Предчувствие счастья - Часть 2

Глава 3

В этот вечер все уже спали, а Бэлла сидела в темноте с бокалом вина. Воспоминания, реальные или придуманные, разве теперь можно отличить, не давали покоя.

Тогда, много лет назад, она потеряла голову из-за Сашки. В нём не было ничего особенного. Совсем ничего, кроме насмешливой улыбки на по-детски пухлых губах, и искорок в чуть прищуренных золотисто-карих глазах, которые притягивали её как магнитом. Она думала о нём не переставая, везде, даже на лекциях, чуть не провалив сессию.

Сашка встречал её у института после занятий, и они шли гулять - по Невскому, вдоль набережной Мойки, по Летнем Саду. Изредка останавливались, прижимались друг к другу и целовались, не замечая никого и ничего вокруг. В Летнем Саду было пусто, их окружали только заснеженные скамейки и забитые до весны в деревянные ящики статуи. Снег падал бесшумно мягкими крупными хлопьями.

- Сашка, у тебя шапка свалится!

- Да ну её, только мешает! - и меховая шапка полетела прочь, в снег.

- Дурак, ты простудишься! Надень шапку!

- Ни за что!

Снег запорашивал его взлохмаченные тёмно-русые волосы, а он целовал её, всё дольше и жарче, и так сладко, как никто потом не целовал. Он распахнул куртку, и Бэлла прижалась к его горящему телу, согреваясь его теплом.

В своей уютной гостиной, Бэлла сидела на диване подобрав под себя босые ноги, переживая этот давний вечер будто он случился вчера.

Ведь Сашка заболел после этого, простудился не на шутку, и они не встречались целую неделю. Зато висели на телефоне часами. Один на всю квартиру телефон стоял в коридоре. Бэлла как могла плотнее прикрывала дверь, чтобы родители, смотревшие телевизор в соседней комнате, не слышали разговора. О чём можно болтать часами? Говорила, в основном, она, а Сашка терпеливо слушал и иногда вставлял замечания, всегда к месту.

Потом он поправился, и они опять целовались по тёплым парадным. На кино и на кафе не было денег. Но разве это важно? Их ласки становились всё нежнее и откровеннее: его расстёгнутая рубашка; прикосновения прохладных шершавых, но не грубых, пальцев к её груди под лифчиком. У Бэллы мутилось в голове, не хватало воздуха, дыхание становилось частым и прерывистым.

Иногда шли гулять втроём с Борькой. Они с Сашкой шли в обнимку, а Борька, высокий и тонкий, как линейка, вышагивал рядом, отпуская свои двусмысленные шуточки.

- Ну ты даёшь, Сашка, гуляешь с маленькой девочкой! Не знаю, что ты с ней заморачиваешься!

- Ты ничего не понимаешь в девушках! - смеялся Сашка и обнимал Бэллу крепче.

А Бэлла густо краснела: неужели по ней видно, что она ещё ни разу? Она знала, что у Сашки был опыт. Какой - он ей не говорил. Он вообще мало рассказывал о себе.

В тот вечер они сидели на кухне в Борькиной квартире и пили чай.

- Где твой папа? - спросила Бэлла. Мамы у Борьки не было.

- Он на работе, - при этом Борька переглянулся с Сашкой, и тот, взяв Бэллу за руку, увлёк в коридор, а потом в Борькину комнату.

Они повалились на кровать, наконец-то одни, и уже не стеснялись ничего. Сашка избавился от лифчика и целовал ей грудь, его руки блуждали между её бёдрами, стягивая колготки. Всё внутри наполнилось теплом. Бэлла расслабилась, почувствовала как в ней нарастают волнение и возбуждение, как её тело подаётся вперёд, навстречу Сашкиному. В этот момент, за секунду до близости, Бэлла осознала, что вот сейчас оно, то самое, и произойдёт, и непроизвольно сжала колени.

- Не надо, Саш, я не хочу! - эти слова вырвались сами по себе, откуда-то из глубины ещё не до конца отключившегося сознания.

Сашка остановился и скатился с неё на кровать. Несколько мгновений он молчал, а когда заговорил, голос звучал чуть более хрипло, чем обычно, но спокойно:

- Бэлка, оденься и иди к Борьке.

- Саш, ты не обиделся? - Бэлла чувствовала себя всё глупее и противнее.

- Всё нормально, иди к Борьке.

