Ассоль

Помню себя маленькой девочкой, когда я шла босиком по краю голубого прозрачного озера и смотрела, как в воде отражаются белые облака. Льющийся с неба свет был похож на краски, разлитые художником по озеру и деревья стали сиреневыми и розовыми. Сердце наполнялось ожиданием нежности и любви, нарисованной мне судьбой на лазурном экране воды. Желание понравиться кому-то до головокружения, до мурашек, до крика радости прорастало в моей душе. И сердце рвалось из груди, как в те минуты, когда я прыгала на пружинистой кровати во дворе, или, только увидев море, со всех ног неслась, чтобы окунуться в волны.

Иногда я достаю большую шкатулку, в которой сложены письма в красивых конвертах, и читаю в них слова любви, как проявление того далёкого света в прозрачной голубой воде с плывущими, залитыми солнцем облаками счастья.

Вот письмо… Очень памятное… написано в то время, когда мобильные телефоны ещё не были изобретены. Я разворачиваю пожелтевшие листы и читаю письмо Рафаэля:

«Здравствуй, моя любимая Ассоль! Я получил твоё письмо и очень обрадовался, что ты прилетишь ко мне на выходные дни. Обязательно тебя встречу! Самолёты летают быстро и у нас будет целых два дня! Мы пойдём к озеру, возьмём лодку, будем плавать среди кувшинок и петь!»

В аэропорту было шумно и людно, я ожидала вылета. Как большая птица, спокойно и важно подрулил белый самолёт, пассажиры вошли и начали занимать свои места. Я устроилась возле иллюминатора и уже мечтала, как всего через час увижу Рафаэля.

Лайнер стал медленно набирать высоту, взлетел в плотное серое ватное небо и планета поплыла под моими подошвами. В носу стало щекотно, будто я окунула лицо в цветы и надышалась пыльцой. В иллюминаторе виднелся край большого крыла, внизу появились чёткие, как на карте, желто-зелёные лоскутки – реки и горы, исчезающие под густыми облаками. Но неожиданно я увидела, что земля быстро приближается и почувствовала лёгкий толчок – шасси коснулись земли.

– Что так быстро? – подумала я, выглянула в окно и увидела тот же город, откуда взлетел белый самолёт.

– Уважаемые пассажиры! Наш лайнер совершает аварийную остановку в аэропорту в связи с погодными условиями! – объявила стюардесса. – Штормовое предупреждение! Прошу вас выйти из салона!

Вскоре деловито подъехал трап. Послышался громкий свист ветра, обнимающего такой маленький в сравнении с небом самолёт. Я выбралась на площадку аэропорта и стояла в растерянности, раздумывая, как поступить. Разлука впивалась в сердце острой занозой и каждый разделяющий нас с Рафаэлем километр был холодный и острый, как осколок стекла.

На площади у аэропорта, чуть в стороне выстроилась очередь к железнодорожной кассе. Удалось взять билет на поезд, который прибудет в город Н утром.

– Что же теперь делать? Как сообщить Рафаэлю? Он же узнает, что вылет отменён и будет ждать, когда его разрешат. А когда это будет? Погода совсем испортилась! – ситуация казалась мне безвыходной.

Вернувшись в аэропорт, я подошла к администратору. Это была моложавая женщина с красиво уложенными волосами, в синей форме.

– Помогите мне, пожалуйста. У меня нет другого способа сообщить своему парню о том, что не прилечу самолётом! У меня билет на поезд. А он этого не знает! И будет ждать в аэропорту!

– Как зовут тебя, дочка? – женщина посмотрела на меня из окошка и улыбнулась.

– Ассоль… Так он меня называет. И так не спутаешь с другой девушкой… Если объявить.

– Что это за имя такое? А его как зовут?

– Рафаэль…

Администратор рассмеялась и стала звонить в аэропорт города Н.

– Послушай, Алла Ивановна! Только не думай, что я тебя разыгрываю! Надо сделать объявление «Парень по имени Рафаэль встречайте свою девушку по имени Ассоль на железнодорожном вокзале!» Что ты там смеешься? Почему не Грей? Художник? Сейчас спрошу!

– Что, рисует твой парень? Он художник?

– Он больше резьбой по дереву увлекается... Да, он художник!

Администратор снова улыбнулась и пожелала нам счастья.

Я благополучно добралась до вокзала города Н. Навстречу быстро шёл Рафаэль с цветами и сумкой для живописи. После всех волнений сердце у меня стучало так, что казалось, что оно вылетит наружу, как рвущаяся на волю пёстрая взъерошенная птица. Все приготовленные для встречи красивые слова растерялись.

– Здравствуй! Как я рад, что всё получилось и я тебя вижу!

– И я рада! Что это у тебя? – спросила я.

– Это картина. Пока я тебя ждал, я думал о тебе и мне пришёл в голову такой образ.

На картинке была изображена девушка, похожая на меня. Она шла, ступая по белым, подсвеченным солнцем облакам сквозь глубокую, пронзительную синеву неба и казалось, что облака плывут по небу, как по лазурной воде.

– Здесь я показал две грани любви – встреча и разлука, одно отражает другое. Встречи наполнены трепетным ожиданием, а разлуки – стремлением послать любви вестника! Несмотря на нелётную погоду, мы встретились!

– Эта картина напомнила мне о детских мечтах! Я летела над облаками и думала о тебе!

Рафаэль достал краски и добавил на картину солнце, похожее на большой жёлтый одуванчик с рыжими веснушками и лохматыми лучами. Послушный художнику ветер разогнал серые тучи и воздух стал прозрачным и пряным. Рафаэль смотрел на меня тихо и светло, и видел то ли меня, то ли созданный им образ.

Мы купили большую шоколадку и пошли на набережную. Свежий ветерок щекотал лицо. Я несла в руках цветы и оранжевый плащ, похожий на охапку осенних листьев. На набережной была свободная скамейка и мы, медленно отламывая дольки шоколада, смотрели на игру ветра и воды под звуки музыки, доносящейся издали.

И сейчас, когда я читаю те письма, мне хочется проехать с Рафаэлем в поезде и когда проводник объявит станцию: «Семидесятые годы», заново прожить тот день. Я представляю, как бы мы вечером пошли по аллее и смотрели на золотистые шары фонарей с благодарностью вдыхая тихое счастье. Искрящиеся жемчужины воды парили бы в тёплом моросящем тумане и жизнь стала вкусной, как в детстве петушок на палочке.