Полуночник
— Чёртов сукин сын... Возомнил себя героем, и ещё высказывает что-то! — выругался капитан Панченко, как только майор Кильчаков покинул кабинет.
Кильчаков унизил Панченко, заявив, что капитан — хреновый следователь, ведь дело о так называемом «Полуночнике» уже неделю, как не продвигалось. Кильчаков грозился лишить капитана Владислава Панченко не только дела, но и работы.
Влад ударил кулаком по столу с такой силой, что ручка, лежащая на документах, подлетела и упала на пол. Капитан уселся в кресло и срочно закурил. Когда-нибудь он обязательно бросит курить, но в таком стрессе, с таким начальником и настолько ужасным и запутанным делом, табак его только спасал.
Офицер слегка пожевал сигарету, потёр лоб. Потом быстро поднял ручку и стал записывать абсолютно все имена подозреваемых. «Допросить в ближайшее время Мишу Шенникова, хозяина крупного бара на Уралмаше. Не упустить из виду и гражданку Фёдорову, а также продавца в «Спортмастере» Захара Белова»
Влад бросил сигарету в пепельницу, погрыз ручку, и набрал офицера Никонова. Нельзя терять ни минуты. За Шенниковым нужно выезжать уже сейчас.
— Офицер Никонов, приготовьте служебную машину. Мы выезжаем в бар «Синяя волна» — дал указание Панченко.
— Я вас понял, капитан. — устало ответил Никонов.
Спустя несколько минут офицеры уже мчались по проспекту. Со временем они прогадали — поехали в самый час пик, вечером, когда уставшие и голодные работяги стремились быстрее попасть домой. Панченко возненавидел пробки с самого начала своей службы. Они только всё портили. И что толку, если ты включишь сирену и мигалки? Автомобили всё равно не умеют летать. А этих олухов настолько много, что если им и сдвигаться, то только друг на друга. Всё. Дело о Полуночнике — последнее дело Панченко в мегаполисе. Потом он попросится в провинцию. В тишину, спокойствие, и подальше от Кильчакова.
Бар расположился в одном из дворов Уралмаша. Розово-зелёная неоновая вывеска очень контрастировала с серыми и мрачными панельками. Судя по количеству припаркованных авто и уже хорошенько поддавших алкашей на улице, бар был открыт.
Влад уверенным шагом направился к бару, оставив Никонова в машине. Проходя мимо кричащих алкашей, офицер невольно положил руку на кобуру с травматом. Нравоучения им сейчас читать было бесполезно. Во-первых, он один, а их с десяток. Во-вторых, всё равно ничего не допрёт, все мозги пропиты. Таких только рейдом, и в обезьянник.
Как и ожидалось, в баре было весело. На мини-сцене пели Лепса, воздух заволокло дымом от дешёвых сигарет. Панченко подошёл к бармену.
— Доброго вечерочка. Подскажите, хозяин бара здесь? — спросил Влад.
Бармен окинул его презрительным взглядом. Видимо догадался, что перед ним мент, но виду не подал.
— А вам зачем?
— Переговорить нужно.
Лысый бармен на секунду задумался, как будто бы размышлял: обмануть мента, или сказать правду?
— Михаила Владимировича нет. Он два часа назад уехал домой.
— Это точно?
— Да, точно.
— А если проверю?
— Проверяйте. — раскинул руки бармен и ухмыльнулся.
Панченко сделал глубокий вдох. От запаха сигар очень сильно хотелось закурить.
— Не подскажете адрес, где проживает Михаил Владимирович? — стараясь как можно вежливее, спросил Влад.
— Не подскажу. Понятия не имею, где он живёт.
— Вы уверены?
— Что вы меня допрашиваете? Пробейте по базе, у вас же в полиции есть такие штуки.
Догадливая падла...
— Ладно, благодарю вас. — отмахнулся Панченко и вышел из бара.
***
На свежем воздухе Влад срочно закурил. Никонов позвонил в участок и попросил пробить адрес проживания Михаила Шенникова. В голове у Влада мелькал чей-то адрес: Ленинского-Комсомола, 67. Но откуда он его знал? Откуда вообще взял? Видимо, просто сильно утомился.
— Владислав Игоревич, адрес Шенникова сказали. Ленинского-Комсомола 67, квартира 45.
Вот тут Влад удивился. Неприятно удивился. Откуда он знал адрес Шенникова? Он даже не имел с ним дела до Полуночника... Панченко решил отбросить ненужные мысли.
