Аллё, ты слыхала, я умер?
— Аллё, ты слыхала, я умер?
Вчера. Хоронить послезавтра.
Приедешь? — Пульсирует зуммер…
Будильник, зарядка и завтрак.
Пришла. Ты с другой. Почему-то
хохочут девицы в муаре.
И ладан, запекшийся круто,
курится в горчащем угаре.
— Ревнуешь? Но умерло тело.
Напрасно. Пора нам проститься.
При жизни сама ты хотела
дотла. Среди пепла крупица,
лишь с камнем невзрачным колечко
осталось. Очистил. Возьми…
У пламени вышла осечка.
На память. На долгие дни.
Связь рвётся. Года пролетают,
нежданно звонок среди ночи:
— Алло, это ты? Я же знаю…
Молчание. Пауза. Прочерк.
— Ты где? Как дела?
— Всё нормально...
Наверно... Примерно... Не точно...
Белёсо, бесстрастно, нейтрально,
не речь, лишь одни многоточья.
И голос уже незнакомый:
— Придумай сама, что захочешь.
— Я эхо от боли фантомной.
Я очерк, я прочерк меж строчек.
Ошибка. Каприз алфавита.
Здесь кончено, там позабыто…
