Тренажёр

Время: четверть пятого. С полминуты размышлял, стоит ли надевать тапки, если одна из них уползла под койку. Наконец решил обдумать это позже, дополз до туалета в одной тапке, рухнул обратно в постель. Как там говорил тренер, тренажёр реализует всё, что приснится? Пока что я не помнил ни одного сна. Подуушечка…

Я зашёл в «предбанник» и обернулся: одна из статуй за моей спиной начала оживать, но я уже был внутри. Дверь шлюза закрылась за мной, и я, чертыхаясь, что отвлёкся на статую, стал раскладывать приклад моего верного АК.

«Волшееебная нооооочь!» — внезапно раздалось со всех сторон, и я рефлекторно выпустил короткую очередь в открывшуюся впереди дверь, одновременно меняя позицию. Впереди мельтешил какой-то сад со статуями. Они тоже будут оживать? Две каменные горгульи сорвались со своих насестов, я даже успел выстрелить по ним одиночными, но от тех лишь посыпалась гранитная крошка. Впрочем, тварям не хваталто силы крыльев, чтобы подняться, и я возблагодарил себя за осмысленность хотя бы этой детали. Пока они клацали челюстями, я успел запрыгнуть на ковёр-самолёт, висевший на уровне глаз. Тот предательски подрагивал, как бы намекая, что — или автомат, или ковёр.

Чёрт, это ещё сон или уже нет?

Где же этот грёбаный будильник?

Я потыкал дулом в расползающийся на глазах ковёр и решил, что — сон. Что же, тогда… Я попробовал вспомнить, какая мелодия у меня стоит на будильнике и, отвлёкшись, пропустил атаку клоунов, вылезающих откуда-то прямо из ворса. «И делал он из ворса морс» — кстати вспомнилось мне, и клоуны тут же утонули в волнах брусничного напитка. От ковра остался лишь краешек, и за секунду до падения в пасти горгулий я вспомнил. Что-то из Моруани… Точно! Саундрек сменился, и, чуть не свалившись с кровати, я открыл глаза.

Часы на стене показывали 06:68.

Тьфу.

6:58, конечно.

Отлично.

Я всё же долежал две минуты, дал вызвониться будильнику. Зубы, быстрая разминка. Кофе не положен. Подёргал дверь в палату: заперта. Семь-четырнадцать. Итак…

В палату вошёл тренер.

— Алексей Дмитриевич, как выспались?

Меньше всего хотелось отвечать на этот вопрос, я молча стал надевать разгрузку.

Он кивнул и с грустью пояснил:

— Понимаю. Итак, сегодня в программе тренировок антропоморфные боевые роботы, каменные изваяния… Есть и неприятное: из оружия — только автомат. Ну, и ваша ловкость.

Я кивнул: я примерно представлял, что они сейчас извлекли из моих воспоминаний основное, и автоматика воссоздаст ситуацию, в которой я должен буду победить свои кошмары наяву.

Мы вместе дошли до склада, потом — ко входу в тренировочную зону. Окружение продублировалось практически идеально: тот же сквер, те же статуи у прозрачной двери шлюза. Над дверями — часы: 6:68. Вдалеке за шлюзом — то же буйство красок.

Пожалуйста, где же этот грёбаный будильник?