Страшная история про скептика Ваню

Одной темной-темной ночью, в одном темном-темном (а что? авария на ТЭЦ) городе, в одном темном-темном (все еще авария) роддоме появился на свет мальчик Ваня.

– Добро пожаловать в этот прекрасный мир, малыш! – устало улыбнулся Доктор, не один час помогавший ему народиться.

– Ты в этом уверен?! – выразил сомнение подозрительным взглядом новорожденный и басовито завопил. – А-а-а!!

Когда «сомнения» перешли в ультразвук, Доктор был уже не уверен ни в чем. И даже хотел сменить работу, вероисповедание и адрес. Но потом все-таки передумал, но на всякий случил изучил мифы Древней Греции, философию, психологию и гипноз.

А мальчик Ваня с тех самых пор подвергал сомнению и неверию абсолютно все – от брокколи (вы уверены, что это еда?! Точно?!) до песенки на ночь (вы уверены, что вот это колыбельная?! Пробовали заснуть?)

Правда, пока он находился в нежном возрасте, это умильно называлось «детский пытливый ум». Хотя у мамы и дергался левый глаз. Первая учительница Ольга Викторовна с восторгом называла Ванин скептицизм любознательностью. Целых три дня. Через неделю она была уже не так уж и уверена, что дважды два четыре. Еще через месяц – готова была отречься от «жи-ши-пиши-с-буквой-и». У мамы к левому глазу присоединился правый, а у папы непедагогично зачесался ремень. В старшей школе мальчик Ваня едва не довел до апоплексического удара старенького математика вопросом «Вы уверены, что у этого уравнения нет корней? А если найду?» От изогнутой вопросом «А Вы уверены?» левой Ваниной брови географ с ботаником за пузырьком чего-то успокоительного постановили, что Колумб открыл тычинку с пестиком, а Америку, Америку открыл Ньютон, когда тому на голову упало яблоко и он воскликнул: «Эвр… ой! Америка!» Спасибо физику, подсказал.

И только амбала Жору Ваня не пытал вопросом про уверенность. С такими кулаками Жора имел право быть правым всегда. И Ванин скептицизм выражался только поднятой вверх бровью и еле слышным «Ну-ну». За что и был окрещен одноклассниками «Ванька-ну-ну».

Но … и на старуху бывает проруха, и Ваня влюбился. Но бровь все так же изгибалась на любое Леночкино щебетание, и вопрос «А ты уверена?» незримо был с ними всегда, так сказать, свидетелем их отношений.

– Третий лишний! – заявила Леночка и уверенно послала Ивана.

Леночку Ваня любил и поэтому пошел. Но по обыкновению усомнился в правильности адреса и пришел к Доктору.

– Вот ты и попался! – хищно улыбнулся ТОТ САМЫЙ Доктор. Все это время он мечтал об этой встрече, горя жаждой мести!

И посоветовал Ване лечение гипнозом (наконец, пригодилось). Мол, пока тот будет спать гипнотическим сном, сам Доктор найдет точку, когда Иван ни в чем не сомневался, и зафиксирует в ней Ванино сознание.

– А Вы уверены в этом?! – на сей раз вполне оправданно забеспокоился Иван.

– Конечно нет! – зловеще ухмыльнулся Доктор. – С той самой ночи я ни разу ни в чем не был не уверен! Ты разрушил мою жизнь, маленький гов… в смысле, скептик! И ты ответишь за это!

– Я не уверен, что…, – в некотором страхе начал Ваня, но Доктор прорычал, – СПАААТЬ! – и применил свой безотказный окологипнотический метод «кувалдой по башке».

– Фууух! – с облегчением выдохнул он и принялся копаться в Ивановой «подкорке».

Он копался уже битых три часа, но кроме «А ты в этом уверен?» ничего найти не мог. Пока наконец:

– Впереееед! – без тени сомнения Ваня … то есть простите, будущий Ваня, несся к своей цели.

– Вот оно! – победно возопил Доктор и зафиксировал Ванино сознание все той же кувалдой.

С тех пор Иван мчится по жизни маленьким шустрым фейерверком- сперматозоидом, вперед, без тени сомнения.

И вот уже целый город скептиков. Страна скептиков. Земля скептиков!

– Добро пожаловать в этот прекрасный мир, малыш! – устало улыбнется Доктор.

– Ты в этом уверен?! – оглушительным ревом усомнится малыш и поднимет левую бровь.

И Доктор опять зарыдает.