Собачья жара

− Старая швабра! − рычал Марк, бегая из угла в угол. Сидящая на диванчике собачонка сочувственно смотрела на своего нового хозяина влажными глазами. − Чтоб ей черти пятки припекли, как следует!

− Успокойся, − осадил приятеля Тибальт, почесывая псинку за ухом. − Все не так уж плохо.

− Не так уж?! Не так уж плохо? Тиб, я на волоске от долговой ямы, прячусь от кредиторов, продал все до нижнего белья. Я уже дважды ночевал в парке! Хорошо, что лето жаркое, и ночи теплые. А старая кошелка завещала все свое состояние собачьему приюту!

Терять деньги можно разными способами. И семья Марка знала их все: покер, скачки, неверные инвестиции, продажные женщины и несчастные случаи. Но сам Марк изобрел свой особенный путь банкротства. Он вообще любил все изобретать. На свою беду Марк был умен и предприимчив, его ум улавливал отголоски идей, которые сделали бы его всемирной знаменитостью и фантастическим богачом, родись он лет через четыреста. Увы, его начинания были слишком прогрессивны для мира, в котором он жил, как считал он сам. Тибальт же ясно видел, что все прожекты Марка недоделаны и недодуманы, поэтому он раз за разом почти добивался успеха, а затем падал на самое дно.

Например, та идея с двухколесниками. Марк изобрел безлошадное средство передвижения: два колеса, руль, седло и педали - и решил, что начал новую эру транспорта. Для передвижения по городу лучше ничего не придумаешь! Это не лошадь, для которой нужны конюшня и корм, двухколесник занимает совсем мало места. Но его изобретение так и не было оценено по достоинству. Может, потому что Марка окружали снобы, не видящие своей же пользы, а может, потому что Марк забыл прикрутить к своему творению тормоза.

− Смотри на вещи оптимистичней. Не каждый получает наследство, − продолжал издеваться Тибальт, а собачка радостно тявкнула. − Мадам Брелльски завещала тебе самое дорогое, что у нее было, - этого замечательного Бобика.

Песик завилял куцым хвостиком.

− Это конец, − простонал Марк. − За собачонку я не выручу ни медяка. Даже скорняк ее не купит.

− А она не породистая? Твоя тетя была слишком обеспеченной женщиной, чтобы таскать с собой обычную дворняжку.

− Порода у нее есть, и не одна. Тетушка, чтоб ей на том свете икалось, была одержима древней мистической породой собак, которых выводили в храмах Земли, их изображения остались в свитках и на фресках. Якобы эти псы приносили удачу, находили клады и золотые месторождения, предсказывали будущее. Старая мымра за бешеные деньги скупала всех кабысдохов, которые хоть отдаленно напоминали храмовых собак, а перед тобой сидит результат их смешения. Тиб, эта шавка стоит дешевле своего ошейника.

− И что, похож наш Дружок на храмовую собаку? − весело поинтересовался Тибальт, разворачивая собачку так, чтобы внимательней ее рассмотреть. Псинка немного походила на терьера, немного на бульдога, немного на левретку и очень сильно на подзаборную дворнягу. Но, тем не менее, растрепанная шерсть ее блестела от хорошей кормежки, а ошейник был украшен синим бантом.

− Его зовут Мельдихор Фиделиус Пятый, и да, храмовые собаки выглядели примерно так же. А что? − заинтересовался Марк.

− У меня, кажется, появилась идея, как поправить твое незавидное положение, − усмехнулся Тибальт. − И наш Шарик тебе очень пригодится.

У Тибальта оказались подозрительно хорошие связи в подпольном мире. Фальсификатора документов, например, он нашел меньше, чем за час, а уже к вечеру Марк рассматривал почти совсем настоящую родословную и прочие документы, подтверждающие прямое родство Шарика с храмовыми собаками. Вензеля и печати на дорогой бумаге выглядели очень впечатляюще.

Марк тоже не сидел без дела. Он пообщался со своими безутешными родственниками, которые горько оплакивали уплывшее наследство, и выяснил, что к госпоже Брелльски уже не раз обращался один весьма обеспеченный господин, интересующийся геомантией, древними храмами и - о, да! − храмовыми собаками.

− Не пойдет, − отверг предложение друга Тибальт. − Если этот тип - знаток, он сможет проверить, настоящий ли товар. Были, знаешь ли, обряды, которыми жрецы проверяли магические способности собак. Надо искать лопуха, который поведется только на наши бумажки.

− Тиб, времени нет! − взмолился Марк. − Лопухи, интересующиеся храмовыми собаками, на дороге не валяются, а я задолжал господину Э-эху, ты знаешь его. Через неделю он меня найдет, и его громилы вычтут проценты по долгу из моих коленей, локтей и прочих дорогих мне частей тела. Надо действовать сейчас.

− И как ты предлагаешь пройти проверку?

− Ну, мы можем найти мага, который подделает обряд, − протянул Марк, заламывая руки.

− Мы - это значит я? − иронически усмехнулся Тибальт. − Ладно, я поспрашиваю у ребят.

Поиски привели друзей к грязной забегаловке для портовых рабочих. Маг был пьян, и судя по щетине и несвежей одежде, уже давно.

− Мужик-ик, да без проблем, − икнул маг, когда ему объяснили суть дела. − Я, тассказать, собаку на геомантии съел. Гы, собаку! Усе сделаем в лучшем виде. За-ик, за сорок процентов, йик, с надбавкой за срочность.

