Злой рок

-Нет, ты сам, конечно, решаешь и я тебя ни к чему не обязываю. Всё – таки ты у меня взрослый мальчик, самостоятельный, а я в любом случае приму... - начала было Пятимат опять. 

Говоря всё это она так смягчала все черты своего лица, что её можно было принять за просящую подаяние.

-Да бросаю я мама! Обещал же! – Ибрагим весь вспыхнул и по – детски топнул ножкой.

От тридцатилетнего увальня, уже давно заросшего не хуже неандертальца, этот жест был особенно забавен. Все материнские приёмы были им давно уже изучены и его раздражала наглость, с которой она к ним часто прибегала.

-Ну, хорошо, хорошо, только ты знай, что можешь и не бросать. Я же знаю как тебе это тяжело. Ты сам решай – нежно, но с ощутимыми вкраплениями яда продолжила свою песню женщина.

Мужчина молча вышел с кухни.

Ибрагим бросал курить и в последние два дня он всё больше напоминал медведя – шатуна: злой, неопрятный и вечно блуждающий.

Никто, кроме матери, не решался с ним первым заговаривать без важной причины, а уж тем более как – то его укорять. Младший брат, старшая сестра, даже отец – человек, которому статусом положено прикладываться тростью по голове сына за любую провинность – не высказывали никакого недовольства. А высказать хотелось. Особенно старику:

Старший сын вторую ночь подряд всё ходил по коридору взад – перёд, мешая спать остальным в доме.

Он направился в свою комнату. Точнее, это была гостиная, но в последние два дня все согласились с тем, что это комната Ибрагима.

Там страдалец плюхнулся на кожаный диван и принялся предаваться болезненному увлечению, которое всегда сопровождало его ломку: изучение влияние никотина на организм.

 Этот тридцатилетний мужчина никогда не был из тех, кого характеризовали бы как «начитанного» или «тянущегося к знаниям». В обычные дни самым интеллектуальным, чем он мог накормить свой мозг, были короткие вертикальные видео с интересными фактами о других странах. Но, когда Ибрагим предпринимал попытки избавиться от зависимости, всё менялось:

Он с упоением начинал смотреть длинные и наполненные сложной терминологией лекции о химическом составе мозга, о том как никотин встраивается в обмен веществ, о различиях солевого и щелочного никотина, о стимуляции дофаминовой системы. Просмотр или чтение подобного контента давал ему двоякий эффект: с одной стороны его тяга лишь усиливалась, с другой она одновременно глушилась потоком новых знаний.

 Ибрагим сам не знал как и почему это облегчало его страдания, да и задумываться об этом ему не хотелось. Главное, что работало.

В этот раз просмотр продлился недолго. Через полчаса у Ибрагима зазвонил телефон.

- Ассаламу алейкум, брат, че ты как? – раздался из трубки веселый голос его кента.

- Ва алейкум ассалам. Да ничё, брат. Дома сижу.

- Не хочешь выскочить?

По телу мужчины будто пробежал сильный электрический заряд: у его друга была электронка.

Он представил, какой сладкий взрыв раздастся в его мозгу, если затянуться после столь долгого перерыва. А потом этот взрыв разнесётся по всему телу расслабляющей волной: ноги и руки ослабнут, глаза расфокусируются, мысли спутаются. На целую минуту всё в этом мире перестанет иметь значение. Давно ему не приходилось переживать таких минут! 

От этого видения в горле у Ибрагима засаднило, по рукам пробежала лёгкая дрожь. Но он пересилил себя:

- Нет, сегодня не вариант. Отец просил ему помочь кое с чем.

- Понял тебя. Тогда до связи.

- До связи.

Ибрагим отключил звонок. Его тут же придавило сожаление. Зачем он так сказал? Что будет от того, что он раз затянется? Ведь он столько не курил и не собирается продолжать. Он просто разок и больше не будет. Разве это как – то навредит?

Резко вскочив с диван, шатун начал расхаживать по залу и лихорадочно рассуждать: «Вот что формирует физическую зависимость от никотина? Правильно: увеличившееся количество его рецепторов в мозгу. За три дня их количество явно снизилось очень сильно. Их не может стать резко больше от того, что я затянусь разок. Конечно, прогресс несколько сбросится, но не сильно… наверное… Да и главное в любой борьбе с зависимостью – это не распустить себя после первого срыва. А я ведь и не собираюсь распускаться! Так, раз затянусь и всё… Нет! Нет! Нет! Это не дело. Ты себя опять обманываешь. Нужно прекращать. Всё. Закрыли тему!»

Будто закрепляя последнюю мысль, Ибрагим решительно тряхнул головой. 

Он остановился посреди комнаты и задумался: чем бы себя отвлечь?

В этот момент зашёл Альберт, его младший брат.

- Мать говорит, чтобы ты кушать шёл.