— Красавчик, Паш. Едем к Шенникову. — попытался выдавить улыбку Влад.
***
Тук-тук-тук-тук!
Офицеры уже минут десять долбили в дверь Шенникову, но всё без толку.
— Михаил Владимирович, мы знаем, что вы дома. Откройте, пожалуйста, дверь. — в сотый раз повторил Панченко.
Тишина.
— Ну твою мать! — выругался Панченко и дёрнул дверную ручку.
Дверь поддалась. Вот же чёрт! Все эти десять минут они просто долбили в открытую дверь. Если она открыта, значит Шенников точно должен был быть там. Но почему он тогда не отзывается?
— Пошли. — тихо произнёс Влад Никонову и достал из кобуры травмат.
В квартире стояла кромешная тьма. Где-то тикали часы. Никонов нащупал выключатель, и коридор осветил тусклый свет. Прихожая, как прихожая. Ничего особенного. Правда, с чувством порядка у Шенникова были проблемы.
— Михаил Владимирович, вы здесь? — настороженно спросил Влад.
Вновь тишина.
Офицеры прошли прихожую, и попали в очередную тёмную комнату. Именно здесь тикали часы. Никонов включил свет, офицеры обомлели.
Посреди гостиной лежало мёртвое тело Шенникова. Рубашка была разорвана, живот вспорот, а на груди красовался вырез в виде буквы «П». Панченко подбежал к телу, потом с ужасом повернулся к Никонову.
— Кровь ещё свежая! Его убили совсем недавно.
Никонов растерялся. Всё-таки, Пашка был ещё неопытным.
— Ну что ты встал!? Беги в машину, вызывай подмогу! — рявкнул Влад, и Никонов пулей сорвался с места.
Теперь всё стало ещё сложнее. Один из подозреваемых мёртв. И судя по всему, стал жертвой того самого Полуночника. Подтверждением тому служит вырезанная буква «П» на груди, которую раннее обнаруживали на предыдущих жертвах. Вот же чёрт! Кильчаков его точно уволит... Но ничего, ещё есть двое подозреваемых.
Размышления Панченко прервал чей-то шёпот, доносящийся из дальних комнат. Капитан вскочил с корточек, и вновь вооружился травматом.
— Кто здесь!?
Убийца вполне мог остаться в квартире. Тогда Панченко может раскрыть Полуночника! Единственное, что его напрягло, так это шёпот. В нём отчётливо слышалось имя офицера. Откуда убийца может знать Панченко? И зачем ему издавать какие-либо звуки? Он же должен осознавать, что выдаст себя.
— Владик... Ты заходишь слишком далеко... — раздался чей-то голос из комнаты.
Голос до чёртиков был знаком Владу. Только офицер не понимал, кому он принадлежал. Владу стало не по себе. Он ещё сильнее сжал травмат, и произнёс:
— Кем бы вы не были, выходите. Вы арестованы.
В комнате, откуда доносился голос, было темно. Стоило Панченко сделать шаг вперёд, как свет вырубился сначала в гостиной, а потом в коридоре. Вся квартира погрузилась во тьму. Офицер запаниковал.
— Эй! Я вооружён! — воскликнул он.
Вдруг кто-то, или что-то быстро пробежало рядом с Панченко, задев его плечо. Оно убежало в гостиную. Судя по силе удара, оно было большим. Скорее всего, размером с Панченко (а его рост, на минутку, метр девяносто три).
Сердце колотилось. Панченко за четырнадцать лет службы проводил сотни рейдов по задержанию, но этот был другим. Он был странным и даже страшным...
Панченко медленно вошёл в съеденную тьмой гостиную, и дрожащей рукой нащупал выключатель. Свет не загорелся. Похоже, вырубили генераторы в подъезде. В этот же момент Влада со всей силы ударили ногой по спине. От удара капитан упал навзничь, травмат вылетел из рук во тьму. Кто-то тяжёлыми шагами оббегал офицера.
Наконец, Влад различил во тьме чей-то силуэт. Полностью тёмный, с белыми горящими глазами, и улыбкой во весь рот.
— Вы арестованы! — выдавил Панченко.
— Мы ещё увидимся с тобой, Владик. И не раз! — произнёс убийца и выбежал из квартиры.
Панченко вскочил, и бросился за ним. Между лопатками ужасно болело. Видимо, хорошо зарядил ногой, сволочь. Выбежав в подъезд, офицер обнаружил только Никонова, который, запыхавшись, поднимался по лестнице.
