По тундре не ходить!

По тундре не ходить!

А кони всё бегут, а избы всё горят. И нет минутки, чтобы вздохнуть, утереть пот со лба. То одно, то другое. То пятое, то десятое. Круговерть. Наверное, я могу дать себе отпуск, только если кому-то это пообещаю. И, так как, я обещала приехать волонтёрить в экспедицию, пришлось отдыхать в отпуске. Хотя не каждый из вас всё, что расскажу сможет назвать отдыхом.

До места дислокации нам с детьми ехать 770 км. Нормальное такое расстояние, чтобы пролететь его по трассе М5 за 12 часов. А меньше не выйдет, потому что трасса загружена по самое не хочу.

Я решила схитрить и построила маршрут по менее загруженным дорогам. Выходило на 120 км больше, но зато быстрее. Мы выехали в 8 утра, веселые, полные сил и надежд. И вот, когда до нацпарка оставалось примерно двести километров, загорелся на приборной доске странный, доселе мною не виданный, значок – градусник. Ну загорелся на пару минут и пропал. Хм. Поехали дальше.

Ещё через пару десятков километров градусник опять напомнил о себе противным писком и кроваво-красным цветом. Пришлось остановиться на обочине и начать гуглить.

Так-так, что там, значит, говорит Яндекс? Двигатель перегрет? Странно. Я открыла капот, вентиляторы гудят как на реактивном самолете, двигатель не парит, радиаторная решётка холодная. Антифриз? Не пойму есть он или нет. Не видно через толстую пластмассу. А не посмотреть ли сколько его там осталось, может на минимуме уже? Тут я стала откручивать крышку ёмкости с антифризом. До конца открутить не успела, он как зафырчит, как забрызжет на меня. Я скорее крышку опять закрутила, но бочонок с антифризом сильно нагрелся, а жидкость продолжила пузыриться. А между тем, стало темнеть.

Гуглим. Блин, нельзя было открывать антифриз. Но я же не открыла, а только чуть-чуть... На дороге пусто, деревень нет, городов нет. Уже восемь вечера, а нам в девять утра нужно быть на входе в нацпарк бодрыми, сытыми, полными сил.

Яндекс выдал кучу выводов о том, что случилось и ещё небольшую кучку рецептов как поступить. Ковыряюсь под капотом. Дети светят фонариком, я всё щупаю, открываю, разглядываю. По итогу «медосмотра» я решила, что больной ещё жив и его можно попробовать эксплуатировать. Я врубила на полную печку, раскрыли все окна, чтобы не потеть, как рабы на уборке сахарного тростника, и мы тронулись, не превышая скорость 45 км/час. Наше совместное решение – полетел термостат.

Почти час ехали ровно, но потом опять сигнал о перегреве движка заставил забиться моё сердце чаще. Вокруг лес, машин нет, но недавно проехали большую деревню. Открываю капот, охлаждаемся. Думаю, что если что, то пойдём в деревню проситься ночевать на сеновал. Шучу. Не бросили бы мы нашего коня у дороги, конечно. Сорок минут остываем, едем. Через полчаса опять пришлось остановиться. Сорок минут остываем, потом едем. Где можно, едем под горку накатом. Когда приехали к городу, градусник загорался через каждые десять минут, но мы дотянули до места. Было два часа ночи.

Наспех поужинали и свалились спать. Утро нас порадовало встречей с друзьями, с которыми мы уже третий год подряд ходим в экспедиции. Все они местные, потому быстро присоветовали автосервис, записали мою машину на приём на день окончания нашей миссии и мы, взвалив тяжелые рюкзаки на спину, потопали в таёжные леса, таёжными тропами.

То, как мы шли –очень жёстко. Лето в этом году выдалось на редкость дождливое. В августе каждый день шёл дождь. Везде воды столько, что и старики не могут вспомнить, когда последний раз был такой мокрый год. Как только мы вышли на маршрут, пошёл дождь. Мы шли 25 км и дождь сопровождал на всё это время. Через час вода захлюпала в сапогах, штаны стали тяжёлыми и норовили сползти, вода просочилась под дождевики, под капюшоны, под майки. Все были мокрыми до резинки трусов. Мы шли по тропе, словно по реке, при чём не поперек, а вдоль нее.

В резиновых сапогах мы скользили по камням и хлебали ими воду, оступались, уставали и негде было даже присесть. Всё вокруг заболотилось. Сапоги вязли в трясине. Отдыхали, привалившись спиной к стволу, чтобы сосна хоть немного взяла на себя вес рюкзаков. Мы шли восемь часов без остановки. Нас было девять странных людей: два научных сотрудника из нацпарка и семь волонтёров. Среди этих безумных людей я и двое моих детей.

И знаете, что? Дети шли без жалоб и нытья. Шли в общем темпе. Сын, которому 15 лет, всё время был рядом со мной, подавал руку, помогал перелазать через брёвна, поднимал ветки, подбадривал свою неуёмную мать, которая их сюда притащила. Дочь, хрупкая девушка, молча тащила свою ношу. Дети у меня тоненькие тростинки. И была я в эти моменты даже счастлива. Не размазню вырастила, однако. Ну ладно, это были лирические отступления, тешащие мою материнскую гордость.

