Кошка в коробке (2/7)
Удовлетворившись результатом, Аннушка принялась за домашние хлопоты.
— Карлуша, приготовила куриный бульон. Вам будет очень полезен. Как надумаете, скажите Аркаше, он вам разогреет. — Аркашей она называла домашнего робота.
— Вы так парадно одеты. Вы куда-то уходите? — спросил Карл Петрович, лёжа в постели.
— Ну как же, я давеча вам говорила, что сегодня собираюсь на симпозиум астрологов. Неужели вы забыли?
— Верно, забыл.
— Ну вы не переживайте, Аркаша вам поможет. А ежели что случится, так звоните, и я непременно вернусь, — пообещала Аннушка и поторопилась на выход.
В императорской банкетной зале ресторана «Гранд Рояль» в тот день был аншлаг. Среди разношёрстной толпы шустрили андроиды и предлагали гостям воду или сок. В ложе для особо важных гостей перечень предлагаемых блюд было более разнообразным — здесь живые официанты угощали белым вином с красной икрой. На сцену выходили известные в узких кругах спикеры с лекциями на различные темы. Это был всемарсианский слёт королевского общества «Астрологов и предсказателей».
Столь роскошное событие не могло не впечатлить Аннушку, но более всего её поразило выступление барона Али-Курлы. Этот высокий джентльмен с небольшой сединой в волосах неспешно рассказывал не только об астрологических картах, но также и о своей повседневной жизни. Он с наслаждением смаковал подробности, рассказывая о том, в какие театры ходил, в каких модных домах одевался, какие воздухоплавающие кабриолеты предпочитал. Молодые люди из общей залы не смели произнести ни слова, отчего речь барона звучала громко, отражаясь от стен небольшим эхом.
— Вот обратите внимание на сие наручные часы марки «Заря». — Барон продемонстрировал на руке золотые часы инкрустированные бриллиантами. — Их мне презентовал сам Император, в знак своего расположения. Потому эти часы я беру только на действительно важные мероприятия. А вот на события менее важные я надеваю часы марки «Яблоков и ко». Но вы не должны обманываться, те часы не менее дорогие. Поверьте, мало кто из присутствующих может позволить себе приобрести сие изделие, даже если будет копить всю жизнь.
Некоторые слушатели понимающе кивали, кто-то удручённо раскачивал голову в разные стороны, а кто-то даже записывал название озвученных брендов.
— Простите, а можно вопрос? — послышался смелый голос молодого человека недалеко от сцены. — А куда бы вы надели вот такие часы? — спросил этот молодой человек и с гордостью продемонстрировал явно не дешёвую вещицу на своей руке.
— Это? — барон Али-Курлы слегка прищурился, а после, глядя сверху вниз на вопрошающего, ответил. — Это только в налоговую.
Среди толпы пошли тихие смешки, которые прервал барон, продолжив свою лекцию.
Послушав ещё пару лекторов, Аннушка заскучала и решила прогуляться в парке неподалёку от ресторана. Каково же было её удивление, когда она встретила барона, читающим книгу на скамейке под ветвистым деревом.
— Это вы? — с трудом выдавила из себя два слова Аннушка.
Барон отложил книжку, оценивающе взглянул на девушку и, тяжело вздохнув, сказал:
— Ну, допустим, это я.
— Ой. Это вы. Извините, а можно попросить ваш автограф? — Аннушка застыла, не веря своей смелости.
Сперва барон хотел грубо отказать в наглой просьбе, но вид симпатичной барышни, непрерывно поправляющей причёску, растопил его сердце.
— Хорошо, только быстро. Я очень занят.
— Да, да, конечно, — ответила Аннушка, панически ища то, на чём она желает получить заветную роспись.
Видя сие затруднение, барон снова тяжело вздохнул и достал из кармана пиджака программку мероприятия и ручку.
— Как вас величать?
— Анна, — обрадовалась Аннушка.
Барон что-то написал на листке и передал его девушке.
— Желаете что-то ещё?
И тут Аннушка обратила внимание на книжку в руках барона. Сам факт того, что кто-то читает книжку уже удивителен, а то, что это была та самая книга, которая заинтересовала её в лавке господина Тухляева, удивительно вдвойне.
— Какая занятная у вас книжка. Кажется я такую недавно в магазине видела, — поделилась своими воспоминаниями Аннушка.
— Это вряд ли. Записки профессора Кэмбэка издавались всего в трёх экземплярах, причём два из них я сжёг лично. Неужели вы могли себе представить, что я буду читать какую-то дешёвку из магазина? — возмутился барон.
— Простите. Я наверное ошиблась, — ответила Аннушка, с трудом сдерживая слёзы, но её голос предательски дрожал.
— До свиданья, — сказал барон и вернулся к чтению.
Аннушка поторопилась уйти, дабы не разреветься рядом со знаменитостью. На ходу она развернула программку и прочитала то, что написал барон.
«Глядя на вас я вспомнил свою молодость. Как хорошо, что я всегда могу туда вернуться с помощью воспоминаний.
Для Анны, с наилучшими пожеланиями, барон Али-Курлы»
Аннушка посчитала, что с ней поделились чем-то сокровенным, и это осознание её вдохновило. Она уже забыла про обидные слова, сказанные ей бароном ранее, и окрылённая полетела домой.
— Карлуша, вы не представляете кого я встретила, — прокричала Аннушка с порога.
— Что вы говорите? — переспросил её Карл Петрович из столовой.