Кое-как приведя в порядок одежду, она осторожно вышла в коридор. Когда вошла в кухню, Борька сидел за столом уставившись на старенькую скатерть в цветочек. Всё в его квартире было потёртым и неухоженным - сразу бросалось в глаза отсутствие женского внимания. Борька выглядел, как она себя чувствовала - пришибленным и растерянным. Ей даже показалось, что он плакал, хотя это было совершенно невозможно. Он криво усмехнулся, придумывая очередную издевку, но вдруг передумал:

- Бэл, у тебя волосы растрепались. Иди в ванную, там, если надо, мамина расчёска стоит. - И торопливо добавил: - Не бойся, она чистая.

Бэлла вошла в ванную и ужаснулась своему отражению в зеркале - волосы были растрепанны, а тушь потекла, оставляя на горящих огнём щеках чёрные бороздки. Она включила холодную воду и приложила ладони к лицу. Потом смыла тушь, взяла из стаканчика расческу и привела в порядок волосы. Все это она делала машинально, не соображая. Поверх шума воды из кухни доносились громкие голоса парней. Борька что-то орал, и даже обычно спокойный, как танк, Сашка, отвечал на повышенных тонах.

Меньше всего Бэлле хотелось выходить из ванной и смотреть Сашке, да и Борьке, в глаза. Сашка поступил благородно. А она? Позволяла ему почти всё, голову морочила, а как до дела, так «не хочу»? И ведь хотела же, так почему? Она не сомневалась, что любит Сашку. Но где-то в мозгу сверлило: «Я ещё не готова выйти замуж, иметь ребёнка! Мне надо учиться, у меня планы на будущее. В конце концов, я боюсь, что будет больно!».

Приведя лицо и волосы в порядок, Бэлла наконец-то вошла в кухню. Ребята, как ни в чём не бывало, пили чай.

- Выпьешь чаю? А потом я тебя домой провожу.

- Хорошо, - и Бэлла, приняв из рук Сашки протянутую чашку, присела к столу.

Провожать её поехали и Сашка и Борька, а потому никакого объяснения не получилось. На следующий день Сашка, как всегда, встретил её после занятий и они пошли гулять. Начиналась весна, в воздухе повеяло теплом, и под ногами весело хлюпали лужи. Они опять оказались в Летнем Саду, таком же пустынном и холодном, но уже без снега. Сашка уселся на мокрую скамейку и усадил Бэллу к себе на колени. Ей было так удобно и уютно. Разговаривать о том, что произошло, не хотелось совсем. Но Бэлла пересилила себя:

- Саш, вчера, у Борьки, я просто испугалась. Потому что... я ни с кем раньше... но я хочу с тобой!

- Бэл, тебе это не надо.

Сашка сказал это спокойно, как нечто не подлежащие сомнениям.

- Надо! Мне нужен ты!

- Я никуда не денусь, - и он нежно погладил её щёку.

- Я знаю, что парни не хотят просто так встречаться. Я не хочу потерять тебя.

- Никогда не делай ничего из-за кого-то. Делай только для себя.

Сашка поцеловал её, и Бэлла с удовлетворением подумала, что не ошиблась в нём - он самый лучший.

Глава 4

«Инка, я нашла!»

«Что нашла?»

«Не что, а кого - Борьку, а он дал мне Сашкин e-mail».

«Ну? Ты написала ему?».

Бэлла с Сашкой ссорились, расходились и опять начинали встречаться три или четыре раза. При каждом расставании, Бэлла умирала внутри. Ей было так тошно, что хотелось шагнуть под первую попавшуюся машину. Но она звонила Инке, часами рыдала в трубку, и перекладывала на подругу частичку своей боли.

Через всё это, Бэлла пребывала в твёрдой уверенности, что она для Сашки - особенная, не такая, как другие девушки с которыми он был. Хотя он никогда не упоминал никаких девушек. Для Бэллы его жизнь была тёмным омутом, для него её - открытой книгой.

Прошло время, чувства утихомирились, у Бэллы появилась новая компания и другие парни. Сашка стал другом, которому можно всё рассказать, и он всегда найдёт нужные слова. А потом Бэлла встретила Алекса, и звонки Сашке прекратились сами собой. Память о любви осталась. Инка была свидетельницей всего и знала почти всё.

«Я ему ещё не написала, я боюсь».

«Вам обоим уже не восемнадцать и даже не двадцать пять. Чего ты боишься? Ты ждешь моего разрешения? Поддержки?».

«Ага. Скажи мне, что я не сумасшедшая».

«Ты не сумасшедшая».

«Спасибо! Поцелуи и сердечки».

Но она всё же не решалась. Неожиданно пришло сообщение от Борьки:

«Бэлла, извини, я не хотел тебе грубить. Давай общаться».

