Исэт преданный!

«Бом… Бом… Бом…» - бьют вдалеке барабаны. Медленно, размеренно, неумолимо, словно выносят кому-то смертный приговор.

- Они зовут вода! - диковатого вида мужчина в грязных лохмотьях указывал дрожавшим пальцем куда-то вдаль.

- Какую воду?! – яростно прошипел сквозь зубы всадник.

- Он имеет в виду дождь. По-моему, Карл, это очевидно. – лениво ответил ему второй всадник.

- Да-да-да-да-да! – часто закивал дикарь. – До-о-ождя.

Несколько недель стояла жуткая, испепеляющая жара. Началась засуха, горячая прерия становилась похожа на мёртвую, выжженную землю.

- О-о-о Господи… - процедил сквозь зубы Карл, тяжело дыша и отирая пот с загорелого лба.

- Не нервничай. Он всё сделает как надо.

- Исэт сделать! Сделать-сделать! Исэт – преданный! – снова раболепно закивал оборванец.

- Как же… - ухмыльнулся Карл.

- Хозяин! – Исэт бросился к лошади и, схватив поводья, стал нервно теребить их. – Дальше сам. Не на ней! Они, – он снова указал туда, откуда доносился гул барабанов, – услышат и убить… я, ты и он!

Невозмутимый товарищ Карла лишь равнодушно хмыкнул и спешился. Лениво похлопав свою лошадь по загривку, он закинул на себя мешок с поклажей и встал в позу, явно выражающую готовность идти вперёд.

- Долго тебя ждать? – бросил он всё ещё сидящему на лошади товарищу. – Исэт сказал – без лошади, значит, без лошади. Да слезай же ты, сукин сын!

- Заткнись, Чед. – пробурчал Карл, но всё-таки спешился.

Исэт засуетился в попытках помочь хоть чем-нибудь, но только мешался под ногами. Но он всегда готов, готов сделать всё, что потребуется его спасителям...

Не так давно он еле стоял на ногах. Хворь подкралась к нему незаметно, ночью, и к утру уже овладела его тщедушным телом.

Исэт понимал, что здесь, среди своих, ему не выжить. Хворь совсем не боится детей бескрайних земель. Их молитвы не отпугивают её, погребальные костры не выжигают. Она забирает то одного, то другого, не торопясь, осторожно, безжалостно. Настойки, масла и молитвы бессильны против неё.

Но судьба оказалась милостива - недалеко от племени Исэта стояли палатки «других людей», чужаков из больших городов. Дикари настороженно относились к ним, но враждовать не хотели.

Исэт, хоть и отличался необычайной покорностью и верностью своему вождю, всё же решился найти спасение в стане чужаков. Ранним утром, когда все ещё спали, он собрал последние силы и осторожно побрёл к лагерю. Лихорадка всё усиливалась и когда до ближайшей палатки осталось всего несколько шагов, Исэт упал на землю и медленно пополз, не теряя надежды.

Из палатки вышел высокий человек. Он обвёл недовольным взглядом округу и заметил еле двигающегося дикаря.

- Ба-а-а! Чед! – крикнул он, приподняв полог. – Живей, сюда!

Исэт видел два силуэта сквозь белую пелену, потихоньку заволакивающую его глаза. Они подняли его и затащили в палатку. Что-то горькое грубо влили в рот и после Исэт уже ничего не помнил.

Когда он с трудом разлепил глаза вокруг царил полумрак. В центре что-то слабо светилось, бросая блики на две фигуры, сидящие друг против друга.

- Ну и зачем он тебе, Карл? Чем может пригодиться дикарь?

- Не глупи, Чед. Он приведёт нас к своему племени. Я слышал, дикари частенько боготворят спасителей. А сейчас его спасители – мы с тобой. Он сделает для нас всё, что попросим.

- Его племя недалеко, и ты это знаешь. Мы можем прийти туда в любой момент.

- И что? Начнётся резня? Мне это зачем? Ну перебьём мы их, а толку? Они должны знать, где именно эти чёртовы источники. Уговорим дикарей показать места, может, обойдётся без кровопролития.

- Как знаешь. Теперь молись, чтобы этот действительно обладал рабским сознанием, а то весь твой план растворится в дым.

Чед лениво поднялся и вышел из палатки. Исэт ничего не понял, но почувствовал, что вреда ему здесь не причинят. Лихорадка отпустила, жар совсем спал, и сердце билось размеренно, спокойно.

Услышав шорох, Карл встал, в два шага подошёл к соломенной лежанке, накрытой грязным тряпьём и поднёс поближе к лицу Исэта лампу.

- Живой. Ну, хорошо.

Карл стал разводить какую-то настойку в железной чашке, а когда лекарство было готово, подал его дикарю.

Исэт дрожащей рукой схватил чашку, но пить не спешил.

- Пей, это не яд. – Карл заговорил медленно и громко, будто дикарь глухой, и сопровождал свою речь очень красноречивыми жестами.

Исэт выпил. Раз его не убили до этого часа, значит и сейчас не убьют.

Через несколько дней болезнь совсем отступила. Чед в лечении дикаря не принимал никакого участия, только зорко и внимательно следил за ним. Но друг спасителя – тоже друг и тоже спаситель. Отныне и навсегда Исэт – их раб, их должник.

