Спасибо за стрим. Очень интересно было смотреть.
Особенно про мой рассказ, конечно, поскольку любопытно было послушать трактовки происходящего. Всё же я ничего там особо не придумывал — записал сон в режиме «как есть». Так что в понимании событий мы с обзорщиками были в более-менее равных условиях. С поправкой на то, что я видел происходящее от лица POV, а они о нём только читали.
Полагаю, «план Б» Ротри был гораздо проще — честно заявиться адвокатом Ирьи, раз уж праздник позволял это сделать. Он полагал, что его в худшем случае захватят — всё же он пришёл открыто говорить от имени клана, по сути как парламентёр. Но Ирью по правилам пришлось бы освободить в любом случае. (Примерно такое развитие событий предполжил и мастер серой охоты.) Однако когда Ротри открыто объявил клан, магистр сразу трухнул и выстрелил, резко ухудшив ситуацию. Всё же Янрамаа, насколько я понял из сна, это не оборотни как таковые, а просто что-то вроде «старообрядцев». Там более пёстрая публика. И живут они по законам, которые орден не знает. Когда Магистр нарушил одновременно и закон гостеприимства (убил гостя на пиру), и нанёс оскорбление всему клану (убил парламентёра), это привело к тому, что в волколаков начали обращаться все непричастные к греху, чтобы покарать нарушителей. Вероятно, с угасанием силы клятвы вернутся к человеческому облику, но этого мне во сне уже не показали. Такой вот закон в этом мире. Исмо считал, что это воля местных четверых, но я не могу точно сказать, так ли это, или он так интерпретировал.
Если мне в моём «снотеатре» ещё что-то из того мира покажут — запишу. Но пока уже два года как ничего оттуда не было. :(
Закон Мерфи работает только в одну сторону — опять буду смотреть стрим урывками, поскольку на его время выпадает очередной квиз, куда заявлена моя команда. Обычно они проходят по средам или четвергам. Но в день предыдущего стрима перенесли на вторник, а в этот раз на пятницу.
И ведь телефонами на квизе пользоваться нельзя — считается жульничеством, караемым дисквалификацией команды. Только в перерывах между турами.
Возможно, имеет смысл подумать о «заморозке» оценок для публикаций выходящих из режима анонимности. Или об отдельном зачёте оценок для таких публикаций.
Тема жуткая — правил нет. Все судьи изобретают свои, чтобы карать за них.
Я был честен, не пытаясь скрыть свои неявные правила — устроил себе внутреннего Билли Миллигана и судил каждый стих коллегией внутренних присяжных. :)
Дабы дурость каждой моей оценки видна была в разрезе.
Я бы с вами согласился, если бы не парочка горьких но.
Во-первых, такую находку уже массово совершили нейросети. Нейросеть часто берёт только итоговое состояние героя и обвешивает его эмоциональными крючками, мотивируя читателя самого домысливать всё остальное. Текстов по такой схеме уже настолько много, что они чисто из-за количества воспринимаются как менее ценные, даже если написаны человеком.
Во-вторых, я писал не о рамках замысла, а о рамках его трактовки. Исходя из концепции смерти автора, я как читатель берусь совершить некоторую работу при чтении текста. Но если результат этой работы легко проходит валидацию текстом, в каком бы направлении я ни пошёл — это обесценивает саму работу. Да, такой текст получает условные баллы за универсальность, но штрафные за точность. Это, разумеется, субъективно, но лично для меня текст оставляет вопрос «а зачем я это прочитал» без хоть какого-то весомого ответа, поскольку историй о палачах перед смертью я прочитал и посмотрел не один десяток. И ничего нового излишне универсальный текст мне не дал.
Это и есть клише, причём использованное хуже, чем оригинальное. Оригинальное предполагало всё же задействовать текущие общественные нормы восприятия. А тут весь веер возможностей выдан читателю.
Я расцениваю это как некорректный литературный приём — вместо какой-то, пусть даже широкой, но единой авторской мысли читателю предоставляется полная свобода домысливания. В тексте отсутствует какая-либо структура по которой эти домыслы можно было бы проверить на внутреннюю непротиворечивость.
Особенно про мой рассказ, конечно, поскольку любопытно было послушать трактовки происходящего. Всё же я ничего там особо не придумывал — записал сон в режиме «как есть». Так что в понимании событий мы с обзорщиками были в более-менее равных условиях. С поправкой на то, что я видел происходящее от лица POV, а они о нём только читали.
Полагаю, «план Б» Ротри был гораздо проще — честно заявиться адвокатом Ирьи, раз уж праздник позволял это сделать. Он полагал, что его в худшем случае захватят — всё же он пришёл открыто говорить от имени клана, по сути как парламентёр. Но Ирью по правилам пришлось бы освободить в любом случае. (Примерно такое развитие событий предполжил и мастер серой охоты.) Однако когда Ротри открыто объявил клан, магистр сразу трухнул и выстрелил, резко ухудшив ситуацию. Всё же Янрамаа, насколько я понял из сна, это не оборотни как таковые, а просто что-то вроде «старообрядцев». Там более пёстрая публика. И живут они по законам, которые орден не знает. Когда Магистр нарушил одновременно и закон гостеприимства (убил гостя на пиру), и нанёс оскорбление всему клану (убил парламентёра), это привело к тому, что в волколаков начали обращаться все непричастные к греху, чтобы покарать нарушителей. Вероятно, с угасанием силы клятвы вернутся к человеческому облику, но этого мне во сне уже не показали. Такой вот закон в этом мире. Исмо считал, что это воля местных четверых, но я не могу точно сказать, так ли это, или он так интерпретировал.
Если мне в моём «снотеатре» ещё что-то из того мира покажут — запишу. Но пока уже два года как ничего оттуда не было. :(
И ведь телефонами на квизе пользоваться нельзя — считается жульничеством, караемым дисквалификацией команды. Только в перерывах между турами.
Вечная классика.
Посмотрел на кое-чей диплом победителя НФ_2026. Посмотрел на своё двойное попадание на стрим. Сравнил по требованиям к броскам на удачливость.
Там, куда отправляются дуэлянты,
дорогисроки не нужны!Я был честен, не пытаясь скрыть свои неявные правила — устроил себе внутреннего Билли Миллигана и судил каждый стих коллегией внутренних присяжных. :)
Дабы дурость каждой моей оценки видна была в разрезе.
Во-первых, такую находку уже массово совершили нейросети. Нейросеть часто берёт только итоговое состояние героя и обвешивает его эмоциональными крючками, мотивируя читателя самого домысливать всё остальное. Текстов по такой схеме уже настолько много, что они чисто из-за количества воспринимаются как менее ценные, даже если написаны человеком.
Во-вторых, я писал не о рамках замысла, а о рамках его трактовки. Исходя из концепции смерти автора, я как читатель берусь совершить некоторую работу при чтении текста. Но если результат этой работы легко проходит валидацию текстом, в каком бы направлении я ни пошёл — это обесценивает саму работу. Да, такой текст получает условные баллы за универсальность, но штрафные за точность. Это, разумеется, субъективно, но лично для меня текст оставляет вопрос «а зачем я это прочитал» без хоть какого-то весомого ответа, поскольку историй о палачах перед смертью я прочитал и посмотрел не один десяток. И ничего нового излишне универсальный текст мне не дал.
Я расцениваю это как некорректный литературный приём — вместо какой-то, пусть даже широкой, но единой авторской мысли читателю предоставляется полная свобода домысливания. В тексте отсутствует какая-либо структура по которой эти домыслы можно было бы проверить на внутреннюю непротиворечивость.