Сын своего отца

Старый, трухлявый дом едва помещался в переулках, придавленный с двух сторон мастистыми, словно ноги слона, серыми высотками. Треснутая черепица была будто нелепая шапка нахлобучена на обшарпанные, когда-то покрытые оранжевой краской, стены. Стеклопакет на торце дома смотрелся чуждо, особенно в сравнении с матовыми витринами, украшенными причудливыми завитушками на углах. А за ними - искусные статуэтки: хоббитов и троллей, вождей прошлого и почивших звёзд кино; глиняные декорации с лугами, холмами и звёздами. В глубине за прилавком (если очень постараться) можно было разглядеть мужчину в строгой небесно-синей рубашке и всклоченными волосами.

Задремавший мужчина вскочил, как только хлопнула входная дверь, и натянул на себя радушную улыбку.

- Добро пожаловать в магазин Зиновьева! - машинально воскликнул он и тут же посмурнел.

У входа стояли знакомые фигуры в пиджаках и с суровыми лицами.

- Опять вы, - бросил мужчина.

- Всё как не зайду, у вас пусто, - заметил клерк, вертя в руках знатно погрызенную ручку, - как у вас только выходит оплачивать счета? Не откроете секрет, Алексей Кириллович?

- А вы почаще заглядывайте, приобщайтесь, так сказать, к искусству.

- Ну-у-у... искусством, прошу заметить, занимался ваш отец. А ваши поделки подойдут разве что для домашних заданий в младших классах. И то - на троечку.

Алексей скрипел зубами и замер, оперившись вспотевшей ладонью о стеклянный прилавок.

- Имя отца прогремело по всему миру. Его помнят и высоко ценят. Даже одна проданная его статуэтка окупает месяцы работы магазина. И вам, господин Саланцев, это хорошо известно.

- Известно, - гадливо протянул клерк, - так же, как и то, что коллекция вашего отца не бесконечна. И вам его высот не достичь, не обольщайтесь. А наше предложение могло бы здорово облегчить вам существование. Пара лет где-нибудь на курортах в компании отменных прохладительных коктейлей - представьте себе жизнь, которую ваш отец не мог себе позволить. Подумайте об этом, Алексей.

- Мой ответ прежний. Вы не получите магазин.

- Как скажите. Но думаю, что небольшая налоговая проверка лишней не бывает. Всего доброго, Алексей.

Прозвенел колокольчик над входом. Едва заметная тень прошмыгнула под ногами и хлопнула дверью так, что задрожали витрины. Алексей этого даже не заметил, пытаясь унять злость.

- На троечку! - вспылил он, - хоть что-то своими руками бы сделал!

Когда стемнело и отблески фонарей задрожали на стёклах витрин, Зиновьев младший закрыл магазин, потушил свет и направился в подвал, служивший ему и мастерской и спальней. Пружинистую кровать подпирали ящики с глиной, на рабочем столе была расстелена потёртая клеёнка, печь для обжига, остывшая за день, скромно ютилась в углу.

Настенные полки были завалены заготовками, с которыми Алексей не знал, что делать. Под миски и бутыли они не годились (этого добра и так накопилось с избытком, что под него был приспособлен отдельный шкаф), а для изысканных фигурок они вышли чересчур нескладными. Они были как неудачные дни, копившиеся в памяти.

За новую работу Алексей брался с вдохновением. Вспоминал отцовские заветы, хитрости, вдавался в самые незначительные детали, чтобы фигурка получилась не просто превосходно, но оседала в памяти и уже там обзаводилась собственной жизнью, возвращаясь во снах. В том был невидимый талант отца - его хоббиты и тролли воздвигали радужные мосты, выделывали невероятные танцы и сочиняли тысячи сказок, пока владелец фигурки (или особо впечатлительный зритель) мирно спал.

Ещё ребёнком Алексей наслушался историй, когда благодарные покупатели возвращались к отцу с восторженными рассказами о розовом небе, летающих кошках, кисельных лугах, создаваемых мановением руки его "живой" фигурки. Воспоминания генералов о героических подвигах солдат, соприкоснувшихся с бюстами, сделанными отцом, усеивали книжные полки подвала. Правда, проценты от гонораров ушедших на покой звёзд кино (которым отец также оказывал услуги) уже давно не поступали, но накопления позволяли держать магазин на плаву.

В конце концов, у Алексея самого был личный тролль, поющий на звёздных лужайках о молодых принцах, спасающих осквернённое королевство. Но сколько бы сам принц не собирал армий, среди них никогда не было фигурок, слепленных Алексеем.