Эти воспоминания вихрем пронеслись в голове Исэта и на его грязном от пыли и пота лице расцвела счастливая, слегка безумная улыбка.

Лошади привязаны, поклажа собрана и три пеших путника медленно двинулись вперёд.

- Ну, что ты такой кислый, Карл? – с ядовитой усмешкой бросил Чед.

- Дерьмо мой план... – угрюмо ответил тот на колкость, не отрывая усталого взгляда от призрачной дымки на горизонте.

- Да-а? – продолжал злорадствовать Чед.

- Они может и знать не знают, где эти источники... Если бы знали, тогда бы вот этот к нам больной не приполз. Нет, я, конечно, не особенно верю, что вода там прямо-таки целебная, но старик-то точно не врал... Эх, жаль, жил несговорчивым и сдох таким же. Указал бы на карте место, не пришлось бы нам...

Бросив быстрый раздражённый взгляд на Исэта, ловящего каждое слово, Карл зло сплюнул на горячий песок, отвернулся и ускорил шаг.

Вдалеке показались маленькие шалаши, расположившиеся у небольших зарослей кустарника и высокой скалы, дающей хорошую тень. Бой барабанов стал громче, ветер приносил сливающиеся в единый вой голоса.

- Хозяин! – закричал дикарь и кинулся к вырвавшемуся вперёд Карлу. – Стой, нет. Я, потом ты и он. – продолжил он уже спокойнее, сопровождая каждое своё слово размашистыми жестами.

- Ну, иди. Только смотри, обманешь – найду и заживо закопаю! – Карл схватил трепещущего Исэта за грудки и тряхнул, но дикаря это не смутило.

- Исэт сделать! Исэт – преданный! – прошептал он и скрылся в зарослях.

- Нда-а... – задумчиво протянул Чед. – интересно, как его примут соплеменники... Ведь наверняка догадаются, где он вылечился.

- Жить хочет – выкрутится. Соврёт, уговорит, разжалобит. Он умеет, ты его недооцениваешь. Смышлёный малый. Подозреваю, что он всё-таки понимает из наших разговоров больше, чем нам с тобой кажется. Виду только не подаёт.

- Да брось! Не делай из него злого гения. – рассмеялся Чед, но в смехе этом сквозила лёгкая неуверенность.

- А что, не так? Не слишком ли быстро он учится? Он с нами не больше двух недель, а уже неплохо болтает.

Диалог прервал громкий шорох.

- Хозяин! – крикнул вынырнувший из зарослей Исэт, – Иди к вождя!

***

Удивительно, но в племени нашёлся переводчик. Знал он, правда, немного, но этого вполне хватило, чтобы объясниться.

- А они наблюдают за нами пристальнее, чем мы предполагали... – прошептал Карлу Чед.

Тот только недовольно отмахнулся.

Вождь долго, с подозрением оглядывал гостей, но показать источники всё же разрешил.

Дикари уводили мужчин всё дальше, к темнеющему впереди лесу. Когда дубы и сосны скрыли небо над головой, Карлу стало не по себе. Что-то зловещее было во всём этом, что-то неправильное. Исэт рядом, как верный пёс, не отходит ни на шаг, глаза его всё так же светятся искренним обожанием, рабской покорностью и необычайной верностью, но что-то не так...

Вот лес стал совсем густым. Вместе с тенью, путников окутала ещё и тишина, нарушаемая лишь треском сухих веток под ногами, да шелестом крыльев испуганной птицы.

- Эй, долго ещё идти? – чуть повысив голос спросил Карл проводников.

Дикари не ответили. Переводчик тоже молчал.

- Не нравится мне это, Карл. – прошептал Чед, подобравшись как можно ближе к товарищу. – Я достаю револьвер. Советую тебе тоже вооружиться. У них, между прочим, клинки, а вон у того – колчан со стрелами, если ты не заметил.

- Знаю... – огрызнулся Карл, и аккуратно поправил кобуру, спрятанную под курткой.

- Атра! – послышался вопль, и притихшие дикари оживились.

Исэт вскрикнул и, расставив руки в стороны, встал перед хозяином.

- Стреляй, Чед! – закричал Карл, отпихивая от себя Исэта.

В густых зарослях бить без промаха непросто, но Карл стрелял с остервенением, наугад, яростно.

- Так и знал, так и знал! – шептал он.

Дикари хитрили – прятались, наскакивали из кустов, хватали за ноги, но пули всё равно находили их. Исэт не отходил от Карла, бил, кусал и толкал соплеменников. Этим он только мешал своему спасителю – мельтешащее то тут, то там тело совсем не помогало целиться.

Наконец, всё стихло. Утерев со лба пот, Карл осмотрелся. Десять неподвижных тел – больше бояться некого.

- Ну и чертовщина, – шептал тяжело дышащий Чед, потирая рассечённый лоб.

Послышался тихий стон. У ног Карла лежал раненый Исэт.

- Карл, он жив!

- Но не жилец. Видимо, я его нечаянно зацепил. Пошли отсюда.

- Но...

- Пойдём! Его не спасти, так зачем тащить с собой?

- Хозяин... Исэт... Преданный!.. – прохрипел умирающий дикарь. Но слушать его было уже некому.