«Конечно, расскажи мне, как ты проводишь дни».

«Не поверишь, но в основном на работе. Бизнес отнимает почти всё время. Иногда езжу отдохнуть на море».

«Я уже давно никуда не ездила. Как-то не получается».

«Кем работает твой муж? Какой он?».

«Он юрист. У меня есть сын».

«Ты не хочешь созвониться?».

«Хорошо, на днях. Подружись со мной на Фейсбук, и я смогу тебе позвонить с мессенджера».

Только через неделю Бэлла собралась с духом и написала сообщение одновременно, как ей казалось, доброжелательное и ненавязчивое:

«Привет, Сашка! Это Бэлла. Я знаю, что давно не выходила на связь, но вот списалась с Борькой, и он дал мне твой адрес. Хотелось узнать, как у тебя дела».

Она с дрожью в сердце нажала иконку изображавшую маленький бумажный самолётик, и отправила сообщение в эфир. Оставалось ждать, что было невыносимо.

«Инка, прошло уже несколько часов, почему он не отвечает?».

«Не сходи с ума, мы же договорились, что ты не будешь так нервничать».

«Я постараюсь. А вдруг в спам попало, и он его вообще не увидит?».

«У меня тут на работе завал, мне бы твои проблемы!».

«Сердечко, цветы, дзен».

Ответ от Сашки пришёл поздно вечером:

«Привет! Очень рад от тебя услышать. Ты же знаешь, я не люблю в письменном виде. Позвони мне в Фейстайм, используй e-mail. Жду».

Почему так закружилась голова и стало тошнить? Бэлле расхотелось есть, и она нервно убирала квартиру в ожидании вечера. Алекс опять задерживался, но ей было всё равно. Она сидела на диване и вертела в руках телефон. Потом набрала адрес в Фейстайме, только телефон, без видео.

Прозвучал знакомый голос, который годы совсем не изменили:

- Алло?

- Привет!

- Привет! - Сашка всегда чуть выдыхал приветствие когда она звонила, как будто её звонок доставлял ему удовольствие.

- Твой голос совсем такой же. - Бэлла не знала, что можно сказать через столько лет.

- Чуть-чуть охрип, я уверен. Как дела? Что ты сегодня делала?

Такое впечатление, что они только что попрощались, и Бэлле вдруг стало совсем легко. Как когда-то, она начала рассказывать ему, что произошло за день, всякие дурацкие мелочи, чем она занималась, с кем говорила, куда ездила. Сашка, как всегда, вставлял замечания, задавал короткие вопросы и смеялся её шуткам. Как же ей не хватало его смеха все эти годы! Бэлла и не заметила, как пролетел целый час. Повернулся ключ в входной двери. Алекс!

- Мне надо идти!

- Давай.

- Ничего если я ещё позвоню?

- Звони когда захочешь.

Уже отключившись, Бэлла сообразила, что так и не задала Сашке ни одного вопроса. Он узнал про её жизнь всё, она про его - ничего.

- Ты сегодня поздно засиделась! - Алекс был то ли удивлён, то ли недоволен.

- Зависла на телефоне.

- С кем?

- С Инкой. Ужин в микроволновке, я пошла спать.

В следующие дни, Бэлле не терпелось опять позвонить Сашке, но она не хотела показаться липучкой.

Через два дня от него пришло сообщение:

«Что не звонишь?».

«Сегодня».

Посреди февраля повеяло весной, и Бэлле захотелось петь, кружиться по комнате и улыбаться.

- Привет!

- Как ты?

- Нормально. Я заметила, что ты ничего не рассказал мне про себя. Борька сказал, у тебя третья жена и куча детей?

- Это он так шутит. Жена одна. Была. Я развёлся. А дети - сын и дочь, они с женой остались. Расскажи мне, что у тебя сегодня произошло.

- Ни-че-го. Каждый день - совсем как предыдущий.

- Такого не может быть. Как ты спала?

Разговор потёк сам собой, переходя с одного на другое, и Бэлла не заметила, как рассказала Сашке обо всём, что с ней случилось в этот день, и ещё много о чём.

Так они болтали каждые несколько дней, но Бэлла не могла сказать ему одного - про Алекса, про свои подозрения. Ей было стыдно и больно. Больно от измены мужа и стыдно, что она молчала и смирилась. Та отчаянная Бэлка, которая нравилась Сашке, никогда бы не смирилась. Она бы бросила правду в лицо Алексу и ушла, гордо выпрямив спину.