Как только Ибрагим увидел подростка, лицо у него засияло. В его голове родилась новая идея.

- Альберт, помнишь я обещал, что свожу тебя в кино?

- Да… Но это месяц назад было и тот фильм уже не идёт.

- Разве? Жаль… А ты сейчас не хочешь в кино?

- Там ничего нет интересного. Один ужастик индонезийский и второсортные летние комедии.

- Ты же любил ужастики, нет?

- Никогда не любил.

- А комедии?

- Не такие.

- Понимаю… Но сводить я тебя всё – таки должен, раз обещал. Давай, собирайся!

- Я не хочу.

- Собирайся я сказал! – вскрикнул Ибрагим.

Брат недоумённо кивнул и сказал, что будет готов через пять минут.

Идея, которая родилась у Ибрагима была из той породы, которые можно назвать «двуличными». С виду это было самое безобидное и даже полезное намерение. В самом деле, ведь это правильно и важно проводить время со своим младшим братом. Но, если приглядеться, то можно было отыскать у этого намерения потайной смысл. 

Вот у идеи Ибрагима этот потайной смысл находился на втором этаже торгового центра, в который они направлялись.

Сам он, конечно, себе в этом не признавался. Наоборот, усиленно доказывал себе, что идёт совершать благое дело. В конце – концов, какое тут может быть другое намерение, если у Ибрагима есть всего тысяча пятьсот рублей до зарплаты? Девятьсот уйдет на билеты, на пятьсот он купит младшему брату попкорн и газировку. Остаётся сто рублей. На них даже самых дешёвых сигарет не купишь!

И всё же, заводя через пять минут свою старенькую «девяносто девятую», Ибрагим был гораздо счастливее, чем предыдущие два дня.

Они припарковались во дворе торгового центра и вошли внутрь.

Когда, эскалатор довёз их до второго этажа старший брат остановил Альберта.

- Вот – он протянул тысячерублёвую купюру – купи нам билеты. Я в туалет.

- На третьем этаже тоже есть, если что.

«Твою мать! Я и без тебя знаю, что там есть туалет. Твоё какое дело куда мне идти срать! Это моё дело! Моё!» - эти слова уже были готовы сорваться с кончика языка Ибрагима, но он выдержал паузу и проглотил их.

- Есть? Тогда пошли.

Пока они поднимались на третий этаж Ибрагим снова пересилил себя и смирился с тем, что курить он сегодня не будет. Решив закрепить это решение, он сразу отдал брату пятьсот рублей, чтобы тот купил себе газировку и попкорн.

В голове его будто прояснилось. Он с отвращением подумал о том, что провернул всю эту аферу с фильмом лишь для того, чтобы найти повод оказаться поближе к табачному ларьку. Но опасность миновала. На душе стало легко.

Они подошли к кассе.

- Добрый вечер. Два билета на ближайший сеанс.

- Добрый. С вас шестьсот рублей.

Ибрагим опешил.

- Разве не девятьсот?

- Сегодня акция. «Киносреда». Все билеты по триста рублей.

Он сдался. Над ним будто навис тёмный рок. Неминуемого было не избежать.

 Сейчас ему протянут сдачу, они с братом зайдут в зал. Когда начнётся рекламный блок перед сеансом, Ибрагим скажет Альберту, что забыл сходить в туалет. Он и правда пойдёт в туалет, но потом спустится на второй этаж в свой любимый табачный ларёк и купит там «Собрание» чёрное. Почти так всё и произошло.

Единственное отличие: взял он всё – таки не сигареты. Сегодня за прилавком стоял его старый знакомый, и Ибрагима осенила новая мысль. Ему не нужны обычные сигареты. От них наступит лишь небольшое облегчение. Куда правильнее взять электронку, прийти домой, закрыться в зале, лечь на диван, втянуться глубоко – глубоко, а потом медленно выдохнуть.

 И ему станет сладко. Очень сладко.

Ибрагим решил поторговаться: Сейчас он даст пятьсот рублей, а с зарплатой донесёт ещё тысячу. Знакомый согласился. Как только ему в руку легла заветная картонная упаковка, мужчина развернулся и стремительным шагом ушёл оттуда.

Он героически вытерпел весь сеанс. Не затянулся и после него, пока ждал брата из туалета. Даже дорогу домой выдержал стоически. 

Важно было всё сделать правильно. Для максимального кайфа.

Ибрагим подъехал к дому, сказал брату самому поставить машину в гараж, выскочил из неё и молнией скользнул через двор в дом, а оттуда в «свою комнату». 

Сердце его очень быстро стучало. Он открыл окно, сел на диван и расслабился. Стало спокойно. Он поднёс электронку ко рту.

Все физиологические процессы в его организме будто прекратились. Сердце замерло. Ум напряженно ожидал. Готовился взрыв. Страшной силы взрыв.

Ибрагим втянулся и… в ту же секунду взвыл: