Сын

Ему три года.

Встаёт в семь утра

и кричит.

Не потому что страшно,

а потому что все

должны проснуться.

Доделал договор

в час ночи,

выпил бутылку

колы,

уснул на диване.

Теперь он сидит на мне

и тычет пальцами

в мои закрытые глаза:

— Папа, вставай.

— Сейчас.

— Папа, папа!

Встаю.

Разогреваю котлеты,

разбиваю их вилкой.

Смотрит.

— Папа, хочу холодные.

— Бери и ешь.

Ест.

Пью кофе.

За окном —

уборочная машина

метёт.

Бежит к окну,

кричит:

— Покажи мне! Покажи!

Смотрю на эту машину.

Я видел такие

тысячу раз,

но сейчас он показывает

пальцем,

и я вижу

как в первый.

Идём в парк.

Бежит,

падает,

встаёт,

бежит дальше.

Засыпает

со мной

на диване.

Спит,

губы приоткрыты,

волосы мокрые.

Смотрю на него

и думаю:

если кто-нибудь

причинит ему боль,

того я убью.

Я уже причинил?

Несу его

на кровать.

Он пахнет

молоком и печеньем.

Выключаю свет.

Может, однажды

он напишет обо мне

и будет врать,

что я был хорошим отцом,

или не будет.

Мне всё равно.

Лишь бы он писал.