Скачок в другую параллель
— Ах! Как не хочется вставать!— пробормотала Роза, услышав пронзительный вопль будильника и протянула руку, к захлёбывающимся истеричным пиликаньем часам.
— Заткнись! — сердито прошипела она и нажала на кнопку, встроенную в их корпус.
Она отбросила одеяло и, пошарив босыми ногами по холодному полу, всунула ступни в тапочки. Опасаясь, что яркий электрический свет может её ослепить в потёмках, Роза не стала включать люстру и побрела в предрассветных сумерках по коридору в ванную.
« Делать нечего, — обречённо вздохнула по дороге она, — работа — есть работа. Она приходит и уходит, а кушать хочется всегда».
Умывшись, Роза отправилась на кухню. Там она всё-таки включила свет. Потом сварила кофе, налила его в чашку, положила на тарелку кусок домашнего кекса с изюмом и, усевшись за стол, принялась завтракать.
— Господи! Что же это за жизнь беспросветная такая!? — посетовала она, допив кофе.
Встав из-за стола, она помыла чашку. Потом приготовила бутерброды, которыми собиралась перекусить во время обеденного перерыва на работе, и вернулась в комнату.
— Эй! — сказала она, посмотрев на портрет мужа, трагически погибшего много лет тому назад, висящий на стене, — как ты там?
Но муж не ответил ей. Он смотрел на неё невидящими ярко-синими глазами и молчал.
— Когда я умру, мы обязательно встретимся, — сглотнув колючий ком слёз, подступивший к горлу, пообещала Роза, и взяв с комода гребень, принялась расчёсывать свои длинные каштановые волосы.
— Скорее бы уж это произошло! — всхлипнула она, с тоской глядя на изображение супруга, а потом спросила, — ты же ждёшь меня там?
Роза собрала волосы в пучок.
— Я не боюсь смерти, — продолжила она, — ведь меня тут уже ничего не держит. Наш сын вырос. Я ему больше не нужна. А там мы с тобой снова будем счастливы.
Причесавшись, Роза натянула белую водолазку, влезла в строгие чёрные брюки и надела узконосые лодочки. Накинув ремешок сумки на плечо, она направилась к двери.
— Костя, — позвала она, — закрой за мной!
В ответ на её зов раздался тихий скрип софы. А потом в коридор вышел сын Розы. С полузакрытыми глазами он поцеловал её в щёку и сонно пробормотал:
— Удачи, мам!
— Спасибо, дорогой, — улыбнулась Роза, а затем назидательно добавила, — Ты просыпайся уже. Не то опоздаешь в институт.
— Не опоздаю, мам, — отмахнулся от неё сын, — мне сегодня ко второй паре.
Вслед за этим он, щёлкнув замком, открыл входную дверь.
— Пока! — сказал он.
— Пока, — отозвалась Роза и, выпорхнув на лестничную площадку, устремилась вниз по ступенькам.
Выбежав из подъезда, она направилась в сторону автобусной остановки. Задержавшись у светофора, Роза подождала, когда его жёлтое око, моргнув, стало зелёным, а потом предусмотрительно посмотрела налево. Увидев ряд машин, смиренно ждущих, пока пешеходы перейдут на противоположную сторону шоссе, она не торопясь пошла по «зебре».
« Это, случайно, не мой автобус»? — подумала Роза, всматриваясь в номер ЛИАЗа, стоящего на остановке.
Но увидеть этот номер Роза не успела. Внезапно она ощутила мощный удар в бок и хруст собственных костей. Потом она почувствовала, как что-то железобетонное подминает её под себя, расплющивает по асфальту, выдавливает внутренности, заставляя захлёбываться собственной кровью, фонтанирующей изо рта.
« Господи»! — задыхаясь от боли, попыталась крикнуть Роза, но не смогла. В этот момент свет померк в её глазах. Она только успела подумать: «Это всё»!
И умерла.
Раздавленное грузовиком тело Розы, лежало на асфальте в луже крови. Рядом валялась сумка, из которой выпал пластиковый контейнер с бутербродами, косметичка и кошелёк. Её большие карие глаза смотрели в небо, но уже не видели его. Между тем несколько человек столпились вокруг её обезображенного трупа.
— Какой ужас! — воскликнул один из них.
— Да, — вздохнула блондинка, стоящая рядом с ним. Потом она оглядела толпу и спросила:
— Кто-нибудь запомнил номер грузовика, убившего эту женщину?
Но номера никто видел. Грузовик промчался на такой бешеной скорости на зелёный свет, что его невозможно было разобрать.
— Я заметил, что за рулём сидел чернявый мужик! — раздалось из толпы, — у него глаза были синие.
— Номера не рассмотрел, а цвет глаз увидел, — укорил его другой голос.
— Да они как горелка ацетиленовая сверкнули, — попытался оправдаться обладатель первого голоса.
Тем временем толпа разрослась. Движение на дороге остановилось. К месту ДТП подъехала полиция и скорая помощь. Но помочь погибшей женщине было уже невозможно.
Вдруг из толпы раздался истошный вопль.
— Мама! — срывая голос, закричал высокий темноволосый молодой человек, только что подошедший к толпе и протиснувшийся в её центр.
— Вы знаете эту гражданку? — спросил юношу полицейский.