Через три четверти часа переговоров сумма снизилась до двух сотен и сделка была заключена.

Покупатель, интересующийся храмовыми собаками, пригласил их в свой кабинет почти сразу, всего лишь после получасового ожидания в холле. Марк обалдело разглядывал картины и статуэтки, а Тибальт быстрым взглядом оценил стоимость ковра, в густом ворсе которого продаваемая собачонка могла бы заблудиться, антикварный письменный стол размером с тибальтову квартиру и серебряные подсвечники (восьмой век, работа известного мастера по серебру). Наемный маг же изо всех сил боролся с похмельной тошнотой.

− Господа, я несказанно рад, что вы согласились расстаться с такой ценностью, − пробасил господин Хопп, владелец роскошного кабинета. − Не сочтите за дерзость, но я пригласил мастера Уй-болна, чтобы провести кое-какую проверку. Это чистая формальность, я уверен, что от племянника моей дорогой Кэтси не стоит ждать подвоха.

И он фривольно подмигнул Марку, который тут же начал покрываться красными пятнами.

Проверка заключалась в том, что тощий тип в халате, потрясая жидкой бороденкой, запрыгал вокруг собачки со страшными завываниями. Песик встретил такое поведение грозным рычанием и вцепился в полу халата. Когда товар отцепили от мастера Уя, господин Хопп выписал чек. От количества нулей у Марка потеплело в груди.

Всю неделю Марк праздновал. Еще бы! Он был свободен от долгов, громилы Э-эха больше не придут по его душу, а у самого Марка на руках оказалась прибыль - впервые в жизни, насколько помнил Тибальт.

− А сейчас мы зайдем в "Метлу на крыше", − заплетающимся языком поведал другу Марк свои планы на вечер. − Опрокинем по рюмашке-другой. А потом к мадам Банни и ее девочкам.

Тибальт не возражал. В "Метле" подавали отличную рыбу.

Друзья уселись за столик, но сделать заказ не успели. На барной стойке сидел их маг, сумевший выдать дворнягу за собаку-мистика, и во все горло рассказывал собравшейся группке завсегдатаев какую-то занятную историю. Тибальт дернул Марка за рукав, и они незаметно присоединились к слушателям.

− ...подделать ритуал! А я ни слухом, ни рылом в геомантии! Ну, сходил с ними, понадувал щеки, типа, работаю. И прокатило! Эти лопухи мне вот так, за здорово живешь, отвалили две сотни! Наливай, братуха!

Марк трезвел на глазах. Тибальт буквально видел, как новость от ушей пробирается по нервным синапсам к мозгу приятеля, разгоняя хмельной туман.

− Тиб! − попытался крикнуть Марк, но из пересохшего горла раздавалось только шипение. Он вцепился в лацканы щегольского пиджака Тибальта и прохрипел. − Мы продали настоящую...

− Спокойно, − Тибальт стряхнул его руки. − Надо все обдумать.

− Мы продали собаку, которая умеет находить клады, за каких-то паршивых десять тысяч! − уже дома к Марку вернулся голос. − Мы и правда лопухи!

− А сколько у тебя осталось? − Тибальт сосредоточенно думал, зачем-то достав счеты и время от времени двигая костяшки.

− Тысячи полторы от силы. А у тебя?

− Должно хватить, − ушел от вопроса Тибальт. Основным правилом дружбы с Марком он считал привычку не давать другу ни медяшки своих денег. Именно поэтому их дружба пережила все безумные начинания Марка, стоившие тому семейного состояния и хороших отношений с остальной частью человечества. − Нам потребуется подкупить кого-то из прислуги Хоппа, чтобы выяснить, где держат собаку, и наймем хорошего мага, чтобы отключить сигнализацию. А дальше - дело техники.

Понадобилось еще нанять домушника, который смог пробраться в дом по дымоходу, и подкупить охранника, чтобы он в нужный момент отвернулся. На это ушли все средства Марка, и Тибальту пришлось докладывать свою долю от продажи чудо-собаки.

Но результат был налицо. Через пару дней все участники сцены, с которой началось это приключение, оказались на своих местах: Марк бегал из угла в угол в квартире Тибальта, а его друг и лохматая собачонка благодушно взирали на это с дивана.

− Мы сделали это, − Марк не знал, куда еще выплеснуть свою энергию, поэтому ускорил шаг. − Невероятно, мы это сделали!

− И как эта собака работает? − спросил практичный Тибальт. − Как она ищет клады?

− Не знаю, − немножко поумерил свой пыл Марк. − Инструкции к ней не прилагалось. Может, нужно дать ей карту, и она укажет на место, где зарыт клад?

− Попробуем, − решил Тибальт. − Схожу, куплю карту.

Марк коротал время ожидания, начесывая млеющую собачонку за ушами.

Тибальт вернулся подозрительно быстро, но вместо карты он нес газету.

− На, полюбуйся, − он швырнул сложенный лист.

− "Дерзкое ограбление", − прочел Марк. − "Вчера ночью неизвестные похитили любимого питомца крупного землевладельца господина Хоппа. Безутешный владелец только недавно застраховал своего песика на... на..."

Марк поднял бледное лицо.

− На сто тысяч? Тиб, он же...

− Знаю.

− Так...

− Вот именно.

− Тибальт, а собака-то, собака? Так настоящая она, или нет?