Туесок

Собирались купцы на торжище за моря, за леса дремучие.
К городам, где на диве дивушко, где в чалмах мудрецы заморские.
За товаром богатым редкостным да с товаром от люда русского–
Соболями, медами-восками, серебром да конями резвыми.
Быть в почёте, сложить головушку, богатеть иль лишиться малого –
То удача купцова ведает, новгородских гостей владычица.

В туесок из коры берёзовой наливала кваску целебного,
Заплетала защиту-травницу – обереги для мужа милого:
– Ты плетись вкруг берёзы травушка, отдавай ей, кудрявой, силушку,
Наполняй до макушки соками, что берёшь от земли да солнышка.
Охрани от навета вражьего, от стрелы и меча разящего,
Умоли водяного, лешего – без обид мой Гордей вернётся пусть.

Пожалей, не бери головушку, царь морской, за уплату-пошлину,
А возьми соболями с искрою да коня отдадут мышастого…
Уж ладьи и не видно паруса, уж и пристань чиста – безлюдная,
А она всё стоит застывшая да слезу не уймёт горючую,
Горло сжала беда и обручем захватила сердечко женское –
Чует Лада обиду горькую… А понять, что грядёт – неведомо…

…Сторговались купцы удачливо, набивали мошны монетами,
А ладьи до верхов товарами, не забыли гостинцы жёнушкам.
Путь обратный скатёркой стелется, гладь морская ничуть не морщится,
Ни дождя, ни тумана белого, ветерок лишь попутный, ласковый.
Ни с чего налетела буря вдруг, разбросала ладьи – как пёрышки.
То ли, сдуру, за борт кто сплюнул-то, иль ещё чем царя разгневали?

Уж товаров за борт – не меряно. И коня, и меха, и золото,
А всё ропщет вода солёная – царь морской недоволен, видимо.
И решились купцы на древнее – как давно их отцы не делали –
Пусть прощение лучший требует… Выбирали-рядили… Выбрали.
Туесок прихватил, что милая для него оберегом сделала,
И шагнул за прощеньем царственным, во дворец поспешил Гордеюшка…

…Туесок доставал заветный он, угощал так владыку гневного:
– Ты испей -ка кваску домашнего, это Лада моя заботилась.
Как хлебнул царь морской из туеса… Расцвели васильки на мраморе,
Ароматами зал наполнился и услышал владыка царственный:
– Пожалей, не бери головушку, царь морской, за уплату-пошлину,
А возьми соболями с искрою да коня отдадут мышастого…

Оглянулся – где голос ласковый – посмотрел на рубашку туеса…
Так сказал он Гордею: «Здравствует пусть сто зим и сто лет красавица».
Туесок отдавал с напутствием: «Ты храни свою Ладу, молодец.
Баб простых под луной достаточно, Берегинь же с огнём не сыщешься…»
…Стал Гордей на ладье – кафтан сухой, а в руках туесок спасительный,
А держать тяжело. Открыл его… Самоцветы по край – для Ладушки.