— Это моя мать, — давясь слезами, ответил молодой человек, а потом простонал, — Господи! Она только что была жива, собиралась на работу и пила кофе. А теперь её нет!
« Я умерла? — поразилась Роза, а потом разочаровано подумала, — странно, а мне смерть представлялась совсем по-другому. Мне казалось, что умерев, люди попадают в иную реальность, где их встречают те, кто давно их ждёт по ту сторону жизни. А меня никто не встречает. И я осталась всё в том же мире, в котором и раньше жила».
Но продолжить анализ своего посмертия, Роза не успела. Её размышления прервал душераздирающий вопль собственного сына. Обернувшись, она увидела его, склонившегося над её трупом.
« Эко меня размазало! — изумилась Роза, рассматривая своё изуродованное тело, — меня, наверное бы стошнило от этой картины, если бы я была жива, настолько она ужасна».
Между тем, Костя, обезумевший от горя, рыдал над телом своей матери. Его горе было настолько сильным, что Роза вдруг ясно осознала, что зря решила, что больше не нужна сыну.
— Нет! — в ужасе воскликнула она, — мне рано умирать! Я должна жить!
Она изо всех сил затрясла сына за плечо, пытаясь дать ему тем самым понять, что находится рядом. Но он не почувствовал этого.
— Господи! — в отчаянии закричала она, заломив руки, — сделай что-нибудь! Господи!
— Господи! — услышала Роза свой истошный крик, увидев, как невесть, откуда взявшийся грузовик на сумасшедшей скорости промчался, буквально в сантиметре от неё. Рефлекторно отпрянув, Роза вся похолодела, поняв, что только что чуть не погибла. На подгибающихся ногах она побрела по «зебре» на противоположную сторону шоссе к автобусу.
« Этот ненормальный чуть не задавил меня», — в ужасе подумала она, устраиваясь на сиденье. А потом впала в ступор. Перед её глазами, как в стоп-кадре, застыло изображение грузовика, промчавшегося мимо неё.
« Боже мой! — испуганно подумала она, — откуда он взялся? Ведь его же не было среди автомобилей, стоящих у перекрёстка»?
Затем она поймала себя на мысли, что помнит, как грузовик наехал её. Как потом она харкала кровью в предсмертных конвульсиях, как трещали, ломаясь, её кости под колёсами. Это воспоминание было настолько ярким, что Розе показалось, что она сейчас находится одновременно в разных временных и пространственных параллелях. В одной — на дороге остывает её труп, а в другой — она привычно едет на работу в автобусе.
« Что это было? — потрясённо подумала Роза, — почему я так отчётливо помню свою смерть»?
Она украдкой ущипнула себя за коленку, пытаясь убедиться в том, что жива и невредима. Но вместе с тем она продолжала ощущать все подробности своей гибели.
« Кошмар какой-то»! — поёжилась она и мотнула головой, пытаясь отделаться от страшного воспоминания, где она только что умерла.
Именно в этот момент это воспоминание, вдруг странно дёрнулось в её воображении. А затем стало медленно меркнуть. Потом оно неожиданно скукожилось и уменьшилось до таких размеров, что внешне стало походить на тонкую сухую веточку. Это сходство было настолько реальным, что Роза вдруг отчётливо услышала лёгкий треск и увидела как эта веточка, вздрогнув, надломилась, оторвавшись от чего-то огромного, неведомого и необъяснимого. Затем она стала медленно падать куда-то вниз, в какую-то бездну до тех пор, пока не исчезла из вида.
Пытаясь отогнать это необычное видение, Роза посмотрела на свои наручные часики, чтобы убедиться, что не опаздывает на работу, и ахнула. Она увидела, что стекло на них, на котором была небольшая трещинка, оказалось целым. А ещё она обнаружила, что её ногти на пальцах накрашены не розовым лаком, которым она обычно пользовалась, а перламутровым.
« Что это? — растерялась Роза, изумлённо разглядывая маникюр — откуда этот лак взялся на моих ногтях»?
А потом до неё дошло, что случилось.
« Я каким-то чудом избежала неминуемой смерти, — догадалась Роза, — и сумела перескочить в параллельный мир, где всё точно такое же, но не совсем. И где грузовик проехал мимо меня».
Вслед за этим Роза вдруг поняла, вспомнив, падающую в бездну веточку, что та реальность, в которой она погибла, удивительным образом перестала существовать.
« Там не стало ничего: ни прошлого, ни будущего, ни настоящего. Там больше никого нет, ни меня, ни Кости — никого», — озарило Розу.
« Но, как это произошло»? — спросила она себя. И тут же вспомнила, как закричала после того, как умерла: « Господи! Сделай что-нибудь»!
От этой мысли Розе сначала стало холодно, а потом так жарко, что она вся покрылась потом.
« Господь услышал меня, — догадалась Роза, — и позволил мне перескочить из одной реальности в другую, чтобы я осталась жива».
Чувство неописуемой благодарности охватило всё её существо.
— Спасибо! — благоговейно прошептала она.
Отвернувшись к окну, Роза подумала: « Надо жить дальше. Всё моё — здесь. А за роковой чертой меня никто не ждёт».
Достав мобильник из сумочки, она набрала дрожащими пальцами номер сына.
— Костя, — тихо сказала она в трубку, стараясь, говорить спокойно, — когда будешь переходить улицу, будь осторожнее. На дороге очень оживлённое движение.