— Владислав Игоревич, тут лифт сдох... Подмогу я вызвал, Сергеич с тремя парнями будет. — увидев Панченко, проговорил Никонов.
— Паш, тут убийца обнаружен! Ты не пересёкся с ним!?
Никонов в недоумении взглянул на Панченко.
— Вообще никого не встретил. Спящий подъезд. Даже кошка на первом, и то спит.
Теперь Влад вообще ничего не понимал. Этот хрен просто взял, и исчез? Да ну нафиг. Вполне вероятно, что где-то в подъезде проживает его сообщник, и он скрылся у него. Нужно допросить всех жителей. Срочно.
***
— И как убийца смог сбежать?! — разъярённый Кильчаков вновь ударил по столу.
— Я же вам говорю... — Панченко не договорил. Кильчаков вновь его перебил.
— Что ты мне говоришь!? Ты понимаешь, что меня уже колотят сверху!?? Хочешь, чтобы с Москвы приехали? — У Кильчакова брызгали слюни изо-рта.
— Я всё решу, обещаю.
— Я это уже слышал от тебя!
— Есть ещё два подозреваемых...
Кильчаков что-то буркнул под нос, и вышел из кабинета, демонстративно хлопнув дверью.
***
Двадцатидвухлетний студент Захар Белов работал продавцом-консультантом в магазине «Спортмастер». Подозрение он стал вызывать с самого начала, когда цепочка убийств стартовала с его соседа по комнате.
Магазин находился на другом конце города, добираться пришлось очень долго. Даже рано утром были пробки! У Влада после вчерашнего убийства был страх найти Белова мёртвым, где-нибудь на складе магазина, с вырезанной на груди буквой «П». К счастью, прыщавый Захар стоял на кассе и жевал жвачку. Панченко подошёл к Белову, показал своё удостоверение.
— Прошу проехать с нами в участок. Вы подозреваетесь в убийстве или организации убийств семи человек. — монотонно произнёс Влад.
Захар недоумённо хлопал глазами, чуть не подавился жвачкой.
— Вы шутите?
Ооох, как же Влада бесили люди, не понимающие ничего с первого раза.
— Я похож на клоуна?
— Это пустые обвинения! Согласно уголовному...
— Пройдёмте с нами, пожалуйста. — перебил Белова Никонов.
Продавец молча подчинился. Он не хотел скандала на глазах у людей. Да ещё и с полицией.
***
— То есть вы утверждаете, что не были дома в ночь убийства вашего соседа?
— Да, именно так. Более того, у меня есть прямые доказательства, что я действительно был не в городе.
Панченко сдался. Спустя час допроса он так и не смог убедиться в том, что Белов действительно виновен.
— Хорошо, вы свободны. — сказал Панченко и встал из-за стола, — но будьте на связи. Контакты, что вы дали, актуальны?
Белов закатил глаза.
— Ну естественно!
Он был настолько спокоен, что Панченко вновь убедился в том, что Захар никого не убивал.
— Тогда до свидания!
— До свидания.
Дверь хлопнула, Панченко вновь плюхнулся на стул и срочно закурил. Сгущались сумерки. Возможно, Влад успеет наведаться к ещё одной подозреваемой, Антонине Фёдоровой, которая работала учителем математики в обычной городской средней школе.
Он позвонил Никонову, и пробил адрес проживания Фёдоровой.
***
К Фёдоровой поехали вечером. За это время Панченко успел выслушать ещё несколько сотен упрёков от Кильчакова, а также выстроить план дальнейшего развития дела.
Учительница проживала в жилой многоэтажке, на самом последнем, двадцать четвёртом этаже. Благо, работал лифт. Панченко и Никонов поднялись на последний этаж, и нашли нужную дверь. К горлу подступил ком. Дверь был открыта нараспашку.
— Только не это... — прошептал Панченко и, вооружившись травматом, вбежал в квартиру.
Огромный след крови, будто кого-то недавно тащили, тянулся из прихожей в дальнюю комнату.
— Есть кто живой? — спросил Никонов, вооружившись своим травматом, — давно пора нам нормальное оружие выдать.
Влад проигнорировал Никонова. Он пошёл по кровавому следу и попал на кухню. Стулья были перевёрнуты, а на столе лежало тело Антонины Фёдоровой. Горло было перерезано, руки прибиты кухонными ножами к столу. На животе – такой уже приевшийся вырез буквы «П».