Аннушка застала его за столом с чаем и бубликами.
— Сам барон Али-Курлы дал мне автограф, — радостно сообщила она.
— Али кто?
— Вы разве не знаете? Ну барон Али-Курлы, — Аннушка немного подождала, ожидая, что супруг вспомнит это имя. — Тогда слушайте. Он личный предсказатель Императора. Родился в бедной семье, но благодаря своим познаниям в оккультных науках добился очень многого, в том числе и всеобщего внимания. Возможно, вы помните ту ужасную песчаную бурю два года назад. Её как раз предсказал барон. И вот его я встретила в парке, и он даже дал мне автограф, — Аннушка раскрыла программку, демонстрируя надпись, написанную красивым размашистым почерком.
— Очень рад за вас, — ответил Карл Петрович, не вчитываясь в запись.
— А вы, как погляжу, выглядите совсем неплохо.
— Это верно. Ваше волшебное варево просто творит чудеса. Думаю, что уже завтра я выйду на службу.
На следующий день Карл Петрович на службу не вышел.
— Анюша, принесите мне чаю, — требовал он поутру, лёжа под тёплым одеялом.
— Вы действительно больны? — с сомнением в голосе спросила Аннушка, звеня посудой на подносе. — Вид у вас довольно здоровый.
— И не сумневайтесь. Знаете ли, слабость у меня такая сильная, да ещё и голова побаливает, — пожаловался Карл Петрович, театрально закатывая глаза. — Я, пожалуй, останусь на больничном, покуда вконец не вылечусь.
Аннушку совсем не радовала сия ситуация. Во-первых, она привыкла к определённому укладу дня, и требующий внимание супруг в этот уклад не укладывался. Во-вторых, во время больничного Карл Петрович не получал жалование, а Аннушка сильно рассчитывала на эти средства.
А посему, она решила обратиться за помощью к доктору. Уж он то точно выведет этого притворщика на чистую воду.
Аннушка запустила специальную программу на телефоне, ввела номер страхового договора, и уже через минуту к ней подошёл домашний андроид Аркаша.
— Где больной? — спросил он, дезинфицируя руки специальным раствором.
— В спальне, доктор, — ответила Аннушка, и шёпотом добавила. — Я думаю, он притворяется.
На эти подозрения андроид ничего не ответил и прошёл в спальню.
— Голубчик, будьте любезны, откройте рот и покажите язык, — попросил доктор холодным голосом Аркаши.
— Анюша, мне обязательно это делать? — Карл Петрович сложил руки на груди, и отвернулся от Аркаши. — Я не люблю, когда мной командуют роботы.
— Но это же ради вашего здоровья. Вы же сами говорили про слабость, про голову, — оправдывалась Аннушка.
— И что? Между прочим, крайне не приятно выслушивать приказы от этих пластиковых кукол, — пожаловался Карл Петрович, — Сегодня мы выполняем их приказы, а что будет дальше? Дальше мы станем их рабами! Вы этого хотите? Вы хотите, чтобы пластмассовый мир победил?
— Карлуша, не капризничайте, — упрашивала его супруга, нежно поглаживая по спине. — Вы же знаете, как дорого стоит осмотр живым доктором. Наш страховой полис такого не позволяет.
— А выслушивать команды от робота он позволяет? Что ещё мне ожидать от этого вашего полиса?
— Карл Петрович, что же вы такое говорите? — вмешался в спор голос Аркаши. — Какой же я робот? Я вполне живой человек. Ваш домашний андроид сейчас как медицинский инструмент, на подобии стетоскопа. Он нужен мне, чтобы не приходить к вам в гости лично. Ну же, голубчик, откройте ротик. Это я вас прошу, как живой доктор.
— И чем же вы докажете, что вы живой доктор, а не программа?
— Мамой клянусь.
— Чьей мамой, господин робот?
— Ну хорошо. Клянусь здоровьем Императора, что я живой человек, а не какой-то там андроид, — ответил Аркаша и приложил руку к груди.
— Вот видите, если бы это говорил робот, то он бы уже сломался и развалился бы на тысячу маленьких болтиков, — продолжила убеждать мужа Аннушка. — Вы ведь сами рассказывали, что программа андроидов на Марсе не позволяет им желать что-либо плохого Их Величеству. Да и доктор, несомненно, желает ему всяческого здоровья, как и вам.
Карл Петрович кряхтел, пыхтел, но, не найдя чем ещё возразить доктору, сдался и нехотя высунул язык.
— Ну вот и замечательно, — Аркаша осмотрел горло больного и зрачки, проверил пульс на запястье.
— Ай, что это? — воскликнул Карл Петрович и вырвал руку из пальцев андроида.
— Всего лишь небольшой укольчик для анализа крови. А теперь встаньте, пожалуйста, и не двигайтесь. Мне нужно сделать снимок внутренних органов.
Карл Петрович послушно встал перед Аркашей, стараясь не дышать, пока тот его сканировал.
— Пока всё. Спасибо.
— А он сможет завтра пойти на службу, — поинтересовалась Аннушка у Аркаши.
— Пока точно сказать не могу. Как станет известно, я непременно вам сообщу. А пока пусть пьёт таблетки от головной боли, рецепт пришлю через пару минут, — ответил доктор, и Аркаша, движимый уже своими надобностями, направился в каморку у входной двери.
— Карлуша, я в аптеку. Если что случится, зовите Аркашу, — быстро сообщила Аннушка и улизнула из квартиры, пока Карл Петрович не попросил очередного чаю.
