

Все понемногу выдохнули.

— А потом будут катятся по тому, что останется на танке.

— На каком танке?! — подпрыгнул Сидоров.

— На «Т-80»! Модернизированном! — гордо сказал зам.

— Танк-то откуда?! — взвизгнул начальник полиции.

— Пелипенко обещал. У него их много!

— Полковник! Командир воинской части! Как?! Как можно военное имущество гражданским давать?! — негодовал мэр.

— Так у него дочки-близняшки, в этом учебном году ЕГЭ пишут! — пожал плечами зам. — Куда тут денешься? Зубами поскрипел и дал. Обещал мне, правда, холостые болванки подложить...

Сидоров обреченно откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. «Господи… еще и танк… — тупо стучало в голове, — плакала пенсия… А, ведь даже день города удачно проскочили… Может батюшку попросить, пусть по своим небесным каналам как-то попробует…»

Все присутствующие замерли в ожидании. В кабинете стало тихо.