Восемь часов наедине с собой. Мы почти не общались, не фотографировали, не ели бутерброды, не кидались лицемерными восторгами природой – мы просто шли. Знаете, путь, длинный пеший путь – это лекарство от душевных болей, это философия, это вопросы без ответов и, одновременно, это знание. Сначала, с первыми шагами по пути, ты цепляешься мыслями за быт: покупка, химчистка дивана, учебные успехи или неуспехи, обиды, раздражение чем-то... Но с каждым пройденным километром все это становится несущественным и даже смешным. Потом вдруг осознаешь, что последние минуты ты вообще ни о чем не думал. Да нет, не может такого быть! Пытаешься вспомнить и понимаешь, что действительно голова была пуста, не было ни одной мысли. Словно кто-то нажал на  кнопку выкл., а через время опять тебя включил. И после ты начинаешь рассуждать о чем-то большом и важном. О жизни, о людях, о том, что человека больше узнаешь не по тому, что он говорит и делает, а по тому, чему он радуется.О том, что столько дней и даже лет, ты оказывается проживаешь вхолостую. Что важно не то, что было, или будет, а именно этот момент «сейчас». И ты испытываешь наслаждение. Наслаждение жизнью, дождем, камнями, сбитыми пальцами в резиновых сапогах, пихтами, людьми, которые идут с тобой – всем вокруг. И древний человек во мне от чего-то просыпается и чувствует трудноуловимую ностальгию по...

Коряво вышло, не могу описать это словами, увы.

Когда мы пришли на кордон, скинули рюкзаки, время отдыха не наступило. Нужно было топить печку, готовить ужин. И уже поздно вечером мы уснули, как убитые. И спали сладко, наверное, без снов. Не помню уже.

Следующие дни выполняли работы, которые планировал научрук. Измеряли уровень воды в реках, искали старые просеки, делали ботанические описания.

А вода в реке почти чёрная. Вообще-то она не черная, а красная из-за желаза, но в пасмурный день виделась абсолютно черной.

Про между делом кололи дрова, собирали грибы на обед и ужин. Колоть дрова – это для детей оказалось увлекательным делом. Колун весит 4 кг и размахнуться им не так-то просто. А ещё и попасть по полену, вытащить зажатый колун, опять треснуть, и попасть туда же, куда и первый раз, да ещё и расколоть березовое бревно. Мы с детьми так развлекались по несколько часов в день. Это и правда интересно. А вечерами резались в дурака и играли в «Нуар». Игра классная – советую любителям настолок.

Дождь прекратился на время только на третий день и мы, как выдалось свободное время, поскакали в горы. Вон то светлое пятно в тайге - это дом, где мы жили.

Чем ещё занимались? Не поверите – мы считали грибы. Да, считали грибы и ягоды. Каждый год там проводят учёт урожайности грибов и ягод. А грибы считать – это проходить по много километров и считать каждый вид грибов отдельно. Зато нашли фиолетовый паутинник, который в Красной книге записан, скелет медведя и наслушались столько историй про странные случаи, исчезновения, мистику, что хватит на сборник рассказов.

Пожалуй, из всех дней, запомнился больше всего мне предпоследний, когда мы ходили считать шикшу, голубику и бруснику на вершину горы, где когда-то располагалась метеостанция, а теперь там приют.

Видите на горе есть дом с красной крышей? Вот нам туда.

Утро опять выдалось дождливым и холодным. Температура была шесть тепла. Мы поднимались в гору, а она уменьшалась, пока не замерла на отметке два градуса тепла. О, какой на метео великолепный туман! Он, конечно, скрывал от нас виды на скалы, на тайгу, но все равно был прекрасен!

После того, как мы собрали ягоду по пакетикам с тех квадратов, куда указала рука начальника, после того, когда пальцы онемели от холода, а носы покраснели и зашмыгали, нам дали время на погулять.

(На фото шикша, черника, костяника и брусника)

Мы попёрлись на скалы. О, вы бы знали, какие они красивые, покрытые разноцветными пятнами столетнего лишайника! 

Потом мы пошли в тундру, в низкорослые березки. Вы бы знали, какая она неподражаемая, нежная и суровая, одновременно, а берёзки и сосенки маленькие, но сильные.

Потом мы восхищались мхом и оленьим лишайником. Вы бы знали, какого нежного цвета этот лишайник, какой он пушистый и высокий!

Закон подлости точно есть. В отношении меня он работает. Погода наладилась тогда, когда наладилась и наша машина.

 Но в этот прекрасный ясный, довольно тёплый день мы уже покинули тайгу и сидели четыре часа на лавочке возле автосервиса. Действительно заклинило термостат, нам его поменяли, и мы уехали в свои степи, которые в этом году на редкость зелены.

Одиннадцать часов за рулем, и мы дома. И опять побежали кони, которых на скаку приходится останавливать. Но на душе стало легче, потому что я съездила в отпуск отдохнуть. Хочу ещё, туда же и даже можно так же.