В тот вечер Зиновьев младший, просидев не один час над звёздным солдатом, был доволен работой. Джет-ранец за плечами, маска, унизанная трубками, скафандр под армейскую форму - всё вышло удачно. Если не учитывать, что солдат так и не пришёл Алексею во снах.

***

Ночью Алексея разбудил звук разбитых стёкол. Недолго думая, он ринулся наверх, но у самой двери остановился. Вот что он мог противопоставить вооружённым грабителям? - разве что выразить свой протест. А если пришли по его душу, ему тем более не стоило показываться.

Как можно тише задвинув затвор, Алексей уселся у двери и стал прислушиваться. Когда снаружи всё замолкло, он несмело выглянул. Самые страшные догадки подтвердились - магазин был разорён. Разбитые витрины, прилавки, сорванные со стен плакаты, покорёженные полки. Но главное - бесценные отцовские работы украдены все подчистую. Только неловкие поделки Алексея валялись на полу, разбитые, раздавленные тяжёлыми ботинками.

В проёме рядом с висящей на выгнутых петлях дверью стоял человек в чёрном. Что-то в нём угадывалось такое, что его ни в коем случае было нельзя принять за бандита. Впрочем, и на человека он походил лишь условно.

- Привет, Лёша, - сказал человек.

- Могли бы с грабителями что-нибудь сделать. Из-за них я потерял всё! - вспылил Зиновьев младший, стараясь не глядеть на незнакомца.

- Что-то мы всегда теряем, но что-то и приобретаем, - загадочно сказал человек в чёрном. - Знаешь, когда-то твой отец был готов отдать всё за талант, которого у него не было.

Алексей невольно вздрогнул.

- Выходит, это был не просто рак?

- Это была часть сделки. Не беспокойся, там, где он сейчас, ему хорошо. Правда, по тебе скучает. Тянет свою тень сюда вопреки всем правилам. Но я даже не против. Что-то в этом есть... умилительное.

- Да? А я думаю, вы врёте.

- Предупредил, значит, обо мне? Пока был жив.

- Советовал слать вас к чёрту. Но думаю, с чёртом вы как раз на короткой ноге.

- Что правда, то правда, - мрачно улыбнулся человек. - Но ты подумай, Лёша, как много ты можешь сделать для мира, приобретя талант. А это необязательно на кого-то через сны влиять - будет что угодно, хватило бы фантазии. Отомстишь обидчикам, приумножить состояние. Потом, не надоело ли тебе прозябать в тени своего отца?

***

Спустя несколько дней в офис клерка Саланцева, расположенного на улице Трёх королей, постучались. Богато обставленный кабинет: широкий дубовый стол, картины вождей, лепнина, обрамляющая ростовые окна, изящная люстра свисала с потолка, мерцая десятками огоньков, - всё казалось чересчур для небольшого клерка, чуть ли не тонущего в обитом красной тканью кресле. Более того, Саланцев выглядел неважно. На белом как мрамор лице отчётливо проступали серые круги под красными, словно налитыми вишнёвым сидором, глазами. Пахло пылью и дорогим алкоголем.

- Думал, вы придёте раньше, - клерк скривился, продемонстрировав жёлтые зубы.

- Не торопился, - ответил Алексей, осматривая кабинет.

- Решили принять наше предложение?

- Это вряд ли, - Алексей держался непринуждённо и сверкал полуулыбкой. - Хотя, признаюсь, предугадываю ваше возражение, дескать, чем вы, Алексей Кириллович, будете торговать, ведь до меня дошли слухи... И прочее-прочее. Но знаете, Саланцев, я вижу, что вы знатно измучились за последние дни. Теперь я попытаюсь угадать: кошмары?

Клерк скрипел зубами.

- Вы ведь недооценивали слухи о мистическом влиянии отцовских скульптур. Убедились? И какой же кошмар стал для вас невыносимым? Демоническая улыбка? Ослепляющее мерцание звёзд? Конечно же нет. Это был осуждающий лик вождя. Я прав?

Клерк отвёл измождённое лицо и уставился в стену.

- Забирайте ваши чёртовы фигурки. Больше вас беспокоить не будут.

Саланцев потянулся к сейфу, набрал комбинацию и небрежно бросил перед Алексеем грубо перевязанный мешок.

- Позвольте оставить вам от себя небольшой презент. Как от троечника.

Алексей выставил перед клерком звёздного солдата.

- Очередной артефакт мистического влияния? - поинтересовался клерк.

- Кто его знает? - загадочно улыбнулся Зиновьев младший и, аккуратно забросив на спину мешок, удалился.

Саланцев нервно уставился на солдатика, ожидая самого невероятного. Но ничего не происходило… по крайней мере пока за окном светило солнце.