— Твою мать... — вырвалось у Панченко.
— Владислав Игоревич, я... — Никонов простонал.
Потом раздался странный звук, очередной стон Никонова, и чей-то смешок. Знакомый смешок... Панченко повернулся к коллеге. Позади Никонова кто-то стоял. Свет был приглушён, поэтому лицо незнакомца осталось в тени. Единственное, что осознал Панченко, так это то, что с ним он уже пересекался. В квартире у Шенникова. Это убийца.
Никонов сделал шаг вперёд, и свалился на пол лицом вниз. Нос хрустнул, ламинат хорошенько протрещал. В затылке красовался огромный кухонный нож. Панченко нацелился травматом на тень, пребывая в самом настоящем шоке. Руки сильно дрожали, голова кружилась.
— А ты не унимаешься... — начала говорить тень.
— Заткнись и слушай меня сюда. Ты арестован! — дрожащим голосом произнёс Панченко.
Убийца нажал на выключатель, и свет вырубился. Теперь на Панченко смотрели белые огромные глаза из темноты.
— Стой на месте! — выкрикнул Влад.
Ему хотелось броситься на тень, но страх сковал его тело. Он боялся делать резкие движения.
— Ты не сможешь меня арестовать... И знаешь, почему.
Глаза стали приближаться. Капитан сделал шаг назад, запнулся об тело Никонова, и упал навзничь. Раздались торопливые шаги. Панченко быстро поднялся на ноги, и осмотрелся. Никого. Этот ублюдок вновь ушёл! Влад врубил свет, и посмотрел в зеркало прихожей. На щеке у него была царапина. Царапина в виде буквы «П». Он не убил его. Он оставил метку. Он придёт за ним...
***
Капитан Владислав Игоревич Панченко был уволен. Кильчаков ещё сотню раз хорошенько обосрал капитана, прежде чем подписать указ о его отставке. За дело о «Полуночнике» взялся лично майор.
После похорон Никонова Влад поехал в бар, решив хорошенько напиться.
***
С виски он переборщил. Тошнило, кружилась голова. На часах показывало 1:23, когда Панченко вышел (вернее, выполз) из бара. Он смутно помнил, как добрался домой. Что-то доказывал нерусскому таксисту, размахивая своим удостоверением, потом пробирался через неизвестные ему дворы, наполненные старыми советскими детскими площадками, облупленными панельками и парковками для авто, и в третьем часу ночи дошёл до своего подъезда.
Дверь в квартиру открыл с горем пополам, ввалился в прихожую, рухнул на пол, и уснул, даже не закрыв входную дверь.
Ему снился он... Полуночник. И буква «П». Много букв «П». Они были повсюду: вырезаны на обоях, на запястьях, на диване, на шкафу, на небе... Везде были эти чёртовы буквы. Казалось, сам мозг становился буквой «П». Согнётся пополам, и вытечет черед два уха. А потом его начнёт жрать Полуночник...
Панченко проснулся от резкой боли в лопатках. Он быстро окинул мутным взглядом коридор. Темно. Значит, рассвета ещё не было. Голова гудела, но разум стал более-менее ясным. Где-то в глубине квартиры послышался знакомый, пугающий голос:
— Наконец-то мы одни, Владик... Я всю жизнь ждал этого момента!
Панченко тронул спину, и понял, что он без рубашки. На лопатках были ножевые порезы. В виде буквы «П»... Пальцы чем-то заляпались. Хотя, ясное дело чем – кровью. В темноте просто было не видно.
По коридору раздались тяжёлые шаги. Влад с трудом встал на ноги, и попытался включить свет. Не работает. Этот ублюдок вырубил свет. Шаги приближались. Вместе с ними приближался и голос.
— Поверь, я не хочу убивать тебя сейчас. Но я буду приходить к тебе, и с каждым разом тебе будет всё больнее и больнее...
Влад не выдержал, и во всё горло крикнул:
— Да кто ты такой!? Чего ты хочешь? Что пытаешься!?
В ответ раздался лишь дикий смех. В следующее мгновение к Панченко стали приближаться белые пустые глаза. Потом тяжёлый удар, и потеря сознания.
***
Утром Панченко очнулся на том же месте, в коридоре. Входная дверь была приоткрыта, слегка задувало подъездным вонючим смрадом. Влад надеялся, что это был сон, но когда понял, что он без рубашки, а вся спина в порезах, отбросил этот домысел.
Бывший капитан попытался нащупать телефон в кармане. Ни в правом, ни в левом кармане брюк его не оказалось. Видимо, потерял, когда добирался до дома. Это плохо. Он с трудом доковылял до кухни, и начал пить воду из под крана. Подавился, когда увидел в раковине вырез буквы «П». Осмотревшись, он осознал, что эти хреновы буквы вырезаны по всей кухне: на холодильнике, на столе, на стульях, даже на мусорном ведре.
Влад начинал понимать, что убийца – не такой простой. Они столкнулись с чем-то тёмным, необыденным. Они столкнулись с чем-то, что происходило из самых глубоких пропастей мрака, оттуда, где человеческие разум и мироздание были бессильны.
Кильчаков вряд-ли бы поверил Панченко, выставив экс-капитана психом. Но поделиться мнением с майором надо было. Просто постараться преподнести это с другого угла.
Влад привёл себя в порядок, обработал раны на спине, телефон так и не нашёл. Через ноут вышел в интернет, и попытался описать своё дело. Ни на одном сайте про Полуночника написано не было. По поводу вырезанных букв поисковик выдал Панченко только серию фильмов про Зорро.
Панченко потёр лоб, сделал глубокий вдох. Раны на спине зудели. Они будто бы шептали, что Полуночник вернётся за Панченко, и их зудение покажется Владу сказкой.
В срочном порядке нужно было встретиться с Кильчаковым. Влад решил ехать прямо в участок. В конечном итоге, только майор относился к нему с неуважением. Приведя в порядок свои мысли, Влад отправился к Кильчакову.
***
В участок прошёл без происшествий. На стойке регистрации его с улыбкой встретила Маринка. Всё-таки чувство гордости и тепла на душе у Панченко осталось. Особенно когда к нему подходит каждый третий представитель закона в участке, и с искренней улыбкой произносит:
— Рад вас видеть, капитан!
Кильчаков был темнее ночи. Когда в кабинет вошёл Влад, майор так побагровел, что казалось, его сейчас долбанёт инфаркт.
— Ты зачем пришёл сюда!?
— Хочу с вами поговорить.
— Нам не о чем говорить. Уходи и не отвлекай меня от работы.
Влад сделал глубокий вдох. Чёрт возьми, как хотелось закурить.
— Вы имеете дело с необычным маньяком. — выпалил Панченко.
— Я это давно понял! Он либо самый умный, либо самый везучий.
— Нет же, нет! Он не из нашего мира... Вчера я чуть не стал его жертвой.
Кильчаков бросил на Влада полный ярости взгляд.
— Что ты несёшь!? Ты в своём уме?
— Я полностью адекватен.
— А я вижу, что нет.
— Майор...
— Так что лучше вали отсюда и никогда больше не появляйся у меня на глазах, пока я не арестовал тебя и не упёк в психушку.
Назревала явная угроза.
— Как скажете... Я вас предупредил.
— Пошёл отсюда!
Влад молча покинул кабинет. На улице он наконец-то закурил.
***
Бутылка коньяка была наполовину опустошена. На кухне горел приглушённый свет, за окном – тьма. Телефон всё-таки нашёлся. Первый звонок после кучи пропущенных оказался неудачным. От звонившей Маринки Панченко узнал, что Кильчаков погиб в автокатастрофе. На затылке у него была вырезана буква «П».
Где-то в квартире раздались неторопливые, тяжёлые шаги. Они становились всё ближе, и ближе. Наконец, в коридоре показалась знакомая тень с белыми глазами.
— Я пришёл, Владик...
Тень вышла на свет. Влад увидел себя. Свою копию, своего клона, себя, чёрт возьми!
— Хочешь открою секрет? Я – это ты. Мы единое целое! Всё это время ты пытался расследовать своё собственное дело. За тобой уже едет наряд. — с улыбкой произнёс двойник Влада.
— Ты... Я... Они...
— Я ещё приду за тобой. До скорых встреч!
И тень испарилась. Воцарилось молчание.
Складывалось такое ощущение, что никого тут и не было. Что всё это – плод больной фантазии Влада.
И тогда он просто расслабился. Допил коньяк, закурил, и стал ждать наряда полиции. Что толку от того, что он будет скрываться? Хоть здесь, хоть в тюряге, хоть за границей... Полуночник придёт за ним.
